ЭЙНШТЕЙН АЛЬБЕРТ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЭЙНШТЕЙН АЛЬБЕРТ

(род. в 1879 г. – ум. в 1955 г.)

Великий ученый, Альберт Эйнштейн в 37 лет был признан величайшим физиком-теоретиком нашего времени, равным Ньютону. Этот человек, свято веривший в то, что ценна только та жизнь, которая прожита для людей, для целого поколения стал пророком разума и мира. Он отдал теоретической физике всю свою жизнь. Интересно, что многие коллеги чудаковатого ученого считали, что он понапрасну растратил силы во второй половине своей жизни. Долгое время говорили, что именно этот удивительный человек несет ответственность за создание атомной бомбы и страшную трагедию Хиросимы и Нагасаки. Но, по существу, открытие деления атомного ядра и цепной реакции никак не связано с работами Эйнштейна, а письмо ученого к Рузвельту в 1939 году имело особое значение. Фактически в данном случае знаменитый физик сыграл роль… почтового ящика!

Альберт Эйнштейн родился в семье мелкого коммерсанта в Ульме (Вюртемберг, Германия) 14 марта 1879 года. Предки великого физика (евреи) осели в Швабии около 300 лет назад, поэтому сам Эйнштейн до конца жизни сохранял мягкое южногерманское произношение. В семье к религии относились равнодушно. Родители Эйнштейна были относительно обеспеченными людьми, так что Альберту не пришлось столкнуться с ужасами нищеты.

Будущий ученый в детстве не отличался особыми способностями, некоторые его считали отсталым. Например, он очень поздно начал говорить, и многие вещи усваивал с видимым трудом. Это кажется особенно странным, если учесть тот факт, что математический дар, как правило, проявляется в очень раннем возрасте. Однако математические способности Эйнштейна «всплыли» достаточно поздно; признаки быстрого развития стали обнаруживаться у мальчика, лишь после 10 лет. При этом стоит говорить скорее о развитии характера, а не интеллекта. Так что в начальной католической школе в Ульме Альберта считали посредственным и не слишком развитым ребенком… Да и сам мальчик к учебе относился равнодушно.

Когда Эйнштейну исполнилось 10 лет, его семья переехала в Мюнхен. Альберта зачислили в одну из городских гимназий, которую мальчик практически сразу люто возненавидел. Интересно, что отношение к гимназии у него не изменилось и по прошествии шести десятков лет. Дело в том, что порядки в учебном заведении были буквально пропитаны духом милитаризма, а его-то Эйнштейн терпеть не мог. Школа, в которой дети маршировали, а учителя отдавали приказы, где муштра ставилась во главу угла, не могла не напоминать казарму. Альберт же приходил в ужас от принуждения в любой форме – умственной, эмоциональной или физической.

Уже в 10 лет Эйнштейн всецело и с полной уверенностью полагался на собственный разум. И если в раннем детстве ученый пережил период повышенной религиозности, то с 12 лет и до самой смерти он исповедовал нечто, напоминающее космическую религию неверующего. Эйнштейн говорил: «Я верю в Бога Спинозы, который раскрывается в гармонии всего сущего, а не в того Бога, который управляет судьбами и поступками людей».

В гимназии у Альберта были хорошие, – но не более того! – отметки по математике и физике, однако мальчик уверенно определил для себя дальнейший жизненный путь, решив связать свою судьбу именно с этими предметами. Остальные же школьные дисциплины будущего ученого абсолютно не привлекали. Он не любил большинства предметов и просто не считал нужным преуспевать в них. Так что в этом вопросе Эйнштейн разительно отличался почти от всех будущих светил науки, которые обычно заканчивали школу с великолепными отметками.

Тем временем дела у отца Альберта в Мюнхене шли плохо. Пытаясь наладить коммерцию, он перебрался в Милан, но там ситуация лишь ухудшилась. 15-летнего подростка родители с собой в Италию не взяли, поскольку ему было необходимо закончить гимназию, а на новом месте семье только предстояло устраиваться. Разлуку с матерью и отцом Альберт воспринял легко; он уже тогда отличался крайне независимым умом, а за шесть месяцев одиночества принял решение кардинально изменить собственную жизнь. Для начала будущий физик отправился в Милан, чтобы поговорить с родителями. Те, вопреки ожиданиям, одобрили планы сына и не стали ему мешать ненужными советами и опасениями. Так что Эйнштейн вскоре бросил ненавистную гимназию и отказался сдавать выпускные экзамены. Затем парень решительно порвал с еврейской общиной, в которой и без того состоял лишь формально. И наконец, он отказался от немецкого гражданства. Таким образом, будущий ученый изменял навязанные ему жизнью обязательства.

