Александр III (1845–1894) царствовал с 1881 г

Александр III

(1845–1894)

царствовал с 1881 г

Генерал-адъютант Михаил Романович Драгомиров, герой русско-турецкой войны, запамятовав день 30 августа – именины царя, – спохватился лишь 3 сентября и, чтобы выйти из положения, сочинил такой текст: «Третий день пьем за здоровье Вашего Величества. Драгомиров». На что Александр III, сам не враг бутылки, ответил так: «Пора и кончить. Александр».

* * *

Во время правления императора Александра III некий солдат Орешкин напился в царевом кабаке и начал буянить. Его пытались образумить, указывая на портрет государя императора. На это солдат ответил:

– А плевал я на вашего государя императора!

Его арестовали и завели дело об оскорблении императора.

Познакомившись с делом, Александр понял, что история гроша ломаного не стоит, и начертал на папке: «Дело прекратить, Орешкина освободить, впредь моих портретов в кабаках не вешать, передать Орешкину, что я на него тоже плевал».

* * *

Во время крушения царского поезда возле станции Борки император Александр III спас свою семью – он подхватил руками рухнувшую крышу вагона. А после этого царь помогал вызволять тех, кто оказался под обломками… Кругом раздавались крики: «Какой ужас! Покушение! Взрыв!»

И тут государь произнес сакраментальную и актуальную по сей день фразу: «Воровать надо меньше, господа».

* * *

Врач-терапевт профессор Захарьин был однажды вызван к заболевшему Александру III в Ливадию. Войдя к государю, врач увидел, что тот пьет квас, который при его болезни был ему противопоказан. Профессор рассердился и спросил своего августейшего пациента:

– Что вы делаете? Кто это вам разрешил?

Александр улыбнулся и ответил:

– Его величество, батенька.

* * *

Царь Александр III решил окончательно прояснить вопрос о своем происхождении и проверить упорные слухи о том, будто отцом Павла I был не Петр III, а придворный по фамилии Салтыков. И вот некий историк доложил Государю, что согласно всем источникам Павел I может быть только сыном императора Петра III. Царь облегченно вздохнул и перекрестился: «Слава Тебе, Господи, мы – законные».

Но через некоторое время к нему явился другой историк, который на основании все тех же источников с еще большей убедительностью доказывал, что Павел I – сын Салтыкова. Царь опять перекрестился и произнес: «Слава Тебе, Господи, мы – православные».

Серов В. А. Император Александр III Александрович на маневрах

* * *

29 августа 1890 года император, проверяя состояние войск, остановился в селе Жернове Дубенского уезда. Как обычно, вокруг государя толпился народ. Александр благодушно отвечал на приветствия. Но вдруг государь нахмурился и сделал знак одному крестьянину подойти ближе. Крестьянин был в «спинджаке» и брюках навыпуск.

– Что это на тебе надето? – строго спросил царь – большой противник иноземных мод.

– Чемарка, Ваше Величество, – робко ответил крестьянин.

– А ты кто?

– Мужик, старшина.

– Вот то-то, – сказал государь, – зачем же ты свой народный костюм меняешь на чужой? Наш-то от предков нам достался, он и теплее, и в работе сподручнее.

Пристыдив так прилюдно старшину, государь отпустил его, велев больше не менять русский костюм на иноземный. Говорят, с тех пор в той местности никто не видел русских крестьян в немецком платье.

* * *

Александр III часто гостил у своего тестя, короля Дании Христиана. Там он краткое время отдыхал от трудов и ходил как обычный горожанин, в штатском платье. Однажды государь зашел в буфет на железнодорожной станции и сел там ужинать за стол с одним немецким приказчиком. Приказчик знал, что где-то здесь проживает русский царь, и, узнав в Александре русского, стал его расспрашивать об императоре. Александр подробно отвечал на расспросы немца, рассказывал подробности из своей жизни, а тот удивлялся осведомленности незнакомца. Ему было невдомек, что он имел счастье поужинать с самим российским императором!

* * *

Здесь же, в Дании, государь однажды шел пешком и был застигнут в пути сильным дождем. К счастью, мимо проезжала крестьянская повозка. Крестьянин согласился подвезти царя, не узнав его. Чтобы подъехать к дворцу, нужно было проехать через охраняемый парк, куда пускали только царские экипажи.

– Езжай, пожалуйста, я император, – сказал крестьянину император.

– Ну тогда я король Христиан, – ответил крестьянин и категорически отказался двигаться дальше.

Лишь потом, когда царский адъютант разыскал его и передал крупную сумму денег за услугу, крестьянин понял, кого он вез, и испугался, что так дерзко отвечал императору.

