ИРИНА РОДНИНА: «СПОРТ ПОМОГ МНЕ ВЫСТОЯТЬ И ВЫЖИТЬ»

 ИРИНА РОДНИНА: «СПОРТ ПОМОГ МНЕ ВЫСТОЯТЬ И ВЫЖИТЬ»

«Железная леди» спорта не сдается превратностям судьбы

— Без всякой лести, Ирина, хочу сказать вам, что я восхищен вами, вашей судьбой, вашими спортивными и жизненными подвигами. По долгу службы я часто общаюсь со звездами, истинными и преходящими, но скажу вам абсолютно искренне: вы самая, самая настоящая звезда XX века. Наш разговор я хочу посвятить памяти моей мамы, которая очень любила смотреть по телевизору ваши выступления.

— Спасибо. У меня регулярно случаются смешные ситуации на эту тему Как-то на приеме ко мне подошли двое молодых красивых мужчин. Я, как любая женщина, встрепенулась при виде таких красавцев, тем более что они были во фраках, а они извещают меня, что их бабушка очень болела за мои успехи. Они меня, конечно, не хотели обидеть, упомянув о моих заслугах в спорте давно прошедших лет.

— Но обидеть вас нелегко. Ведь вас недаром называют «железной леди» фигурного катания.

— Называли. Наверное, потому, что у меня были всегда стабильные результаты. Конечно, были травмы и всякие сложности, я меняла партнеров и тренеров. Но спортивные результаты оставались стабильными. Вот меня и прозвали «железной леди».

— А не потому ли, что, как я слышал, у вас крутой, сложный характер. Ведь понятие «железной леди» пошло от Маргарет Тэтчер, сильного, по-мужски волевого политика Великобритании.

— Я считаю, что у наших российских мужчин комплекс — они боятся сильных женщин. Им больше нравятся слабые женщины и дуры. Наверное, так сложилось исторически — мужчины гибли в войнах, в репрессиях, катастрофах, и женщины, волей-неволей, много брали на себя… Вы знаете, я всегда возмущаюсь, почему, если человек в искусстве, он считается талантливым, одаренным, а в спорте человек достигает успехов только из-за характера. Почему мы боимся сказать о спортсменах — что это люди одаренные? Может быть, потому, что в нашей стране спорт был всегда после погоды. Когда-то в Ленинграде одному известному тренеру хотели присвоить звание Героя Социалистического Труда. Я слышала, что и мне хотели присвоить это звание. Но партия и правительство ответствовали, что спорт — это увлечение, а не профессия. А я считаю, что мой талант был в том, что я любила кататься на льду и всегда хотела побеждать. С пяти лет.

— Совершенно с вами согласен. Спорт — конечно же, это и талант, и трудолюбие. А в фигурном катании это еще и опасно, неверное движение, и спортсмен может стать калекой.

— На днях я слушала Сличенко и Брегвадзе, да простят меня их поклонники, но я подумала, какое счастье, что в спорте нельзя кататься всю жизнь. В этом наше преимущество — спорт удел молодых. Как в поэзии. Поэт — значит молодой.

— Да, Артюр Рембо в восемнадцать лет уже бросил писать стихи и остался гением в мировой поэзии. А в спорте есть гении? Вот вы великая спортсменка? А вы гений?

— Нет, конечно.

— Но Ольгу Корбут считают гениальной гимнасткой… А Шумахер, по-вашему, гений?

— Гений — это очень страшное слово. Гением был Ньютон и те люди, которые что-то кардинально меняют в человечестве… Пусть уж лучше меня называют «железной леди», если это кому-то нравится. Наша советская система и впрямь сделала из меня идола, но в жизни я не такая. Когда я оказалась в Америке, я была для американцев представителем Советского Союза, которым пугали. Меня воспринимали с опаской. Одно дело, когда я там выступала на льду, другое дело, когда я стала с американцами работать, и мне пришлось защищать не только свои достижения в спорте, но и защищать свою страну. Я ведь оказалась одна из немногих тренеров, которых допустили к работе в сборной Америки. Я была первой, кто приехал туда по частному контракту, т. е. опять-таки сама пробивала себе дорогу.

