Пятьдесят лет спустя…

Пятьдесят лет спустя…

Через пятьдесят лет после смерти, почти через столетие после рождения – что осталось от Пиаф? Песни и легенда. Голос и изображение. В отличие от других крупнейших звезд той далекой эпохи – вспомнить хотя бы забытых сегодня Тино Росси и Андре Клаво, – Эдит Пиаф живет в сердцах людей как во Франции, так и за пределами своей страны (более 12 миллионов ссылок в «Google»), особенно в США. Осталось ее песенное наследие. Пиаф гастролировала по всему миру (за исключением Азии), чтобы познакомить со своим творчеством слушателей самых разных уголков света. Порой в рамках международных турне она покидала Францию на год или даже на полтора (в частности, уделяя особое внимание американскому континенту). Ее хрупкую фигурку, ее маленькое черное платье, ее жесты трагедийной актрисы на протяжении долгих лет можно было лицезреть на сцене театров и кабаре Стокгольма, Афин, Нью-Йорка, Голливуда, Монреаля, Мехико и Буэнос-Айреса. И, без сомнения, страшная усталость, порожденная бесконечными поездками, сыграла фатальную роль в преждевременной смерти певицы.

Эдит не просто несла по миру себя и свои песни (нередко переведенные на английский язык), она перекраивала собственную жизнь – свое детство, свои влюбленности, свои потери и печали, – порой слишком вольно обращаясь с реальными фактами, и все для того, чтобы сотворить удивительную, романтическую историю, которая и в наши дни поражает своими фантазмами. Пиаф обладала непревзойденным талантом самым мелодраматическим образом вплетать собственную жизнь в исполняемые песни, чтобы придать им вселенский размах. И не случайно две ее самые «личные» песни – «L’Hymne ?l’amour» («Гимн любви»), написанная на смерть Марселя Сердана, и «Non, je ne regrette rien» («Нет, я не сожалею ни о чем»), отмечающая очередное возрождение Пиаф, в то время как уже пошел слух о конце ее карьеры, – сегодня самые востребованные и узнаваемые.

Подобный сплав жизни и творчества встречается весьма редко в художественном процессе и, возможно, особенно редко в искусстве песенном, «искусстве второстепенном», или «малом искусстве», как назвал его Серж Генсбур. «Мадам Эдит Пиаф […] ей невозможно подражать, – заметил как-то друг певицы Жан Кокто. – Эдит Пиаф не было раньше и больше никогда не появится». Это безапелляционное высказывание писателя оказалось пророческим. Совсем как у Билли Холлидей, с которой часто сравнивают француженку, у Пиаф никогда не появится ни равнозначного «двойника», ни истинных последователей. Меж тем она оставила глубочайший след не только в истории французского шансона, но и во всей мировой культуре.

В годы, последовавшие за ее смертью, некоторые полагали, что смогут найти достойную замену почившей звезде. В 1965 году Джонни Старк, импресарио Джонни Холлидея, берет под свое крыло Мирей Матьё (родилась в 1946 году), молоденькую жительницу Авиньона, выросшую в бедной рабочей семье и блеснувшую в радиоконкурсе с песнями Пиаф «J?z?bel» («Иезавель») и «Exodus» («Эксодус»)[1]. Но если мощный голос Мирей отчасти и напоминал голос вдохновившей ее певицы, Матьё никогда не обладала харизмой Воробышка и не стала новой Пиаф. Однако, как и Эдит, она сделала впечатляющую международную карьеру (122 миллиона альбомов, проданных в разных странах) и по сей день остается одной из самых популярных в мире французских певиц. Особенно любят Мирей Матьё в России, в 2008 году она даже выступала в Кремле перед… Путиным и Кадафи. Матьё никогда не упускает случая отдать дань уважения Пиаф и почти на каждом своем концерте поет ее знаменитую «La Vie en rose» («Жизнь в розовом цвете»). В 1993 году певица выпустила альбом «Mireille Mahieu chante Piaf» («Мирей Матьё поет Пиаф»), который перевыпускался сначала в 2003, а затем в 2012 году; в последнюю версию альбома были добавлены две песни: «? quoi ?a sert l’amour?» («Зачем нужна любовь?») и «La goualante du pauvre Jean» («Песня бедного Жана»).