Альберт хотел поступить в Политехнический институт в Цюрихе, чтобы стать инженером-электриком. Его отец был не в состоянии оплатить обучение сына в столь серьезном и престижном заведении. Но другие члены рода Эйнштейнов, живущие в разных странах Европы, решили помочь молодому родственнику. Однако на вступительных экзаменах в 1895 году Альберт провалился: он блестяще сдал те предметы, которыми интересовался, но показал себя неучем в других областях. Так что пришлось будущему физику в течение года учиться в швейцарской кантональной школе. Обучение давалось Эйнштейну нелегко хотя бы потому, что он успел достичь уровня зрелости, характерного лишь для немногих людей даже более солидного возраста.

Сдав экзамены, в 1896 году молодой человек вновь отправился в Цюрих и подал заявление на педагогический факультет Политехникума, так как решил стать учителем физики. Но и здесь новоявленный студент столкнулся со столь ненавидимой им муштрой. Больше всего подавляли талантливого молодого человека… экзамены! Он жаловался, что сей вечный кошмар студенчества сковывает его ум и отбивает охоту учиться. Видимо, именно поэтому Эйнштейн в течение целого года после окончания института шарахался от занятий наукой, как черт от ладана. Тем не менее с преподавателями Альберту удивительно повезло: он учился (если говорить честно, с заметной ленцой) у выдающегося ученого Минковского. Кроме того, общий уровень преподавания в Политехникуме был высоким; у Альберта в то время появилось много друзей, которые восторгались этим чудаком, считая его существом не от мира сего. Недовольство Эйнштейна вузом крылось в том, что ни тогда, ни после не существовало учебного заведения, способного удовлетворить требования столь неординарного человека, чья независимость не укладывалась ни в какие рамки. Видимо, по этой причине все необходимые дисциплины Альберт сдал без блеска, и в институте его не оставили даже на самой простой должности. Так что новоиспеченный дипломированный специалист в 1900 году остался безработным…

Поддерживать Эйнштейна было некому; если в годы студенчества родители помогали сыну материально, то после окончания института они посчитали, что Альберт должен сам зарабатывать себе на жизнь. Пару раз молодой человек, единственным достоянием которого на тот момент являлся поношенный костюм, устраивался на временную работу преподавателем. Ситуация изменилась тогда, когда приятель Эйнштейна, Марсель Гроссман (впоследствии сам ставший видным ученым), уговорил своего отца устроить Альберта хоть куда-нибудь. Марсель также убедил друга в том, что для современной физики математика просто необходима. Гроссман-старший, состоятельный швейцарский промышленник, решил, что учитель-физик вполне подходит для должности… эксперта патентного бюро в Берне.

Новая работа, которую чудаковатый молодой человек получил в 1902 году, оказалась не слишком сложной. Эйнштейн, обладавший редкой способностью отбрасывать все наносное, второстепенное и видеть суть проблемы, оказался для патентного бюро настоящей находкой. К тому же он был не лишен практической сметки, очень интересовался разными усовершенствованиями и прекрасно в них разбирался. Так что вскоре Альберту повысили жалованье. А все свободное от работы время 23-летний физик проводил в раздумьях о природе Вселенной.

Несмотря на то что мышление Эйнштейна было абстрактным, большую роль в его исследованиях играла интуиция. Работая в лаборатории над созданием своей теории относительности, Альберт понял, что ему не хватает математических знаний, которыми оперировали первоклассные физики-теоретики. Поэтому молодой человек старался расширить свои познания в данной области. При этом Эйнштейн шутил, что великие открытия делаются… невеждами, которые не знают, что что-то сделать невозможно…

Одновременно с работой в патентном бюро Альберт начал писать научные статьи. Пять его работ были опубликованы в 1905 году в «Анналах физики». При этом три статьи принадлежали к числу величайших в истории этой науки. Одна из них, давшая объяснение фотоэлектрического эффекта, спустя 16 лет принесла Эйнштейну Нобелевскую премию. В другой, рассматривавшей так называемое броуновское движение, автор показал, что движение частиц в данном случае подчиняется конкретному статистическому закону. А третья посвящалась изложению знаменитой теории относительности, соединявшей воедино такие понятия, как материя, пространство и время.