— Оглядывая вашу карьеру, можно сделать выводу что советская система вас и подняла, и сделала из вас идола, но и во многом погубила?

— Не знаю, не знаю. Я не думаю над этим. Потому что я удовлетворена своей судьбой в спорте, я сделала все, что могла. А неудовлетворенных людей много, и их неудовлетворенность делает их больными. Не хочу ни в кого кидать камни, но я как-то встретила Юрия Власова, который, как известно, после поражения на помосте пытался вернуться в спорт, но стал… депутатом. Но мне показалось, что этого великого спортсмена будто прострелили насквозь. Я видела прибитыми Белоусову с Протопоповым. И думаю — не дай Бог это пережить. Да, я имела поражения в жизни, в личной судьбе, но не в спорте. И эти личные утраты мне давались легче, потому что я знала, что спорт меня защитит. И то, что я сделала как спортсменка, уже ничто не перечеркнет.

— Ваши успехи в фигурном катании, пожалуй, уже недостижимы, их невозможно повторить: трехкратное олимпийское чемпионство, десять раз вы были чемпионкой мира и одиннадцать чемпионкой Европы. И здесь я хочу еще раз вернуться к вашему сильному характеру. Простите, Ирина, но все же почему так драматично сложилась ваша личная жизнь?

— Так вот и сложилась. Как сказали мне мои дети, я все время не за тех выходила замуж.

— А «не виновен ли» во всем этот ваш мужской сильный характер?

— Не думаю. Я знаю многих слабых женщин, у которых тоже не сложилась судьба. Наверное, это все-таки разные вещи. Одна моя приятельница, американка, морализаторствовала, что над отношениями с людьми, с мужчинами надо работать. Меня это резануло, я тогда только приехала в Штаты, и мне казалось, таким было наше воспитание, что любовь, чувства — это главное, как бы от нас независящее, и как над этим можно работать? Права ли она или не права, но нас и впрямь не учили работать над чувствами, ну и потом, если честно, я считаю, что во многом виновата сама. Я много делала не так. И за это теперь расплачиваюсь. Например, мне не надо было выходить замуж за Зайцева. Да, конечно, мы были удачливой, красивой парой на льду, но в жизни оказалось все не так. Но у меня есть оправдания, почему я за него вышла. Моя близкая подруга Оксана Пушкина меня раньше не понимала, но потом сама стала сталкиваться в жизни с подобным. С чем? Я помню, когда в восемнадцать лет была уже очень известным человеком и, конечно же, находила время встречаться с молодыми людьми, как-то один из них однажды бросил: «Ой, я теперь расскажу, что встречаюсь с самой Родниной…» И у меня по этому поводу начался комплекс, я стала бояться, что мужчины со мной не потому, что я это я, а потому что я известная женщина. И я стала себя оберегать от этого. Не сразу. Вначале я сделала много ошибок, мне было очень больно. И я стала защищаться. Что касается Зайцева, то мне казалось, что он был вроде бы мне преданным, он прошел со мной всякие сложности в спорте, мне казалось, что он меня любил и был со мной искренним. Но, видно, этого недостаточно, ведь люди бывают счастливы, когда чувства обоюдны. А умом нельзя сделать счастливым брак. Когда мы закончили с Зайцевым совместные выступления, вдруг резко стало ясно — мы с ним разные люди, и нас не объединял даже ребенок.

— Я слышал легенду о том, что когда-то ваш тренер Станислав Жук организовал ваше с Улановым свидание с министром обороны Советского Союза Гречко. Поскольку вы выступали под эгидой ЦСКА. И что этот визит был организован специально: советской власти было бы более приемлемо, если бы вы с Улановым стали мужем и женой. Якобы Гречко хотел «купить» ваш брак ключами от готовенькой квартиры.

