Агитатор и свидетель

Агитатор и свидетель

Люди того возраста, в котором еще пребывали наши студенты, бывают смешными и трогательными. Я был на шестьсемь лет старше любого из них и потому сам себе казался старым, умудренным жизнью и утратившим свойственную ранней молодости склонность к романтизму. Но меня трогало проявление в студентах тех черт, от которых я, как мне казалось, давно избавился. Одна из наших девушек, Лиза Чернышева, была чрезвычайно застенчива, что меня весьма умиляло. Время от времени я ей говорил: «Лизочка, покрасней!» — и она тут же заливалась краской. Чухонцев стеснялся присутствия у него естественных желаний и в уборную всегда пробирался крадучись, как партизан. Гоша Полонский был маменькин сыночек, все у него валилось из рук, над ним подтрунивали студенты, а местные и вовсе насмехались и говорили про него «тот, который с комбайна упал», хотя он не падал. Гоша сочинял романтические стихи, из которых я помню только одну строку: «Мы не только вздыхали и охали, мы еще МГУ отгрохали». Описал он и наш труд и стихи читал комбайнерам. Там было чтото про руки в солидоле, после чего он получил новое прозвище: Голова в солидоле.

Я вместе с другими подтрунивал над всеми, включая Иру, в которую чем дальше, тем больше влюблялся. Она меня покоряла своей красотой, внешней и внутренней, умом, тактом, вкусом, чувством юмора, короче — всем…

Родители Иры оба были преподавателями литературы. Их первенец умер шести лет от роду, так что Ира была единственным ребенком. Они над ней тряслись, но за учением ее не следили, да в том и нужды не было. Без присмотра и понуканий она училась хорошо и окончила школу с золотой медалью. Государственный антисемитизм еще был очевиден, дети из еврейских семей могли легко в этом убедиться при попытке поступить в любое элитное учебное заведение. Например, в МГУ, куда сунулась Ира. Как золотая медалистка, она не должна была сдавать экзамены, но ее завалили по «пятому пункту» на собеседовании. Спросили чтото о какойто симфонии Чайковского, и ей пришлось поступить в наш вуз, где таких вопросов не задавали.

Моя влюбленность в Иру была абсолютно платонической, к тому, чтобы за ней ухаживать, как я считал, было слишком много препятствий. Первое, разумеется, то, что я был женат. Второе — возраст. 15 октября мы отметили ее двадцатилетие, а мне за несколько дней до того исполнилось двадцать шесть. Нашу разницу в возрасте я воспринимал как пропасть, через которую не перепрыгнуть. И потому ни на какие отношения, кроме дружеских, не рассчитывал. А как друзья мы общались много и тесно. Я читал ей только что написанные стихи и радовался, слыша в ответ ее обычное «ничего».

Еще в первые дни знакомства она спросила меня, знаю ли я Камила Икрамова и что думаю о нем.

— Хороший человек, — сказал я.

— Правда? — она пожала плечами. — Сомневаюсь.

И стала его ругать: поверхностный, хвастун, таланта никакого, а чтото зачемто пишет.

Я сказал:

— Камил добрый.

Ира возразила:

— Он хочет казаться добрым.

— Желание казаться добрым доброе само по себе.

— Он работает на публику, — сказала она, и тут я с ней не согласиться не мог. Камил в самом деле, когда о чемто рассуждал, что ему казалось умным или выставляло его в выгодном свете, говорил всегда громко, стремясь привлечь внимание наибольшего числа людей. Мне иногда становилось неловко за него и за себя. Однажды, после напечатания моего стишка в «Правде», мы ехали в битком набитом автобусе. Камил вдруг повернулся ко мне и громко спросил: «Скажи, Володя, а когда в «Правде» выдают гонорар?»

Конечно, вопрос был задан вовсе не с целью узнать дни выплаты гонорара в главной партийной газете, а чтобы обратить на себя внимание пассажиров. Я готов был провалиться сквозь землю.

— Но это, — сказал я Ире, — маленькая безобидная слабость.

— Ничего не маленькая и не безобидная. Это глупое, безвкусное и даже пошлое хвастовство. Ты говоришь, он умный. Если бы был умный, то понял бы, что, хвастаясь так, выглядит просто смешным…

За время пребывания на целине Ира несколько раз заводила разговор о Камиле. Каждый раз находила в нем чтото негативное, в чем я каждый раз пытался ее разубедить. И достиг большего, чем ожидал.

Когда, вернувшись с целины, я встретился с Камилом, одним из первых его вопросов был:

— Что ты думаешь об Ирине Брауде?

Я рассказал, что о ней думал. Он был моей восторженной характеристикой очень впечатлен — и вскоре сделал ей предложение. То, что он был старше ее на одиннадцать лет, его не смутило. Ее, как выяснилось, тоже.

А мне, как другу обоих, агитатору и в некотором роде свату, досталась роль быть у них в загсе свидетелем.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ТАЙНЫЙ АГИТАТОР

Из книги Русская судьба, исповедь отщепенца автора Зиновьев Александр Александрович

ТАЙНЫЙ АГИТАТОР Я учился, зарабатывал на жизнь, вел вроде бы обычную жизнь. Но эта жизнь имела стержень: это была нелегальная агитационная деятельность. Основное ее содержание составляла антисталинистская агитация, переходившая в критику всех аспектов нашего общества.


