Дружеские попойки. Клена

Дружеские попойки. Клена

Клена Белявская была «девушкой» в возрасте, лет 40–50, коренастая, крепко сбитая, с квадратными бедрами и широкими плечами. Ее голова, с коротко остриженными, светло-русыми волосами, под «мальчика», и ярко-розовое лицо с крупными чертами покоились на короткой розовой шее.

Первое впечатление от увиденного у меня почему-то было такое, что она словно высечена из мощного бревна, да так и забыта и не доведена до совершенства незадачливым скульптором.

При первом же общении с ней я была «подмята» исходившим от нее чувством власти и бестактности по отношению к актерам. Она бесцеремонно обращалась ко всем «на ты», сыпала пошлыми шутками, смеялась над ними громче всех, при этом сохраняя по отношению к актерам менторский тон.

Актеры заискивающе подхихикивали ей. Иначе было нельзя. Ведь они все от нее зависели. Подработка для театрального актера, заслуженного или народного, на телевидении была существенна и лишаться ее никто не хотел.

Клена придумала себе это странное имя, так как своего настоящего — Клеопатра — она стеснялась.

В своих работах над фильмами Клеопатра Белявская «выезжала» исключительно за счет профессионализма актеров: Александра Белявского, Вячеслава Богачева, Всеволода Ларионова, Вячеслава Невинного, Германа Коваленко.

Клена редко и неохотно приглашала на озвучивание неопытных актеров с «молодыми» голосами. Она не любила, да и не умела, в отличие от Инны Давыдовны, работать с ними, добиваясь от них мастерства. Ей нужны были «готовые» артисты.

Меня она пригласила только потому, что по редакции разнесся слух, что есть «недорогая» актриса, которая «может все». Однако на просмотре фильма уточнила: «Женских ролей много. Потянешь? Ну, давай!» В обеденный перерыв Клена распорядилась: «Мальчики, мне что, надо вам напоминать, что сегодня у нас начало работы? Сгоняйте в „стекляшку“!»

Так назывался винный магазин рядом с ЦТ.

Актеры «сбрасывались» и направляли в «стекляшку» гонца.

— Девочки, сбросьтесь по трешке и быстро в кафе за бутербродами, по два на брата. И водички захватите. Сбегай! — скомандовала мне Клена.

Обычно больше одного рубля на обед и на кофе я не тратила, а здесь сразу трешку! «Это же полтора килограмма мяса! — мелькнуло у меня в голове. — Ну ладно, сегодня — особый случай», — успокаивала я себя.

Одновременно со мной в тон-ателье появился «гонец» с водкой. Все встретили нас дружным «о-о-о!» Все было готово к распитию.

На рояле, зачехленном серым стеганым покрывалом, были разложены отписанные странички текста чистой стороной вверх и стояли граненые стаканы, хранившиеся за драпировкой.

— Дверь закройте, а то тут пожарники шастают, — распорядилась Клена.

Всеволод Ларионов начал разливать водку всем поровну.

— Ой, мне один глоток. Чисто символически. Я вообще-то водку не пью. — Я прикрыла стакан ладошкой.

— Ну, конечно! — Клена отвела мою руку в сторону. — Кто это начал сегодня работать в моей команде? С тебя по большому счету требовалась бутылка «за прописку».

— Правильно! — поддержал ее Ларионов, доливая мне водки в стакан.

Я отпила обжигающей жидкости и быстро зажевала бутербродом с жирной грудинкой.

— Не вовремя выпитая вторая… — Клена не договорила и посмотрела на меня. — А почему твой стакан не пустой?

— Я допью, но я сразу столько не могу…

— Через не могу! — перебила меня Клена.

Раздались тосты: «За Кленочку! За нашу кормилицу!»

— Ну что, перекурим это дело? — предложила Клена.

Все вышли в коридор и столпились вокруг забросанной окурками урны. Я не курила, стояла, прислонившись к стене, балдея от выпитой водки, густого табачного дыма и громко хохотала над анекдотами и разными актерскими хохмами. «Какая я счастливая! Как мне повезло, что Клена взяла меня в свою команду!»

