ГЛАВА 2. Клоун-примадонна

ГЛАВА 2. Клоун-примадонна

Озарение

Директор программ-спектаклей океанариума в Майами принял нас — меня и Педро — особенно хорошо. Он сразу уловил дух, в котором я хотел написать статью и сделать запись для радио Канады. События такого рода здесь случались не часто. Кроме того, он нуждался в рекламе и был готов пойти навстречу иностранным журналистам, которые не боялись промокнуть.

Итак, директор объяснил мне, о чем идет речь.

— У одной из наших черн (одна из гигантских разновидностей, называемая обычно во Флориде jew fish — иудейская рыба, весом до 200 кг) обнаружили аномальное утолщение под брюхом. Возможно, это киста, и мы приняли решение прооперировать ее.

Это обстоятельство меня смутило.

— Вы не думаете, что животное может умереть от шока во время операции? — спросил я его.

— Это риск, на который мы должны пойти, — ответил он мне.

Меня подвергли экзамену на погружение. Надо ли говорить, что я с легкостью его выдержал, ведь я уже нырял с аквалангом. Мои разнообразные маневрирования в воде произвели впечатление на директора, и он неожиданно поинтересовался:

— Пока у нас идут приготовления. Сама операция пройдет через несколько дней. Но ввиду того что вы независимый журналист и располагаете временем, почему бы вам не поработать у нас, это даст вам возможность лучите подготовиться.

Я был немедленно принят и, не теряя ни одной минуты, начал знакомиться с многочисленными отделениями океанариума; выставками, бассейнами, объявлениями, рекламой, фотографиями и документальными фильмами, рыбной ловлей и поимкой необходимых экземпляров, эксплуатацией маленьких аквариумов, морскими ваннами, подготовкой и распределением корма для животных как земноводных (игуаны, рептилии, амфибии и т. д.), так и водных (рыбы, скаты, акулы, млекопитающие), и так до бесконечности. Но несомненно, больше всего меня очаровали дельфины. И особенно Клоун, а точнее — Клоунесса, примадонна океанариума.

Между нами сразу же возник “контакт”. Некоторые читатели улыбнутся, однако у меня было абсолютное ощущение того, что я имею дело с человеческим существом женского пола и что мое поведение должно исходить из этой мысли.

Вначале Клоун удовлетворилась тем, что “пофлиртовала” со мной. Один из дрессировщиков дельфинов, симпатичный кубинец Эриберто Руис (Эрой), который впоследствии стал моим неразлучным товарищем при погружении в апноэ, провел меня и Педро на верхний мостик, откуда прыжки дельфинов смотрелись лучше. Был перерыв между представлениями, и вся терраса находилась в нашем полном распоряжении.

Через несколько минут Эрой удалился в компании моего сына покормить разноцветных рыбок, аквариум которых напоминал коралловый риф. Как только они ушли, огромный дельфин вынырнул передо мной и начал смотреть на меня с выражением необыкновенной нежности. Время от времени он поднимался вертикально на высоту моей головы, как если бы хотел дотронуться до нее. Ухватившись крепче за край парапета, я свесился еще больше вперед, стараясь понять смысл этих попыток. Дельфин повторил несколько раз то же самое, чем окончательно заинтересовал меня. У меня не было ничего съедобного, и я не понимал, чего он добивается. В море я никогда не видел дельфина так близко, он же, казалось, “узнал” меня и, очевидно, хотел сообщить мне что-то.

Когда Эрой и Педро вернулись назад, я рассказал им про эти абсурдные, на мой взгляд, действия дельфина.

— Совсем наоборот, — сказал Эрби, — просто ты ему приглянулся. Я никогда не видел, чтобы он так вел себя с другими посетителями. Этот дельфин — дама, и “она” хотела сделать для тебя то, что приберегает только для своих близких друзей — дрессировщиков и водолазов. Она хотела дернуть тебя за волосы, а так как ты носишь “ежик”…

Действительно, в те времена у меня была очень короткая стрижка, и Клоуну не удалось потрепать меня за волосы. Однако у меня создалось впечатление чего-то большего. Своей настойчивостью она, казалось, хотела заставить меня понять что-то другое. Может быть, чтобы понравиться ей, я должен был бы отрастить волосы?..

Все дни, предшествовавшие операции, которые прошли в большом нетерпении, я навещал Клоуна, уделяя ей по нескольку минут, В то время у меня еще не было разрешения погружаться в главный бассейн, где она царила как абсолютная повелительница всех других дельфинов и прочих местных жителей (черепах, скатов, рыб-пил, черн, мурен, акул, осьминогов и т. д.); мне оставалось ждать дня, назначенного для этой первой подводной хирургической операции.