Появившаяся на сцене в то же время, что и Мирей Матьё, парижанка Жоржетта Лемер (родилась в 1943 году) так никогда и не добилась популярности, которую можно было бы сравнить с популярностью Матьё. Однако знатоки утверждают, что именно Лемер сумела приблизиться к Пиаф, особенно если рассматривать не только ее творчество, но и всю жизнь в целом. И неудивительно, что трое ближайших соратников Пиаф, неустанно трудившихся на благо певицы, – композитор Шарль Дюмон и поэты-песенники Мишель Вокер и Мишель Ривгош – писали и для Лемер. Несмотря на взлеты и падения в карьере, Жоржетта Лемер продолжает петь и в наши дни. В 2013 году она выпустила альбом, посвященный Парижу, в котором можно услышать песни «Sous le ciel de Paris» («Под небом Парижа») и «J’m’en fous pas mal» («Мне глубоко плевать») – обе созданы Пиаф.

Попытка найти замену Пиаф провалилась, и вот тогда возникло желание сделать все возможное, чтобы ее песни, ее репертуар не канули в Лету. Больше никто не стремился создать клон Эдит, в игру включились не только певицы, но и певцы. Клод Нугаро, который в одной из песен сам себя назвал «Пиаф в мужском роде», в начале 1980-х годов предложил слушателям чудесную версию «L’Accord?oniste» («Аккордеонист»), доказывающую, что даже мужчина может петь «Пиаф». В следующем десятилетии Джонни Холлидей вдохновился примером Нугаро и стал заканчивать свои концерты песней «L’Hymne ? l’amour», заменив слова «Я перекрашусь в блондинку» на фразу, которая звучала весьма уместно из уст мужчины: «Я забуду брюнеток и блондинок». Он повторил эксперимент в начале 2000 года, выступив с композицией «Non, je ne regrette rien» («Нет, я не сожалею ни о чем»). В 2003 году Энрико Масиас также обратился к прославленному хиту Эдит «Sous le ciel de Paris». «Песня словно живописное полотно: не стоит изменять в ней цвета, – сказал этот французский певец алжирского происхождения, комментируя свой выбор. – Песня “Под небом Парижа” наделена особенным цветом, к которому мы обязаны относиться с уважением. Ведь речь идет о Париже, а не об Андалусии! Мы не можем позволить себе написать новую аранжировку, не соответствующую самому духу мелодии и текста». После чего Масиас высказал мнение уже о Пиаф: «Есть мало певцов, можно сказать, считаные единицы, которые существуют и после смерти. А Пиаф будет всегда. Прежде всего, будет ее голос, голос, расположившийся где-то между оперой и варьете. Это ее бессмертие».

Десятью годами ранее, в 1993 году, в концертном зале «Олимпия» Этьен Дао, певец, не отличающийся уникальными вокальными данными, но большой знаток французского шансона, внес свой вклад в наследие Пиаф, включив в репертуар песню «Mon man?ge ? moi» («Бег по кругу только для меня»[2]). Таким образом, будучи эталоном «раскрученного поп-певца», Дао указал путь новому поколению исполнителей. Сегодня мы сбиваемся со счета, перечисляя молодых певцов, которые черпают вдохновение в творчестве Эдит Пиаф. Большая поклонница реалистичной песни Анаис (родилась в 1976 году) включила песню «Mon Dieu» («Мой Бог») в альбом «? l’eau de Javel» («В Жавелевой воде»). Заз (родился в 1980 году), как и Оливия Рюиз (родилась в том же году), исполнил на сцене композицию «L’Accord?oniste». Приверженка не только французского шансона, но и спиричуэлса[3], Шимен Бади, прошедшая кастинг во второй сезон телешоу «Popstars» (M6), однако выбывшая из передачи, представила свою версию знаменитого «Padam, padam». «Пиаф, второй такой нет, – говорит молодая певица (родилась в 1982 году). – Я очень люблю Мирей Матьё, их голоса немного похожи по тембру, но все же Пиаф – это неподражаемо! И пусть некоторые считают ее песни устаревшими. Что касается меня, то я обожаю менять репертуар, обращаться к самым разным жанрам. А исполнять произведения Эдит Пиаф – это уже серьезно! Вернее, это невероятно сложно, ведь она умела превратить каждую ноту в крик души, такое мало кому под силу».

