31. Помолвка с Олегом Кассини

31. Помолвка с Олегом Кассини

Я сейчас с тем человеком, который значит для меня все на свете. И нет никого, с кем бы мне сейчас хотелось бы говорить.

Олег Кассини прибыл во Францию следом за Грейс и возобновил ухаживания с новым пылом, тем более что теперь она принимала их куда благосклоннее. Правда, принимать-то принимала, но сама отвечать не спешила; вспоминая эти дни, Олег вздыхал: «Наши отношения были до обидного платоническими!»

В конце концов он решил действовать прямо, все-таки он был уже далеко не мальчик, чтобы годами обхаживать понравившуюся девушку. Он и так потратил на нее несколько месяцев, ничего не получая взамен. Собственно примерно так он ей и сказал, когда они отправились на пикник перед началом съемок. Напомнил, сколько времени уже преданно любит ее, и предложил прекратить игры и ответить либо да, либо нет.

«Она промолчала, — вспоминал он, — но посмотрела на меня так, что я понял — это победа!» С пикника они отправились в отель, где Грейс наконец-то вознаградила его за месяцы ожидания. «Казалось, мы парили, околдованные силой наших ощущений, — рассказывал Олег много позже, вспоминая этот день. — От нее пахло гортензиями — экзотический и одновременно чистейший из ароматов. В ней было нечто от нежного бледного перламутра, вся она лучилась свежестью и утонченностью: ее кожа, ее духи, ее волосы. Я был на седьмом небе от счастья, ощущая лишь чарующую прелесть этих мгновений».

Роман с Олегом Кассини отличался от всех прежних увлечений Грейс, и не только потому, что он не принадлежал к миру театра и кино. Несмотря на то, что он был моложе некоторых ее прежних возлюбленных, он был серьезнее и основательнее их. В нем не было того инфантилизма, которым отличаются многие люди искусства, он знал себе цену и умел завоевывать уважение. Ив то же время он сумел во многом стать для Грейс таким «отцом», какого она искала: он баловал ее, провоцировал на озорство, наряжал (как модельер он создал для нее несколько эксклюзивных нарядов), развлекал и опекал.

И однажды вечером Грейс решилась и заговорила с ним так же прямо, как несколько недель назад он с ней. «Мне бы хотелось устроить свою жизнь с тобой, — сказала она. — Я хочу за тебя замуж». За плечами Олега были два не слишком счастливых брака, поэтому он не так стремился снова жениться, но он прекрасно понимал, что в такой ситуации колебаться нельзя, и сразу ответил: «Хоть сейчас».

Но одно дело решить, а другое — претворить это решение в жизнь. Грейс, конечно, строила планы, обсуждала будущее торжество и платье, но чем ближе было окончание съемок, тем меньше у нее было энтузиазма. «Я хочу сразу же написать домой, чтобы поставить всех в известность, — неуверенно говорила она. — Мама будет на моей стороне, вот увидишь. Правда, с отцом могут возникнуть трудности. Ты не совсем в его вкусе.»

Да уж, Олег Кассини был точно не во вкусе Джека Келли. Когда тот услышал о помолвке дочери, то пришел в ярость, и жене с трудом удалось его успокоить. Для него преуспевающий модельер аристократического происхождения был «жалким итальяшкой» (фамилия у него была итальянская, а глубже Джек вникать не желал), «женским портным» и проходимцем. К тому же Олег был православным, ну и наконец, дважды разведенным. Когда Грейс только заикнулась о том, чтобы привезти его познакомиться, ни отец, ни брат об этом и слышать не желали.

Правда, она оказалась права в своих надеждах на мать. Маргарет тоже не одобряла ее выбор, но если Джек Келли с возрастом становился все более узколобым и упрямым, то она, наоборот, училась гибкости и широте взглядов. Возможно, этому помогли ее поездки с целью урезонивать блудную дочь — она лучше знала, в каком мире та живет и какие люди там ценятся.

