IV

IV

Жена Черчилля, Клементина, говорила потом, что результат выборов закономерен, потому что ее муж не знает, как живут простые люди – он ездит по городу только с шофером, а когда однажды попал в метро, то не знал, как найти оттуда выход.

Лорд Маунтбэттен посетил Черчилля 24 июля и ужинал с ним. Премьер-министр был полон больших планов. Лорд Маунтбэттен замечает в своих записках:

«Я испытывал странное чувство – о больших планах говорил человек, который был твердо уверен в том, что планы эти осуществятся, в то время как я был столь же уверен, что в течение следующих 24 часов он потеряет свое кресло».

В eгo словах хочется усомниться – лорд Луис Маунтбэттен, кузен короля Англии, был никак не ближе к народу, чем Уинстон Черчилль, внук 7-го герцога Мальборо. До выборов в победе консерваторов были уверены даже лидеры лейбористов, а лорд Маунтбэттен если чем и отличался, то уж никак не умом и политической проницательностью.

По-моему, он вписал то, что мы процитировали, уже post factum.

Жена Черчилля говорила также, что ее муж – эгоист, и для пояснения своей мысли добавляла: «Как Наполеон». Надо сказать, что сравнение с великим французским императором в Англии далеко не комплиментарно.

Клементина Черчилль мужа горячо любила, их брак был удачен, у них было пятеро детей, из которых четверо преодолели детские недуги и стали уже взрослыми – но на недостатки своего супруга смотрела вполне трезво.

Насчет эгоизма и «Наполеона» она была, возможно, права – Черчилль однажды в грустную минуту сказал с печалью: «Все мы – черви» и добавил через минуту: «Но я – светлячок…». Впрочем, это замечание можно отнести просто к желанию щегольнуть острым словцом. Удержаться от этого он не мог даже в самые трудные минуты – Гарольд Николсон записал в дневнике, что после своей знаменитой речи 1940 г., когда Черчилль призвал нацию к борьбе и сказал: «…мы будем оборонять наш остров, чего бы это ни стоило, мы будем сражаться на побережье, мы будем сражаться в пунктах высадки, мы будем сражаться на полях и на улицах, мы будем сражаться на холмах, мы не сдадимся никогда», он при выключенном уже микрофоне добавил: «А биться мы будем пивными бутылками, потому что ничего больше у нас нет».

В его храбрости и решимости никто и никогда не сомневался, но найти в себе силу духа для того, чтобы еще и пошутить в такой беде – для этого надо было быть Уинстоном Черчиллем.

Он не утратил этой своей способности и сейчас. Когда жена сказала ему, что, возможно, исход выборов – это «скрытое благословение» – «hidden blessing», он ответил ей: «в настоящий момент оно скрыто очень хорошо».

Вечером 26 июля 1945 года Черчилль попросил короля об аудиенции, вручил ему прошение об отставке и рекомендовал назначить на пост премьер-министра мистера Клемента Эттли, лидера лейбористской партии. В принципе он мог оставаться в должности премьер-министра вплоть до сессии нового состава парламента – в этом случае он мог бы принять участие в церемонии капитуляции Японии. Но, как он говорит в мемуарах: «воля электората была выражена так ясно, что я не хотел даже лишнего часа оставаться на своем посту и по-прежнему нести ответственность».

На следующее утро он обратился к народу с такой речью – приводим ее целиком, в том виде, в котором она изложена в его мемуарах:

Послание к стране от премьер-министра:

26 июля 1945 года

«Решение английского народа выражено в голосах, подсчитанных сегодня. Поэтому я сложил с себя бремя, возложенное на меня в более мрачный период. Я сожалею, что мне не дали возможности закончить работу против Японии. Однако в этом отношении все планы и вся подготовка уже завершены, и результаты могут быть получены значительно быстрее, чем мы до сих пор могли ожидать. На новое правительство ложится колоссальная ответственность за границей и внутри страны, и все мы должны надеяться, что оно с успехом будет нести ее.

Мне остается только выразить английскому народу, от имени которого я действовал в эти опасные годы, свою глубокую благодарность за непоколебимую, неизменную поддержку, которую он оказывал мне при выполнении моей задачи, и за многочисленные проявления его благосклонности к своему слуге».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.