Великий агитатор

Из книги Кэте Кольвиц автора Пророкова Софья Александровна

Великий агитатор В Поволжье голод. Засуха истребила поля. Грозное бедствие охватило целые губернии.После долгих лет войны новое тягчайшее испытание. В августе 1921 года «Правда» опубликовала «Обращение к международному пролетариату», написанное Лениным. Руководитель


Агитатор

Из книги Леонид Утесов. Друзья и враги автора Скороходов Глеб Анатольевич

Агитатор Много ли, товарищи, нынче хороших агитаторов. Да почти и нет никого. По пальцам перебрать можно. Я вот, да... Да больше и нет никого. Керенский вот еще, говорят, способный агитатор...Очень немного этих самых хороших агитаторов. Это конечно труднейшая штука – агитация.


Глава 6 Агитатор и руководитель

Из книги Иван Васильевич Бабушкин автора Новоселов М.

Глава 6 Агитатор и руководитель Наступил новый, 1895 год.Все шире и глубже развертывалась работа в подпольных марксистских кружках, объединяемых и руководимых В. И. Лениным. Новые и новые силы вливались в социал-демократическое движение столичного пролетариата.


Пока свидетель

Из книги Шолохов автора Осипов Валентин Осипович

Пока свидетель Едва ли нужно пересказывать после «Донских рассказов» и «Тихого Дона», как приняло казачество Октябрьскую революцию.…Шолохов еще отрок, но как не уразуметь ему, что пришло время раскола в умах, раздрая в чувствах и противоборства с оружием в руках. И эти —


П. М. КОКОШКИН, подполковник запаса АГИТАТОР

Из книги Год 1944-й. Зарницы победного салюта автора Автор неизвестен

П. М. КОКОШКИН, подполковник запаса АГИТАТОР Фронтовой агитатор… Привал ли на марше, передышка ли между боями — он всегда среди бойцов: читает сводку Совинформбюро, проводит беседу об огневом мастерстве лучших стрелков, подробно разъясняет боевую задачу. Именно за это


Случайный свидетель

Из книги Тайные гастроли. Ленинградская биография Владимира Высоцкого автора Годованник Лев

Случайный свидетель Совершенно случайным образом мне довелось «словить» реакцию самого Высоцкого на тот концерт и на ту аудиторию. Любопытно, что реакция эта касалась момента, когда концерт еще не начался, и Высоцкий, соответственно, не успел увидеть и почувствовать


ГЛАВНЫЙ СВИДЕТЕЛЬ ЦРУ

Из книги Тихая война автора Сабо Миклош

ГЛАВНЫЙ СВИДЕТЕЛЬ ЦРУ Несколько лет назад в политическом еженедельнике «Мадьярорсаг» была опубликована большая, на целую страницу, статья, в которой рассказывалось о странном поступке некоего венгра, оказавшегося за границей. Ссылаясь на французские источники,


60. «Свидетель обвинения»

Из книги Марлен Дитрих автора Надеждин Николай Яковлевич

60. «Свидетель обвинения» В 1957 году Дитрих сыграла в кино одну из лучших своих ролей и… навсегда обессмертила своё имя. Если появится такая возможность, обязательно посмотрите картину «Свидетель обвинения». Помимо великолепной игры всех актёров, занятых в фильме и,


АГИТАТОР

Из книги Вожделенное отечество автора Ерохин Владимир Петрович

АГИТАТОР Крутилась пластинка. Сквозь скрип и скрежет патефона доносился неторопливый уверенный голос с раскатистыми горскими интонациями:— Я не собирался выступать, но вот товарищ Хрущёв очень просит меня об этом. Ну, что я могу, сказать, товарищи? Есть такие депутаты: ни


8. Агитатор

Из книги Вселенная Айн Рэнд: Тайная борьба за душу Америки автора Вайс Гэри

8. Агитатор Читая интервью Ярона Брука в «Jerusalem Post», где лидер объективистов, рожденный в Израиле, принимает сторону арабов, когда вопрос заходит о частной собственности,[113] можно прийти к выводу, что при столкновении религии, предрассудков и частной собственности


Агитатор и свидетель

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Агитатор и свидетель Люди того возраста, в котором еще пребывали наши студенты, бывают смешными и трогательными. Я был на шесть-семь лет старше любого из них и потому сам себе казался старым, умудренным жизнью и утратившим свойственную ранней молодости склонность к


Свидетель

Из книги Тюремные люди автора Ходорковский Михаил

Свидетель Часто мысленно возвращаюсь к вопросу: что такое совесть? Как мы определяем, что такое «хорошо», и чего стыдимся всю жизнь? Когда совесть побеждает страх, а когда страх – совесть? В истории, которую я расскажу, как обычно, изменены имя человека и некоторые детали


АГИТАТОР

Из книги Клара Цеткин автора Ильберг Ганна

АГИТАТОР Ожидается удорожание хлеба! В начале 1901 года эта весть наполняет страхом сердца миллионов пролетарских женщин. Повышение цен на хлеб повлечет за собой множество новых забот. Оно, словно алчный призрак, угрожает и без того нищенскому бюджету работниц. Это их


Свидетель времени

Из книги Наедине с осенью (сборник) автора Паустовский Константин Георгиевич

Свидетель времени Статья напечатана в журнале «Советское фото», 1957, № 1В детстве отец подарил мне маленький «кодак», и с тех пор мной овладела страсть к фотографии и ко всему, что связано с ней.Я полюбил даже красный свет фонарика (в нем горела тогда маленькая керосиновая


Свидетель

Из книги Скорцени. Загадки «человека со шрамами» автора Семенов Константин Константинович

Свидетель После капитуляции со Скорцени остались верный Радль, "китаец" Хунке и трое солдат. Пару недель они прятались в горном домике над Радштатской долиной. Пребывание в неизвестности сильно томило добровольных изгнанников. В тысячный раз обдумав и обсудив