МЕНУХИН ИЕГУДИ МОШЕВИЧ

МЕНУХИН ИЕГУДИ МОШЕВИЧ

(род. в 1916 г. – ум. в 1999 г.)

Великий скрипач, дирижер, общественный деятель, которого называют «гражданином мира» и подлинным гуманистом XX столетия. Родившись в Америке, он большую часть своей жизни провел в Европе. Этот человек, активно игравший на скрипке почти 65 лет подряд, был настоящим «музыкальным кочевником», единственным, кому удалось сохранить на европейской и американской концертной сцене дух скрипичного дела в оригинале. Менухин постоянно говорил о себе как о наследнике играющих цыган, хотя мало походил на своего учителя, румынского цыгана Джордже Энеску, чьи секреты «говорящего смычка» он перенес в классическую музыку.

Иегуди Мошевич Менухин родился 22 апреля 1916 года в Нью-Йорке, в семье русских эмигрантов. Отец скрипача был математиком, а мать – пианисткой. Менухины уехали из России в Америку незадолго до революции и поселились в Сан-Франциско. Дети в семье воспитывались в строгости. Малыши привыкали вставать в пять утра, после завтрака помогать по хозяйству и весь день, с перерывом на обед, заниматься музыкой. Вечером родители знакомили детей с литературой, математикой, философией и языками. Выходные дни неизменно посвящались физическому развитию и спорту. По воскресеньям, например, семейство пешком отправлялось на пляж, который располагался в… восьми километрах от дома!

Иегуди проявил интерес к скрипке еще в трехлетнем возрасте. А в четыре он уже играл классику. Первый свой публичный концерт маленький вундеркинд дал в Сан-Франциско, в возрасте семи лет.

Он пришел в мир музыки, когда в нем царили такие великие скрипачи, как Крейслер, Эльман, Хейфец. Удивительно, но мальчик сумел не затеряться в их тени. В ноябре 1927 года, в 11 лет, Иегуди дебютировал в Карнеги-холл с Нью-йоркским филармоническим оркестром, сыграв скрипичный Концерт Бетховена. Причем так, что привел критиков в состояние ступора. «Быть может, это и прозвучит глупо, но Менухин продемонстрировал зрелую концепцию бетховенского концерта. И это факт», – писал о нем Олин Доунс в «Нью-Йорк тайме». Карьера удивительного скрипача сложилась как будто сама собой. Менухин-солист постоянно расширял свой репертуар; он был своеобразным «полиглотом от музыки» и с равным успехом исполнял произведения от Вивальди до Энеску.

В 1926–1936 годах Иегуди, можно сказать, жил в пути, «кочуя» с одних гастролей на другие. Его выступления, проходившие на сценах многих стран мира, имели неизменный успех. Однако в 1936 году молодой человек внезапно отошел от концертной деятельности: Менухин почувствовал, что ему необходимо время, чтобы осмыслить все наработки и совершенствовать свое мастерство. В результате он создал особую техническую базу – собственную, постоянно изменяющуюся эклектичную систему, которую много лет спустя изложил в книге «Искусство игры на скрипке».

В 1938 году Иегуди вернулся на сцену, но уже как зрелый артист. К середине века он занимал место одного из главных скрипачей мира. Так, для этого 22-летнего виртуоза, например, писал музыку сам знаменитый Бела Барток.

Такой успех покажется вообще фантастическим, если вспомнить, что в течение всей жизни Менухин боролся с профессиональным заболеванием рук. Несмотря на титанические усилия, в 1960-е годы музыкант пережил серьезный кризис: правая рука внезапно отказалась ему служить и оказалась чуть ли не парализованной. Лечение особых результатов не дало, и скрипач отправился за исцелением в Индию. Там он прошел курс йоги и… снова смог взять в руки любимый инструмент! Вот только до последних дней Иегуди вынужден был постоянно, при любых обстоятельствах, делать особую гимнастику (в нее входило, кроме всего прочего, 15-минутное стояние на голове). И не важно, где находился музыкант, – у себя дома, в гостинице, в поезде или самолете. Привычные упражнения были для него залогом подвижности рук… Кроме того, Менухину пришлось раз и навсегда сесть на определенную диету и поддерживать особый режим питания.

В 1959 году музыкант переехал в Лондон. Он основал в столице Великобритании скрипичную школу, дав ей свое имя. В 1963 году Музыкальная школа Иегуди Менухина для одаренных детей появилась и в Сток д’Аберноне (графство Суррей). Спустя два года королева Елизавета II сочла возможным возвести скрипача в рыцарское достоинство. С того момента Иегуди Мошевич превратился в «сэра Иегуди», а несколько позже стал лордом.