— Ну все, пошли работать! Стаканы спрячь за драпировку. Они нам еще пригодятся! — приказала Клена.

Я села к микрофону. Состояние подъема и веселья сменилось у меня состоянием хмельной тяжести: каждую минуту я зевала, меня клонило в сон, движения были замедлены, язык плохо слушался, а итальянское кино казалось мне серым и неинтересным.

— Элла, не спи, замерзнешь, — прогремел в наушниках голос Клены. — Я тебя не слышу! Твой голос в жопе!

На второй перерыв, на ужин, Клена предложила: «А может „сухенца“? Заполируем это дело!»

Чтобы как-то загладить перед Людвигом свою вину за выпитое спиртное, я позвонила ему и сказала, что купила в кафе его любимые пирожные — трубочки.

Людвиг открыл мне дверь и отшатнулся от меня: «Да ты нетрезвая, прокуренная, где ты была?»

— На работе! Мы отмечали премьеру! И ты должен не отчитывать меня, а радоваться, что я теперь в команде у Клены!

Людвиг поинтересовался:

— А почему ты без шапки и где обещанные трубочки?

— Я все нечаянно оставила в такси…

Проснулась я от головной боли и от страшной жажды. Было темно. Я босиком прошлепала на кухню и посмотрела на часы: половина четвертого утра. Выпив залпом два стакана воды из-под крана, я вернулась в постель. Однако, как ни старалась, уснуть не могла. В голове крутились уже совсем несмешные обрывки анекдотов и навязчивое и обидное: «Элла, твой голос в жопе». Я пыталась вспомнить, как мы с Сашей Белявским записали сцену прощания Франчески с Роберто, но так и не смогла.

Утром я встала абсолютно разбитая и дала себе слово, что больше этой отравы в рот не возьму. Но попойки становились системой.

На следующей записи все собрались вовремя, кроме Александра Белявского. Он почему-то опаздывал, что было на него совсем не похожим: пунктуальный, дисциплинированный, этот талантливый артист с неповторимым тембром голоса всегда являлся на запись одним из первых.

Появился он минут через двадцать в грязных джинсах, небритый, в грязных кроссовках и с грязными руками. В руках он держал бутылку рислинга. Откупорив, он залпом опустошил ее, за что тут же получил прозвище: «горнист». — Вчера с рабочими на даче целый день фундамент ставили. Потом весь вечер до утра «обмывали». Не спал ни секунды. Давайте быстрее работать, пока я могу, — объяснил свое опоздание Белявский.

Вскоре «заряд» от бутылки сухого вина вышел, он растянулся на стеганом чехле рояля и заснул.

— Плохо нашему мальчонке. Надо его подлечить, — сказала Клена.

— Намек поняли, сейчас сгоняем!

Актеры «сбросились». С Клены денег никогда не брали.

— А пока Сашка спит, мы запишем сцену Франчески с Роберто с Ларионовым.

— Как?! — Я чуть со стула не упала. — У них же с Белявским совсем разные голоса! Это же будет слышно!

— Во-первых, не суй свой нос в мои дела, а во-вторых, телезрители — дураки. Им все равно, какие там голоса звучат. От винта!

Через два часа Белявский, отдохнув, сел за пульт и с блеском, своим красивым голосом продолжал озвучивать роль Роберто.

В обеденный перерыв опять разлили по стаканам водку, которую принесли гонцы.

— Не могу, мне плохо от нее. — Я убрала свой стакан с рояля.

— А ну, поставь на место! Ей «плохо»! А нам, думаешь, хорошо? Ты не отбивайся от коллектива и не ставь себя лучше и выше всех! Будь, как все!..

Наутро я не могла оторвать голову от подушки: меня тошнило, бешено билось сердце, дрожали руки, на лбу выступал холодный пот. Было так плохо, что жить не хотелось. Где-то я слышала, что «клин клином вышибают», то есть чтобы привести организм в норму — надо выпить, опохмелиться. У меня был выходной день, и я решила попробовать «подлечиться» вином. Опохмеляются только алкоголики. «Я что, спиваюсь?» — подумала я.

