…изготавливать легализационные документы

…изготавливать легализационные документы

К Андрюхе Тарасову, с которым мы дружили, приехали родители. Недавно назначенный командир девятой роты капитан Вылегжанин откровенно морочил ему голову. Нет, он был не против того, чтобы курсант четвертого курса Тарасов встретился с родителями и провел с ними вечер буднего дня. Просто ротный хотел потрепать Андрюхе нервы. Надо сказать, что это у него получалось. Сначала он сказал, что отпустит Тараса в одно время со всеми увольняемыми четвертого курса и не ранее. Но когда Андрей сказал, что приехал отец, который просил отпустить его на час раньше, Вылегжанин вроде бы пошел навстречу и сказал, чтобы Андрюха переодевался в парадную форму одежды, а затем предстал пред его светлые очи. Отец Андрея был полковником и служил тогда, кажется, в ГРУ. Когда же Тарас, переодевшись, начал искать ротного, его нигде не оказалось.

Уже не помню зачем именно Андрею надо было уйти именно на час раньше, но он здорово психовал. Подойдя ко мне, он сказал: «Козлевич, я сейчас свалю, и будь что будет». На Тараса, который в увольнение то почти не ходил, потому что было лень, это похоже не было.

«Погоди, возьми для «отмазки» хоть увольнительную. Вдруг на патруль нарвешься», — посоветовал я.

Нашли у кого-то чистую увольнительную с печатью и заполнили ее. Оставалось только расписаться за ротного. Дело это было не очень простым. Ротный расписывался по-немецки и с левым наклоном. Однако я уже освоил и его автограф, как, в общем, и подписи других офицеров роты. Быстренько расписавшись, я вручил Андрюхе увольнительную, и он, перемахнув через угол забора, называемый третьим КПП, был таков.

На построении увольняемых, когда на фамилию Тарасов никто не вышел из строя, Вылегжанин вычеркнул его из списка увольняемых в книге. На вечерней поверке, понятно, Андрюхи тоже не было. Ответственный офицер записал, что «в первом взводе на вечерней поверке самовольно отсутствовал курсант Тарасов», но дежурному по училищу докладывать не стал. «Зачем выносить сор из избы? Сами разберемся», — решил он.

Утром пришел Андрюха и, как ни в чем не бывало, встал в строй на утреннем осмотре. Вылегжанин уже все знал и подошел к нему для того, чтобы объявить взыскание. Каково было его удивление, когда Андрей «на голубом глазу» сказал, что ротный сам его отпустил, только запамятовал. В подтверждение он показал увольнительную с моей подписью. Ничего не понимая, Вылегжанин взял записку, повертел, зачем-то посмотрел на свет и сказал: «Странно, роспись действительно моя». Тарас потом выставил пиво, а мой авторитет как специалиста по подделке документов значительно вырос. Шутка ли, подделать подпись человека, чтобы он сам не смог ее отличить от подлинной, — это мастерство.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.