— О каких ключах вы говорите? Не совсем так. Да, квартиру, в которой я живу и сегодня, мне действительно подарил министр обороны, но мой партнер Уланов здесь ни при чем. Это случилось в 76-м году, после Олимпийских игр. И с этой квартирой я намучилась, потому что депутатская комиссия меня не пропускала, им казалось, что для одной у меня будет слишком много жилплощади. Ведь в тот момент я не была еще замужем за Зайцевым, который не имел московской прописки и прописаться мог, только женившись на москвичке.

— Какими были ваши гонорары в то время? Чтобы не унижаться, вы наверняка могли вступить в кооператив.

— Какие гонорары, что вы? Фигурное катание было любительским видом спорта. Это сегодня спортсмены зарабатывают хорошие деньги, и не потому, что не стало советской системы и появилась страна Россия, а потому, что фигурное катание стало в мире профессиональным видом спорта. А тогда мы жили на обычные стипендии. Помню, что иностранных журналистов тогда интересовало больше, когда я закончу свою карьеру, а советских — сколько я зарабатываю. Я всегда стеснялась отвечать, что государство обеспечивает меня только стипендией. Один крупный инженер мне как-то, возмущаясь, сказал, что как это он, инженер, получает меньше, чем я. И я совершенно спокойно ему ответила, что инженеров у нас десятки и сотни тысяч. Помню, как один министр меня тоже «укорял», дескать, у меня стипендия, как у него зарплата. А я ему ответила: «Вас меняют, простите, через каждые полгода, а меня пока никто не может сменить. Вот когда снимут — тогда посмотрим». Помню и разговор с Гречко, когда он спросил, сколько мы получаем за чемпионаты мира и какие у нас премиальные за чемпионаты Европы, и после названной мной суммы с ним, бедным, стало плохо. И он сказал: «Мы, деточка, все поменяем». Но, к сожалению, он не успел все поменять, ибо ушел из жизни.

— А сейчас-то фигуристы наверняка богато живут?

— Нет, не совсем так. Хотя деньги они получают нормальные. Но эти деньги нужно ох как зарабатывать. Когда стали платить высокие гонорары, конкуренция резко усилилась и добиваться успехов стало труднее. Почему у нас лучшие спортсмены и тренеры уезжают в Америку? Потому что Америка на сегодня имеет самый лучший рынок фигурного катания.

— Вы не жалеете, что десять лет назад уехали в Соединенные Штаты? А если бы вы не уехали, что бы было с вами здесь?

— Не хочу гадать, если бы, не если бы. Что произошло — не изменишь. Но в тот момент у меня на родине работы не было. Вот вы называете меня великой, но недаром говорят: нет пророков в своем отечестве. Как много раз я в этом убеждалась. Чего стоило и стоит только наше спортивное министерство. А то министерство, в котором я работала после ухода со льда, я называла самым страшным, министерством скоропортящегося продукта, ведь ни одно ведомство не располагало такими «свежими и молодыми продуктами» в лице юных рекордсменов. Как-то один старший тренер мне сказал, что при нем трехкратных олимпийцев больше не будет. Я отвечаю: «Конечно, не будет, потому что это недостижимо». Но он имел в виду другое, чем я, — ведь трехкратный чемпион — это целых двенадцать лет жизни, а за двенадцать лет даже самый неоперившийся молодой человек превращается в личность, им уже не покомандуешь. Он уже знает себе цену. Как-то в то время мне один иностранец сказал по-английски, я тогда еще не знала английский: «Вы так независимы». Что ж, быть может, в моей независимости и мой железный, как вы говорите, характер. Я знала, что я делаю, я безумно любила спорт и шла к цели как никто другой. Через все!

— Я не успел заглянуть в Книгу рекордов Гиннесса, но наверняка в ней есть ваше имя?

— Трижды.

— Не удостаивал ли вас своим вниманием наш дорогой Леонид Ильич?

— Цветы от него вручались. Но рандеву не было. Как известно, Брежнев встречался только с шахматистом Карповым и с боксером Мухаммедом Али, наверное, потому, что шахматы, как тогда считалось, делали определенную политику.