Интересно, что в своих научных трудах Эйнштейн никогда не приводил каких-либо цитат или ссылок на авторитеты. Манера изложения гениального физика разительно отличалась от работ его коллег-теоретиков. Обычно в статьях Эйнштейна было много логического анализа, но удивительно мало математических расчетов, но доводы при этом выглядели несокрушимыми.

Работы молодого физика буквально потрясли научный мир. Уже через несколько месяцев после выхода статей Эйнштейна польские специалисты заявили, что в мире появился новый Коперник – ни много, ни мало! А спустя еще четыре года крупнейшие немецкие теоретики назвали «отца» теории относительности гением. В общем, с момента выхода знаменитых статей пространство и время навсегда перестали быть тем, чем считались прежде, масса стала одной из форм энергии, а квант и атом обрели реальность.

Вскоре после начала работы в Берне Альберт женился на сербке Милеве Марич, которая училась вместе с ним в Цюрихе и была на четыре года старше супруга. Собственно, это единственное, что можно достоверно сказать о первой спутнице жизни ученого. Швейцарские знакомые часто удивлялись, что такой остроумный человек, как Эйнштейн, мог связать свою судьбу со столь угрюмой и малоодаренной особой. Однако ряд биографов говорят о Милеве просто как о скрытном, меланхоличном человеке, очаровательно беззащитном и преданном. Сложно сказать, был ли этот брак несчастливым с самого начала. Ученый не любил распространяться о своей личной жизни, а домыслы тут, по понятным причинам, неуместны. Вполне возможно, что в этом браке Альберт искал «пуританскую сдержанность», необходимую, по его мнению, для ученого, занятого поисками истины. Ведь чувственность Эйнштейн считал оковами, от которых надо обязательно освободиться!

Как бы там ни было, Милева и Альберт воспитывали двоих сыновей. Первый ребенок родился, когда Эйнштейну исполнилось 26 лет. Но если старший из братьев не доставлял родителям никаких хлопот (он легко учился, был целеустремленным и волевым человеком, а со временем стал крупным специалистом по гидравлике, профессором Калифорнийского университета), то младший был настоящим семейным горем. Он унаследовал депрессивную психику своей матери, постоянно «кочевал» от кризиса к кризису; здоровье парня также постепенно ухудшалось, вызывая вполне обоснованные опасения.

Семейная жизнь Эйнштейна тем временем бодро и уверенно… шла ко дну. В конце 1909 года ученый стал экстраординарным профессором теоретической физики в Цюрихском университете, а после трех семестров получил почетное приглашение на кафедру теоретической физики Немецкого университета. Когда ученый перебрался в Прагу, его брак уже трещал по швам. На новом месте Альберту очень не понравилось. Когда Эйнштейн принял предложение занять в университете должность профессора, он как-то упустил из виду, что тем самым становится чиновником империи Габсбургов. А значит, для начала должен заявить о своей религиозной принадлежности. Тут в дело вступил дух противоречия, и поскольку в Австрии был силен антисемитизм, ученый, давным-давно порвавший с еврейской общиной, «вспомнил» о своем происхождении… В общем, в Праге физик надолго не задержался. Тем не менее, именно в этом городе в 1911 году Эйнштейном были заложены основы релятивистской теории тяготения. А летом следующего года он возвратился в Цюрих, на кафедру математической физики в Высшей технической школе.

В апреле 1914 года Эйнштейн, уже будучи членом Академии наук (1913), переехал в Берлин, оставив семью дома. Его брак распадался, и ученый давно чувствовал это. Особенно тосковал он по сыновьям. Но… «склеить» отношения супругов не могла уже никакая сила в мире. Германии суждено было на 19 лет стать домом для чудаковатого ученого с мировой славой.