Купив в близлежащей забегаловке две бутылки красного «Арбатского» вина, я очень скоро «уговорила» полбутылки. Мне стало и вправду лучше. В ожидании Людвига с работы я даже сумела налепить его любимые домашние пельмени. Остальные полбутылки вина я незаметно допила и изрядно охмелела. Встретила я Людвига очень веселая и поставила на стол вторую бутылку вина.

— Ты уже пьяна, — сказал Людвиг. — И мне не нравится, что твоя работа с новым режиссером превращается в систему попоек. Я не буду пить с тобой вино и тебе не советую. Лучше ложись спать.

— Да ты не понимаешь нашей актерской жизни! Сидишь там в своем НИИ! А у нас эмоции, нервы, нам нужна разрядка! — повторяла я слова Клены, сильно размахивая руками.

— Это — не эмоции, это — распущенность! Вы пьете у себя на телевидении, как забойщики на бойне!

— Не тебе судить! Скажи спасибо, что я работаю.

— Иди спать. А если и впредь будешь приходить с работы домой в непотребном виде — мы с тобой расстанемся!

Это был первый серьезный конфликт с Людвигом. Я понимала, что попала в кабалу к Клене Белявской, что я безвольно пляшу под ее дудку из-за боязни потерять работу. Я отлично понимала, что Клена организовывала эти попойки только для того, чтобы очередной раз услышать, что она — «кормилица». Ей не приходило в голову, что тем самым она унижает замечательных, талантливых актеров, благодаря которым она, Клена, и стала «удачливым» режиссером. Ей ни разу не пришло в голову, что не она их «кормилица», а они труженики-актеры и что без них она — ничто!

Мы закончили итальянский трехсерийный фильм. На заключительном «банкете» я отказалась пить водку, сославшись на боль в печени.

Клена, к моему удивлению, в этот раз сильно не настаивала, хотя вопросительно подняла брови. Началась работа над польским фильмом «Кукла», по книге Болеслава Прусса. Мне была поручена главная роль. Как и было заведено, премьеру полагалось отметить «по всем правилам». Когда всем разлили водку по граненым стаканам, я сказала: «Я — мимо!»

— Что значит, ты — «мимо»? — уточнила Клена.

— А это значит, что я больше водку не пью.

— Что, опять у тебя печень барахлит?

— Нет, печень моя пока в порядке. Я просто не хочу больше пить на работе водку. Если я нужна вам как актриса — я готова работать с вами, но пить в тон-ателье я больше не буду.

Клена, словно воспитатель детского сада, собирающая детей у песочницы, похлопала в ладоши: «Вы полюбуйтесь, коллеги, на Прохницкую! Она, оказывается, у нас „подосланная“. А мы принимали ее за „свою“. Ну, и когда же будет „проверка“, не сегодня ли, что ты именно сегодня, в день премьеры, отказалась отметить это событие?! В следующую смену допишешь „Куклу“ и гудбай! Мне такие, как ты, не нужны!»

Я так хотела сказать ей все, что думала о ней, что она грубая, бездарная, что она превратила замечательных актеров в бессловесных рабов, что чуть не загубила мою личную жизнь.

Но я ничего ей не ответила, молча, даже не попрощавшись со своими любимыми актерами, я вышла из студии.

— Напрасно, Клена! Прохницкая работает классно! — вступился за меня Александр Белявский.

Остальные актеры поддержали его. Но Клеопатра, Клена Белявская была настроена непримиримо. Больше на озвучивание она меня не вызывала!