Увлекшись общественной деятельностью, Менухин в течение ряда лет являлся председателем Международного музыкального совета при ЮНЕСКО, Послом мира при этой организации, возглавлял крупные музыкальные фестивали. Кроме того, он участвовал в деятельности правозащитной организации «Международная амнистия». А в 1974 году скрипача избрали почетным председателем музыкального факультета Калифорнийского университета. Американец по рождению, европеец по духу, после пребывания в Индии Менухин «заболел» Востоком. Именно он фактически открыл миру великого ситариста Рави Шанкара и гениального Акбар Хана, игравшего на сароде. Если бы Иегуди не создал знаменитые записи «Восток встречается с Западом», имена этих исполнителей, похоже, так и не прозвучали бы в Европе. Кроме того, скрипач всячески способствовал публикации книги своего гуру Б. Йенгара «Свет йоги» и даже написал к ней предисловие.

Трудно называть борцом доброго, рассеянного, отзывчивого и открытого Менухина. И, тем не менее, он действительно боролся за справедливость и интересы искусства. При этом музыкант не считался ни с чем – даже с собственной безопасностью. Например, приехав на гастроли в ЮАР во времена апартеида, Иегуди Мошевич был очень недоволен тем, что в зале собралась исключительно белая аудитория. Тогда он всех поразил своей решительностью и напором, добившись возможности дать концерт и перед чернокожими слушателями. Интересно, что с того момента другие именитые исполнители считали своим долгом поддержать эту традицию.

Когда началась Вторая мировая война, Менухин, как отец двоих детей, призыву на фронт не подлежал. Но разве мог «гражданин мира» оставаться в стороне от столь глобальных событий! И скрипач начал давать выездные концерты для союзнических войск (всего он отыграл более 500 таких концертов). При этом выступать Иегуди Мошевичу часто приходилось в прямом смысле на передовой. Например, в Антверпене он играл, когда окраины города еще занимали немецкие войска.

Менухин стал первым из музыкантов, который отважился провести турне по только что освобожденным концлагерям Европы. Было ли это кощунством? Ни в коей мере! Скорее, его выступления можно расценивать, как поддержание в людях желания жить и стремление дать мощный импульс к возрождению.

После войны Иегуди Мошевич много концертировал и в лагерях для тех несчастных, которых злая судьба насильно сделала «гражданами мира», так называемыми «перемещенными лицами». В этих поездках скрипача часто сопровождал в качестве аккомпаниатора великий английский композитор Бенджамин Бриттен.

В ноябре 1945 года Менухин отправился в СССР, где дал концерт в московском Концертном зале имени Чайковского. Затем он улетел во Францию, где сыграл Концерт Мендельсона, до этого запрещенный нацистами.

В 1967 году, во время печально известной арабо-израильской войны, знаменитый скрипач дал бесчисленное количество благотворительных концертов для Израиля и в Израиле. Невероятно, но факт: во время одного из выступлений в Тель-Авиве Иегуди… угрожали бомбой (ее собирались подложить в зал). Фанатиков взбесило то обстоятельство, что музыкант с равным воодушевлением давал концерты и для арабских беженцев… И таких «конфликтов» в биографии «гражданина мира» много. Например, сразу же после окончания войны Менухин дал концерт вместе с Берлинским симфоническим оркестром под управлением великого немецкого дирижера Вильгельма Фуртвенглера. Последний, хоть и не был нацистом, вполне комфортно чувствовал себя в Третьем рейхе, продолжая заниматься любимым делом и наплевав на политику. То обстоятельство, что Менухин согласился играть вместе с именитым немцем, поразило еврейскую общественность, и она еще долгое время бойкотировала концерты Иегуди Мошевича. А в Израиле ему вообще устроили обструкцию, на несколько лет лишив музыканта возможности въезда в страну. Но скрипач лишь пожимал плечами, не уставая твердить: «Настало время залечивать старые раны. Любовь, а не ненависть должна излечить мир». Лишь в 1950 году Иегуди Мошевич смог приехать в Тель-Авив. Его там встретили на удивление враждебно: к знаменитости даже пришлось приставить личную охрану. Но после первого же концерта стена отчуждения между скрипачом и публикой пала. В израильской прессе писали о выступлении Менухина как о чуде, способном заставить поверить в Бога даже атеиста…

В детстве отец научил Иегуди говорить на иврите, а мать – на французском, немецком, итальянском и испанском языках. Свободное владение иностранными языками очень пригодилось «гражданину мира» в его дальнейшей жизни. Он очень много времени и сил уделял общественной деятельности; в своих первых интервью музыкант вообще призывал к созданию мирового правительства, считая его единственной гарантией подлинного и прочного мира. До последних своих дней скрипач активно занимался благотворительностью, перечисляя часть своих гонораров в фонд Международного Красного Креста, в пенсионный фонд работников искусства и других общественных организаций. В 1970 году Швейцария сделала Иегуди Менухина своим почетным гражданином. После этого Государственный департамент США хотел лишить музыканта американского гражданства, но в последний момент не осмелился продемонстрировать столь неприязненное отношение к общепризнанному «гражданину мира». А в 1985 году Менухин получил еще и британское подданство.