— Ирина, не секрет, что женщины-спортсменки ломают свое здоровье, ведь спорт — опасное занятие…

— А все в жизни опасно. Вы идете по дороге, и на вас падает кирпич, а то и под машину можно угодить. Не бояться же всю жизнь. А я, наверное, чувствовала, на что иду, отдавая всю себя спорту. С детства я была болезненным ребенком, как и многие дети после войны, но мне грех жаловаться, мне помогли добиться успехов и мой характер, и мой тренер Жук, который был сильным человеком. И еще во мне силен инстинкт выживания.

— Как я понимаю, вы сейчас живете меж двух континентов? В России у вас, как мы выяснили, квартира, подаренная министром обороны, а что в Америке?

— У меня там, в Лос-Анджелесе, дочка. И в день, когда Америка была атакована, я вся испереживалась, потому что связь оборвалась. Я связалась со своим бывшим мужем, который живет в Канаде, а он связался с дочкой. И только тогда я немного успокоилась. Кстати, любопытный факт, она учится в одной элитной школе, и в этой школе по методике нет телевизоров (и я считаю это правильно, ибо в ТВ много всякого гадостного), и о трагедии моя дочь узнала значительно позже.

— И вы по-прежнему разрываетесь, живя между двумя домами?

— Да, разрываюсь в самом прямом смысле, мы с мужем делим ребенка, делим имущество, а эти процессы в России и в Америке различны. Конечно, моя жизнь и мое сердце больше здесь, старший сын Саша живет в Москве.

— А сейчас вы замужем?

— Нет. Я философски склоняюсь к тому, что мне, наверное, муж и не нужен. У меня есть работа, я надеюсь осуществить свою горячую мечту о ледовом дворце. Есть определенный достаток, круг друзей — мужа мне не надо. Ведь между людьми могут быть просто замечательные неофициальные отношения… Кстати, нам надо заканчивать, за мной пришла Оксана.

…Мы беседовали в изумительном салоне красоты фирмы «Долорес». Я глянул вниз со второго этажа офиса. Оксана Пушкина махала нам рукой. И я с сожалением попрощался с Ириной Родниной, великой моей современницей, непревзойденной спортсменкой, умным человеком, «железной леди» мирового спорта.

2001

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Шао-Бао: помог счастливый случай

Из книги Алла и Рождество автора Скороходов Глеб Анатольевич

Шао-Бао: помог счастливый случай Презентация нашего альбома, сделанного на экспорт, проходила в замечательном клубе «Метелица». Мы позвали туда много друзей, музыкантов, гостей и подумали: а почему бы не пригласить Пугачеву с Киркоровым? И наш директор Юра поехал к ним в


ИРИНА КОНСТАНТИНОВНА РОДНИНА (родилась в 1949 г.)

Из книги 100 великих спортсменов автора Шугар Берт Рэндолф

ИРИНА КОНСТАНТИНОВНА РОДНИНА (родилась в 1949 г.) Ирину Роднину по праву называют одной из лучших спортсменок двадцатого века. Она сумела сделать свой вид спорта – фигурное катание – одним из самых популярных и значительных. Но Роднина стала знаменитой еще и


С. Козлов Выстоять любой ценой

Из книги Спецназ ГРУ: Пятьдесят лет истории, двадцать лет войны... автора Козлов Сергей Владиславович

С. Козлов Выстоять любой ценой Армия не создает людей с сильной волей и мужским характером, она лишь способна развить эти качества, когда они есть. А задача командира – отобрать людей с такими задатками для последующего воспитания данных свойств человеческой


Приказано выжить

Из книги После Гиппократа автора Смирнов Алексей Константинович

Приказано выжить Давным-давно ко мне любил приходить пациент, на котором можно было возить воду. Правда, мешали очки. А в остальном он был грузен, розоволиц, энергичен и требователен.Ему, вообще-то, вовсе незачем было ходить ко мне, и он это знал. Он сосал кровь из


«Железная леди» фигурного катания (Ирина РОДНИНА)

Из книги Досье на звезд: правда, домыслы, сенсации. Кумиры всех поколений автора Раззаков Федор

«Железная леди» фигурного катания (Ирина РОДНИНА) И. Роднина родилась 12 сентября 1949 года. В фигурное катание пришла в 5 лет по желанию мамы (отец, сам хороший лыжник, хотел, чтобы дочь занималась тем же). С тех пор спорт прочно вошел в ее жизнь, поглотив все другие увлечения.