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ДРУЖЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ

Из книги Русская судьба, исповедь отщепенца автора Зиновьев Александр Александрович

ДРУЖЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ Хрущевские годы были годами расцвета дружеских взаимоотношений в тех кругах, в которых мне приходилось вращаться. Во всяком случае, я не могу пожаловаться на недостаток таких отношений. Я не могу здесь перечислить всех людей, с которыми у меня были


Загадочные и таинственные дружеские узы

Из книги Гёте. Жизнь и творчество. Т. I. Половина жизни автора Конради Карл Отто

Загадочные и таинственные дружеские узы Гёте и братья Якоби. До сих пор это было напряженное взаимонепонимание. Критические выпады Гёте268против них и Виланда звучали надменно в стремлении утвердить свои собственные позиции. Правда, с Бетти, женой Фридриха, он находился с


5. Отец. Сельский кооператив. Брак. Война. Плен. Возвращение. Череповец - служба. Попойки. Распад семьи. Другой брак. Болезнь.

Из книги Голоса времен. (Электронный вариант) автора Амосов Николай Михайлович

5. Отец. Сельский кооператив. Брак. Война. Плен. Возвращение. Череповец - служба. Попойки. Распад семьи. Другой брак. Болезнь. Теперь об отце можно всё говорить: никто не обидится, все умерли. Мама его всегда хвалила: "был прекрасный человек". Не знаю (мне даже папой его называть


Вставной сюжет. АФИШКИ 1812 ГОДА, ИЛИ ДРУЖЕСКИЕ ПОСЛАНИЯ ОТ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО В МОСКВЕ К ЖИТЕЛЯМ ЕЕ (Из сочинений графа Ростопчина)

Из книги Александр I автора Архангельский Александр Николаевич

Вставной сюжет. АФИШКИ 1812 ГОДА, ИЛИ ДРУЖЕСКИЕ ПОСЛАНИЯ ОТ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО В МОСКВЕ К ЖИТЕЛЯМ ЕЕ (Из сочинений графа Ростопчина) Афиша № 1.Московский мещанин, бывший в ратниках, Карнюшка Чихирин, выпив лишний крючок на тычке, услышал, что будто Бонапарт хочет идти на


ГЛАВА XXVII ДРУЖЕСКИЕ СВЯЗИ С ФРАНЦУЗСКИМИ ПИСАТЕЛЯМИ

Из книги Тургенев автора Богословский Николай Вениаминович

ГЛАВА XXVII ДРУЖЕСКИЕ СВЯЗИ С ФРАНЦУЗСКИМИ ПИСАТЕЛЯМИ За время своей жизни за границей Тургенев нередко встречался со многими представителями главнейших европейских литератур.Но наиболее тесные творческие и дружеские связи возникли у него с французскими


Листок клена

Из книги В небе Кавказа автора Ковальковский Борис Тимофеевич

Листок клена Поздно вечером в кабинете секретаря Гудермесского райкома партии Н. А. Шепелева тревожно прозвенел звонок. Николай Андрианович поднял трубку:— Слушаю!— У телефона начальник Кумтуркалинского БАО (батальона аэродромного обслуживания). — Говоривший


Президент попойки

Из книги Мамонты [Книга очерков] автора Рекемчук Александр Евсеевич

Президент попойки Когда я начал писать эти воспоминания о поездке в Одессу, на симпозиум, и, ради озорства, назвал их так, как я их назвал — «Пир в Одессе после холеры», — мне казалась вполне достаточной эта аллюзия: просвещенный читатель, конечно же, уловит связь с


«Два клена»

Из книги Евгений Шварц. Хроника жизни автора Биневич Евгений Михайлович

«Два клена» Первой пьесой, осуществленной в этот жизненный период Шварца, стали «Два клена».Но вначале был «Иван — Честной работник», которого Шварц, как мы помним, более десяти лет назад писал для художественной самодеятельности. Первое его действие происходило в лесу,


Дружеские службы. Венгрия

Из книги Разведка — это пожизненно автора Радченко Всеволод Кузьмич

Дружеские службы. Венгрия Служба активных мероприятий поддерживала постоянный контакт с разведками соцстран. В этой связи я побывал в Болгарии, в Чехословакии и Венгрии. Наши отношения были самыми дружескими, и проблемы взаимодействия решались сравнительно легко.