На совместном обеде Маргарет напрямик сказала ему, что в его жизни было слишком много женщин и он дважды разведен, а потом добавила: «Мистер Кассини, вы очаровательный кавалер, но, на мой взгляд, выйти за вас замуж было бы неоправданным риском. Мы полагаем, что Грейс обязана во имя себя самой, во имя ее семьи и чести нашего прихода пересмотреть свое решение». Олег Кассини за словом в карман не лез, даиобих семье уже кое-что знал, поэтому вежливо объяснил, что с бывшими женами и детьми сохранил хорошие отношения, ну а что касается женщин. «Интересные мужчины, в том числе и ваш собственный супруг, всегда пользуются популярностью у противоположного пола. За что же меня наказывать?»

Маргарет оценила его настойчивость и поняла, что так просто от этого претендента на Грейс не избавиться. Поэтому она выдвинула требование — шестимесячный испытательный срок. «Нам кажется, вам не следует видеться друг с другом на протяжении этого времени, — сказала она. — И тогда Грейс разберется, в чем тут дело: виновата ли Европа, ваши чары или ваши настойчивые домогательства».

Олег рассчитывал, что Грейс вмешается, возразит матери, но она молчала, и ему тоже ничего не оставалось, как согласиться. Правда, через несколько дней она пригласила его сопроводить ее на конкурс «Мисс Америка», куда она была приглашена в качестве почетной гостьи. А потом он должен был переночевать у ее родителей. Кассини согласился, хотя и не ожидал от этой встречи ничего хорошего. Но Грейс убедила его, что мать помогла ей повлиять на отца и тот согласился с ним познакомиться.

Убедила Джека действительно Маргарет — поначалу тот и слышать не хотел о том, чтобы Олег Кассини переступил порог его дома. Да и когда тот явился, ни он, ни Келл не сказали ему ни слова, демонстративно игнорируя гостя, чтобы показать ему свое презрение. Но по правде говоря, сразило Олега вовсе не это. Несколько лет назад он уже проходил через подобное — семья его второй жены, Джин Тирни, тоже приняла его в штыки. Но тогда Джин встала на его защиту и отстояла свое право самой выбирать себе мужа. Грейс же сидела молча, опустив глаза, и не смела сказать ни слова.

Немного взбодрило его только то, что в Нью-Йорке она сразу же стала прежней и объяснила ему, что придется изображать, будто они не видятся, чтобы родители поверили в ее подчинение, но на деле их отношения останутся прежними. Что поделать, притворство давно уже стало частью ее натуры. Олегу оставалось лишь согласиться, и ближайшие недели они провели вместе, стараясь только не попадаться на глаза журналистам. Правда, это было довольно сложно — на экраны уже вышло «Окно во двор», и Грейс была желанной добычей для любого фоторепортера.

Через некоторое время она уехала в Голливуд, заканчивать работу над картиной «Поймать вора», и там, вдали от родителей, вновь стала посмелее, поэтому заговорила о том, чтобы все-таки пожениться без разрешения. С ее стороны это была неслыханная смелость, и Олег оценил это по достоинству. Поскольку он не был особо религиозен, он решил перейти в католичество и тем самым убрать хотя бы две причины для неприязни со стороны ее отца — религию и два развода.

От свадьбы их отделял только шаг, но. он так и не был сделан. «Мы тянули время, — вздыхал впоследствии Кассини, — ив конце концов момент был упущен». Рассказывая об этом, всегда благородно брал всю вину на себя. Ведь он один раз уже заставил любимую женщину пойти против семьи — Джин ради него бросила вызов родителям и надолго с ними рассорилась. Он хорошо помнил это тяжелое время и не решился настаивать, чтобы то же самое сделала для него Грейс.

Но конечно, на самом деле виноваты были оба — он побоялся настаивать, а Грейс сама не была способна хоть на какие-то решительные действия. Сказать по правде, она ведь каждого из своих женихов ставила в такое положение: заставляла его пройти через унизительное знакомство с ее семьей, а потом ждала от него, что он сам за нее все решит и поведет ее под венец как-нибудь так, чтобы вся ответственность за это была на нем, а не на ней. Но никто из них, даже Олег Кассини, на это так и не решился.