Василий Теркин помог

Из книги Сколько стоит человек. Тетрадь девятая: Чёрная роба или белый халат автора Керсновская Евфросиния Антоновна

Василий Теркин помог Однажды я сидела на своей верхотуре, разложив вокруг все свои причиндалы. На коленях — сложенная телогрейка, на ней — фанера. Это мой рабочий стол. Вокруг огрызки карандашей, обмылки красок, тушь… Все мое богатство, все утешение!Как раз я только что


Василий Теркин помог

Из книги Сколько стоит человек. Повесть о пережитом в 12 тетрадях и 6 томах. автора Керсновская Евфросиния Антоновна

Василий Теркин помог Однажды я сидела на своей верхотуре, разложив вокруг все свои причиндалы. На коленях — сложенная телогрейка, на ней — фанера. Это мой рабочий стол. Вокруг огрызки карандашей, обмылки красок, тушь… Все мое богатство, все утешение!Как раз я только что


Ирина РОДНИНА

Из книги Нежность автора Раззаков Федор

Ирина РОДНИНА В первый раз народная молва «выдала замуж» Роднину в конце 60-х, когда она стала выступать в паре с 19-летним Алексеем Улановым. После того как в 1969 году на мировом чемпионате в Колорадо-Спрингс Роднина и Уланов стали чемпионами, исполнив зажигательную


Кто помог написать эту книгу

Из книги Этот негодяй Балмер, или человек, который управляет «Майкрософтом» автора Максвелл Фредрик А.

Кто помог написать эту книгу Эта биография — продукт обзора многочисленных официальных документов, книг и статей, дополненных более чем 150 интервью с людьми, которые великодушно, иногда ворча, дарили свое время и знания. Множество людей, давших интервью для книги, просили


Ирина Роднина

Из книги 10 гениев спорта автора Хорошевский Андрей Юрьевич

Ирина Роднина «Роднина – гениальная фигуристка. Подобных ей в мире нет!» (Станислав Жук.)«Роднина – это какой-то крокодил на коньках, это камень на шее общества». (Станислав Жук.)О Родниной можно написать две абсолютно разные книги. В одной мы увидим портрет безмерно


Как выжить

Из книги Злые белые пижамы автора Твиггер Роберт


Володенька помог

Из книги Одна жизнь — два мира автора Алексеева Нина Ивановна

Володенька помог Володя, подбежал к бабушке:— Я бы всех этих дядей под поезд бросил, что они делают! — с возмущением ругал он идиотизм взрослых. — Брось, бабушка, все, и уйдем отсюда!К нему подошел военный, посмотрел на Володю:— Чудный ребенок, умница, ты чей?— Это моя


«Зеркальный человек» не помог…

Из книги Роли, которые принесли несчастья своим создателям. Совпадения, предсказания, мистика?! автора Казаков Алексей Викторович

«Зеркальный человек» не помог… В фильм, который завершили уже без Брюса Ли, вошли кадры его реальных похоронКогда в мировых СМИ появилась новость о смерти гонконгского и американского киноактёра, режиссёра, сценариста, продюсера, постановщика боевых сцен и философа


«ГОРОДСКОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ, КОТОРЫЙ ПОМОГ МНЕ ПЕРЕЙТИ УЛИЦУ»

Из книги Феллини автора Мерлино Бенито

«ГОРОДСКОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ, КОТОРЫЙ ПОМОГ МНЕ ПЕРЕЙТИ УЛИЦУ» Народное ликование сразу после перемирия и вздох облегчения, вызванный падением ненавистного фашистского режима, существовавшего двадцать лет, вскоре сменились почти паникой, прелюдией к всеобщей растерянности