Так получилось, что в Берлин Эйнштейн попал всего за несколько месяцев до начала Первой мировой войны. Пацифист по духу, знаменитый физик с ужасом наблюдал за тем, как его коллег из Прусской академии наук охватывает то состояние, которое он называл «тевтонским сумасшествием». Естественно, этот чудак осмелился высказываться против настроений, которые в Берлине на тот момент считались единственно правильными, и упрекать немецких ученых в том, что они ведут себя так, будто «у них восемь месяцев назад удалили головной мозг». Защищало физика лишь то, что он все еще являлся подданным Швейцарии…

Пожалуй, обрести душевный покой и найти свое личное счастье в Берлине, где царила атмосфера милитаристского угара, мог только такой оригинал, как Эйнштейн. Но пути Господни неисповедимы! Во всяком случае, именно в Берлине Альберт встретился с дочерью своего дяди… Эльза как раз успела развестись после неудачного замужества; вскоре ученый, оформив развод с Милевой Марич, женился на своей нетребовательной, жизнерадостной кузине. Она, не имевшая, в отличие от первой жены Эйнштейна, ни малейшего понятия о высшей математике и ничего не понимавшая в работах мужа, отличалась удивительной проницательностью и прекрасно разбиралась в людях. Эльза сумела оградить своего чудаковатого супруга от всех житейских неприятностей, предоставляла ему необходимую свободу и с пониманием относилась к его стремлению к уединению. Видимо, это стало причиной окончания периода спада в научной деятельности Эйнштейна. Практически сразу после женитьбы знаменитый физик стал работать с утроенной энергией и вскоре достиг небывалого творческого подъема. Уже в 1916 году он опубликовал свою общую теорию относительности, а затем и гипотезу о замкнутой (пространственно конечной) Вселенной. Коллеги ученого единогласно признали, что новая теория почти безоговорочно верна и по своей значимости является одним из величайших достижений человечества. И вот что интересно: если все другие открытия, принадлежащие этому удивительному человеку, могли бы совершить и его коллеги, только позже, общая теория относительности, распространившая идеи частной теории на гравитационное поле, вряд ли родилась бы в другой голове на протяжении еще многих поколений.

После опубликования этой работы Эйнштейн занял в науке совершенно беспрецедентное место. Кто может объяснить, почему живым символом науки, перед которым благоговели современники, стал человек, значения трудов которого большая часть населения земли не понимала? Видимо, никто. И тем не менее, Эйнштейн превратился в кумира своего времени, был признан живой легендой и едва ли не существом высшего порядка!

В 1916–1917 годах вышли работы ученого, посвященные квантовой теории излучения. Выдвинутые в них идеи стали теоретической основой современной лазерной техники. А уже в 20-е годы XX века чудаковатый академик решил, что настала пора активно поддержать международный пацифизм. Своей общественной деятельностью он часто вызывал удивление у прагматичных американцев, которые со временем стали обвинять великого физика в детской наивности. Но Эйнштейн не был наивен, просто он, стараясь полностью обособиться от других людей, чувствовал себя в долгу перед ними… Особую же ответственность перед миром, по мнению физика, несли ученые. Он говорил, что основной целью науки должна стать именно забота о каждом конкретном человеке и его судьбе. «Никогда не забывайте об этом среди ваших чертежей и уравнений!» – предостерегал Альберт своих коллег.

Когда в Германии к власти пришел Гитлер, Эйнштейн гораздо быстрее многих политических деятелей осознал, сколь мрачное будущее ожидает мир. А раз пришло время становиться по одну из сторон баррикад, физик начал открыто выступать против фюрера. Естественно, он не мог не понимать, что стал для Гитлера «врагом номер один» и что при попытке вернуться в Германию обязательно простится с жизнью. Поэтому ученый большую часть 1933 года провел во фламандском городке Ден-Хаан (Кок-сюр-Мер), где основал своего рода столицу для ученых-беженцев.

Эйнштейн любил маленькие страны. Особенно ему нравились Бельгия и Голландия, но в них он не мог укрыться от нацистов. Так что пришлось знаменитому физику перебираться за океан. В США «отец» теории относительности поселился в Принстоне и получил американское гражданство, одновременно оставаясь подданным Швейцарии. Несмотря на налаженность быта, он ощущал себя изгнанником. Кроме того, мир Эйнштейна, дававший ему столько радости и вдохновения, начал рушиться на глазах: вскоре после переезда умерла Эльза, а младший сын физика попал в одну из психиатрических клиник Швейцарии; причем не оставалось никакой надежды на выздоровление больного. Чудаковатый ученый стал замыкаться в себе и окончательно растерял свою веселость. У него оставались только два устремления: работать над разгадками законов Вселенной и выполнять свой долг перед человечеством.