Иегуди Мошевич всегда считал, что музыка – это не просто искусство, а универсальный язык общения между людьми и народами. Исходя из такого убеждения, он стал отцом-основателем двух знаменитых международных фестивалей – Гштадского (Швейцария) и Батского (Англия). Кроме того, скрипач курировал лондонский музыкальный колледж «Тринити» и «Академию Менухина» в Гштаде. Вообще, музыкальных и благотворительных организаций, в которых Иегуди Мошевич выступал спонсором и основателем, насчитывается несколько сотен! «Гражданин мира» был великим педагогом. Но это не значит, что учил он своих студентов только премудростям скрипичного мастерства. Музыкант пытался привить им свой взгляд на мир, передать подрастающему поколению те моральные ценности, которые, на его взгляд, должны были сделать мир добрее и счастливее.

Те, кто знал Менухина лично, говорят о нем, как о человеке на удивление простодушном, учтивом, заботливом, легком в общении. Непринужденная любезность позволяла ему завязать дружескую беседу с самым неконтактным человеком. Иегуди Мошевич никогда не выходил из себя и не употреблял грубых выражений. Он любил шутить и умел ненавязчиво разрядить самую «взрывоопасную» обстановку. При этом в быту скрипач был классически рассеян и забывчив. Однако эта рассеянность ни в коей мере не касалась рабочих вопросов. Менухин всегда старался вести дела образцово аккуратно: отвечал на все письма, выполнял все просьбы.

В 1991 году музыкант объявил об окончании своей скрипичной карьеры, поскольку больше держать в руках инструмент уже не мог. Однако он просто сменил амплуа, выступая с того момента в качестве дирижера с известнейшими оркестрами мира. До последних дней Иегуди Мошевич вел на редкость активный образ жизни, постоянно был в разъездах: его ждали если не очередные гастроли, то мастер-классы или почетные собрания. Супруга музыканта давно смирилась с таким положением вещей, окрестив мужа «агентом по распространению скрипичной музыки». Менухин, кстати, был женат дважды и воспитал четверых детей. Его брак с Дайаной Гоулд длился более полувека. У бывшей балерины, которая еще во времена Нижинского танцевала в Дягилевских балетах, были проблемы с бедром, легкими, сердцем и позвоночником. В отелях Дайана часто ходила по ночам со своей неизменной фляжкой виски, опираясь на трость. Тем не менее, Иегуди Мошевич обожал свою «половинку», был трогательно ласков с ней и на редкость заботлив. Дайана часто вспоминала слова супруга о том, что его первая жена была его первой ошибкой. И заключала: «Надеюсь, что я не стала второй». Спутница жизни гениального скрипача обладала недюжинным здравомыслием, на редкость ровным, спокойным характером и изрядным чувством юмора. Однажды при прохождении паспортного контроля в графе «профессия» она написала: «раба». И объяснила впавшему в ступор пограничнику, указав на Менухина: «Разве можно быть его женой, женой скрипача, и не быть рабой?»

На свете не существует человека, который не пережил бы череду кризисов, утрат и разочарований. Коснулись они и Иегуди Мошевича. Однако он всегда считал, что прожил счастливую жизнь. Ведь Менухин не только занимался любимым делом, но и был обласкан славой. Знаменитый скрипач являлся командором французского ордена Почетного легиона, кавалером немецкого ордена «За заслуги», греческого королевского ордена Феникса, бельгийского ордена Леопольда, ряда других наград и отличий, носителем многих почетных титулов. Но превыше всего он ценил свой титул гражданина мира, в шутку называя себя «командором дружбы между народами».

В марте 1999 года Иегуди Мошевич отправился в Германию. Он собирался продирижировать концерт с Варшавским симфоническим оркестром, который должен был состояться в Берлине. Музыканта не остановил даже тот факт, что накануне отъезда он заболел пневмонией. Но коварная болезнь не простила Менухину такого отношения к собственному здоровью, вызвав осложнение в виде сердечного приступа. 82-летний «гражданин мира» вместо концерта попал в берлинскую больницу. Уже в палате у него произошел инфаркт, и 12 марта 1999 года Иегуди Мошевича не стало…

Альберт Эйнштейн после одного из выступлений гениального скрипача как-то сказал ему: «Сегодня вы доказали мне, что есть Бог на небесах». Слушая музыку этого удивительного исполнителя, трудно не согласиться с ученым…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ИЕГУДИ МЕНУХИН И НАШ КВАРТЕТ

Из книги Моя жизнь автора Райх-Раницкий Марсель

ИЕГУДИ МЕНУХИН И НАШ КВАРТЕТ Когда я впервые услышал имя Иегуди Менухина, — а тогда я был еще ребенком и совсем недолго жил в Берлине, — речь шла о божественном. Кто-то рассказывал в нашей комнате году примерно в 30-м о концерте тринадцатилетнего скрипача в Берлинской