* * *

Однажды в одном волостном правлении мужик из хулиганских побуждений плюнул на портрет императора Александра III. Дела «об оскорблении Величества» разбирались в окружных судах, и приговоры обязательно докладывались царю. На это раз хулигана приговорили к шести месяцам тюрьмы. Узнав об этом вердикте, государь рассмеялся:

– Это что же получается? Он наплевал на мой портрет, и за это я буду еще шесть месяцев его кормить? Ну уж нет, господа. Отпустите его на все четыре стороны.

* * *

Однажды по политическому делу была арестована известная в то время оппозиционная писательница Цебрикова. Об этом доложили государю. На докладе царь начертал краткую резолюцию:

– Отпустить старую дуру!

Революционная карьера писательницы была испорчена, с горя она уехала из Петербурга и два года не показывалась в столичном обществе.

* * *

Как-то раз, проходя по парадным залам Гатчинского дворца, Александр III заметил сопровождающему его лицу:

– Сколько лет живу в Гатчине, а впервые вижу, что станция находится между дворцом и военным полем и отчасти закрывает его. Через несколько дней государь снова проходил тем же маршрутом. Взглянув внимательно в окно, он спросил у кого-то из свиты:

– Послушайте, творится что-то странное: я не вижу станции.

На это государю отрапортовали, что станция перенесена в другое место, чтобы она не закрывала военного поля. Государь изумился:

– Да зачем же вы это сделали?

– Ваше величество, мне передали, что вы изволили повелеть перенести станцию, чтобы она не закрывала вид.

Государь сердито сказал:

– Что ни скажи, из всего сделают высочайшее повеление.

Беккер Ж. Коронация императора Александра III и императрицы Марии Федоровны (фрагмент)

* * *

Александр III опасался заговора и покушения, поэтому предпочитал жить в своем загородном дворце, отчего его и назвали «гатчинский узник». Во дворце были предприняты самые серьезные меры безопасности, даже зимой император не пускал своих детей на улицу для зимних игр и приказал построить им прямо в покоях деревянную полированную горку для катания на салазках.

* * *

Управляющий Морским министерством адмирал Степан Степанович Лесовский женился на Елизавете Владимировне Вестман, которая была моложе его. После кончины мужа вдове назначили полагающуюся пенсию. Через некоторое время вдова решила вновь выйти замуж и подала государю прошение о разрешении сохранить пенсию, хотя это было незаконно. В прошении Елизавета Владимировна уповала на то, что государь и Россия «не забыли службу ее мужа, адмирала Лесовского». Император Александр III наложил на прошение следующую резолюцию: «Ни я, ни Россия не забыли службу почтеннейшего Степана Степановича, а вот вдова его забыла. Отказать».

* * *

Летом 1891 года в Кронштадт прибыла французская эскадра под флагом адмирала Жорве. Гофмаршал князь Владимир Сергеевич Оболенский докладывал государю программу пребывания французов. Предполагалось дать в честь моряков обед в Большом Петергофском дворце. Император сообщил, что скажет тост за Францию, адмирала и эскадру. Князь Оболенский пояснил, что в таких случаях по протоколу полагается играть гимн гостей. Император ответил, что так и надо сделать.

– Но, Ваше Величество, это «Марсельеза»!

– Раз у них такой гимн, его и играть.

– Но, Ваше Величество, это же

– Послушайте, князь, вы хотите, чтобы я сочинил французам новый гимн? Какой есть, такой и играйте.

* * *

Однажды Александр III, страстный рыболов, рыбачил в Гатчине. Там его разыскал министр с настоятельной просьбой принять посла одной великой державы.

– Когда русский царь удит рыбку, Европа может подождать, – раздражённо ответил Александр.

* * *

Во время поездки Александра III по России царский поезд неожиданно остановился на маленьком разъезде. Один из собравшихся поглазеть мужиков увидел Александра, снял шапку и прошептал: «Вот это – царь!» И тут же, видимо, от глубокого волнения добавил обычную деревенскую матерную брань. Жандарм хотел его арестовать, но царь подозвал перепуганного мужика и дал тому 25-рублевку (где было изображение царя) со словами: «Вот тебе мой портрет на память».

* * *

Однажды император Александр III присутствовал при беседе одного из великих князей с русским министром и иностранным послом о значении и прочности различных мирных договоров. Говорили о Парижском трактате, посетовали на недолговечности Тильзитского мира. Император Александр III, до этого молчавший, заметил:

– Это оттого, что силою и войною нельзя утверждать прочных и продолжительных союзов. – И добавил: – Одно время утверждает союзы, задуманные в мире.

Именно эти слова на латыни выгравированы на золотой ленте, овивающей оливковую ветвь, которую президент французской республики возложил в 1897 году на гробницу Александра III.

Доу Дж. Портрет императрицы Марии Федоровны в трауре

Данный текст является ознакомительным фрагментом.