С наукой Эйнштейн не расставался до конца жизни. При этом гений, что называется, «шел против течения», не беря в расчет утверждения самых уважаемых физиков своего времени – Бора, Борна и Гейзенберга. Оппоненты Эйнштейна считали, что основные законы выражаются статистически, а когда возникают квантовые явления, «Бог должен играть в кости». Но гениальный чудак продолжал отстаивать идею возможности создания одной великой теории поля, в которой снова возникнет традиционная концепция случайности… Правда, за 40 лет работы Эйнштейну так и не удалось открыть эту теорию. Коллеги же, преклонявшиеся перед ученым, считали, что этот «упрямый старый грешник» зря растратил половину своей жизни.

Как же человек, которого часто называли «совестью мира», мог стать причиной рождения такого кошмара, как атомная бомба? Да никак! Дело в том, что история с письмом к Рузвельту в свое время получила неправильное толкование. Ведь работы Эйнштейна не имели, по сути, ничего общего с открытием, а тем более применением деления атомного ядра. И вообще, о возможности использования внутриатомной энергии в практических целях физики говорили задолго до открытия деления урана (оно, кстати, было осуществлено экспериментальным путем без участия теории Эйнштейна). К тому же над проблемой создания атомной бомбы физики-атомщики бились еще с начала 1939 года! Что же касается правительств ряда стран, то их специалисты проинформировали о возможности изготовления нового оружия задолго до того, как Эйнштейн подписал злополучное письмо Рузвельту. Просто группа ученых-эмигрантов, не имевших возможности напрямую связаться с Белым домом, обратилась за поддержкой к «отцу» теории относительности… У данной проблемы имелся еще один аспект: ученый-пацифист считал своим долгом подписать обращение коллег к американскому президенту хотя бы по той причине, что нацисты могли изготовить атомную бомбу первыми и благодаря этому захватить мировое господство. Чем это грозило человечеству, Эйнштейн понимал прекрасно…

Интересно, что чудак-физик вообще не был в курсе работ по созданию нового оружия массового уничтожения. Когда его коллеги вовсю протестовали против использования атомной бомбы в войне с Японией, Эйнштейн молчал. Почему? Да он просто не подозревал, что бомба уже почти готова! Так что известие о трагедии Хиросимы и Нагасаки застало ученого врасплох. Теперь перед ним встал вопрос о том, что же делать человечеству, когда страшное оружие уже существует. И чудак стал призывать к созданию единого мирового государства, высказывать мрачные предположения относительно будущего земли, убеждать, что создание водородной бомбы сделает технически возможным уничтожение всей жизни на планете. В итоге, недоверие к ученому в США резко возросло, его просто перестали слушать. Но Эйнштейн продолжал вместе с другими специалистами настойчиво требовать трезво оценить ситуацию, в которую человечество поставило себя само. Последнее такое письмо он подписал за неделю до собственной смерти.

Под конец жизни Эйнштейн сильно сдал. Много проблем приносила ему болезнь кишечника и печени, а со временем к этому «букету» добавилось тяжелое заболевание аорты. Странно, но страдавший от сильных болей ученый находил в себе силы оставаться спокойным и приветливым. Понимая, что смерть уже близка, он, тем не менее, игнорировал ее приближение и старался как можно меньше внимания уделять собственному состоянию. Эйнштейн продолжал работать, а на осторожные замечания врачей заявлял, что смерть свою встретит спокойно и без сожаления. «Свою задачу на земле я выполнил», – безмятежно говорил он.

…17 апреля 1955 года, ночью, чудак-ученый вынужден был оторваться от объемистой рукописи с новыми уравнениями. Эти строчки являлись очередной ступенью к единой теории поля. Но сильные боли не давали старику сосредоточиться. Что ж! Рукопись не без сожаления была отправлена на прикроватный столик. Ведь завтра будет новый день, боль утихнет, и появится возможность вновь заняться работой. С Эйнштейном такое случалось не раз, поэтому он не мог ожидать, что новый день наступит для всех, но не для него… 18 апреля на рассвете у великого физика произошло прободение стенки аорты, которое привело к мгновенной смерти. Прах гениального чудака, согласно его последней воле, был развеян друзьями покойного в месте, которое навсегда должно остаться неизвестным…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.