Представительницы предыдущего поколения певиц – обе они родились в конце 1960-х годов, – Аксель Ред и Патрисия Каас, также не слишком похожи на знаменитого Воробышка, но их низкие, хрипловатые «блюзовые» голоса прекрасно подходят для репертуара Пиаф. «Королева дуэта» (она выступала с Рено, Юссу Н’Дуром, Арно), Аксель Ред, фламандская певица, на сей раз соло, представила слушателям удивительно экспрессивный ремейк песни «Mon Dieu», добавив в нее ритмы блюза. «Чтобы стать современной Пиаф, не стоит выносить на сцену аккордеон, – прокомментировала певица свое выступление, – надо суметь заставить людей плакать, вывернуть душу наизнанку. Арета Франклин, как и Пиаф, умеет это делать, хотя они полные противоположности. Что касается меня, то я считаю серьезной ошибкой вдохновляться манерой исполнения Эдит. Так недолго попасть в ловушку. Конечно, всегда можно подражать кому-то, но подражание никогда не было моей целью».

Величайшая звезда современности Патрисия Каас в ноябре 2012 года выпустила альбом, целиком и полностью посвященный Пиаф. Записанный в Лондоне вместе с «Royal Philarmonic Orchestra» – симфоническим оркестром, привыкшим работать с ярчайшими представителями поп-и рок-музыки (группы «Pink Floyd», «Queen», «The Police», «ABBA» и «Deep Purple»), – альбом «Kaas chante Piaf» («Каас поет Пиаф») был аранжирован Абелем Коженёвским. Получивший классическое образование, этот молодой польский музыкант, ученик Пендерецкого, обосновался в Лос-Анджелесе, где прославился как композитор саундтреков к голливудским фильмам. В отличие от многих, кто довольствовался тем, что «прикоснулся к стопам» Пиаф и старался как можно точнее воспроизвести ее песни, лишь подчеркивая собственные голосовые данные, Патрисия Каас обладала достаточными амбициями (и мужеством), чтобы вместе со своим аранжировщиком представить слушателям совершенно новое «прочтение» репертуара знаменитой французской певицы. «Это правда, что мы дали новую жизнь каждой композиции, порой даже немного изменили ее. Долгий процесс, сопряженный с бесконечными сомнениями и вопросами. Когда слушаешь этот альбом в первый раз, не имея перед глазами перечня песен, то несколько секунд просто не можешь сообразить, о каком произведении конкретно идет речь… Но мы постарались отнестись с уважением к творчеству Пиаф. Это правда, что некоторые песни мы перевели из мажора в минор, придав им более мрачное звучание, например так случилось с песней “Milord” (“Милорд”). Для меня было крайне важно “присвоить” эти песни. Однако это не всегда очевидно. Мне постоянно приходилось “жонглировать” тем, что хотела вложить в песни Пиаф, и тем, что привнес в них своей аранжировкой Абель. Мне было необходимо найти свое собственное место. И это потребовало немалого времени! Сначала я чувствовала себя несколько растерянной».

Чтобы отобрать шестнадцать композиций для своего диска, Каас прослушала 435 песен из репертуара Пиаф. Она не только обратилась к творениям, ставшим классикой, – начав с «L’Hymne ? l’amour» и закончив «La Foule» («Толпа»), не забыв о «Mon man?ge ? moi», – но и напомнила любителям музыки менее известные и потому незаслуженно забытые названия: «Je t’ai dans la peau» («Ты у меня в коже», подписанную Жаком Пиллем и Жильбером Беко), «T’es beau, tu sais» («Ты красив, ты знаешь»; музыка Жоржа Мустаки, слова Генри Конте). Лишь после этого началась кропотливая работа по «реинтерпретации» творчества Пиаф, которая велась в тесном сотрудничестве с аранжировщиком. «Когда я записывала “Je t’ai dans la peau”, которая чем-то напоминает эротический сон, Абель сказал мне, что я должна спеть эту песню так, как будто бы я шепчу ее ему на ухо. Он утверждал, что ее нельзя использовать для альбома в том виде, в каком она существовала на тот момент. Я записала новый вариант, и он заставил меня его прослушать. Действительно, совершенно иной подход к песне. Иная интерпретация, о которой я даже не думала. Моя прежняя манера исполнения этой вещи оказалась неразрывно связана со сценическими образами. Я пыталась перевоплотиться в шлюху, и мое исполнение было далеко от идеала. Откуда хрупкость, неуверенность в композиции «T’es beau, tu sais»? Но ведь эта песня вложена в уста слепой женщины, рассказывающей о мужчине, которого она не видит, но идеализирует, потому что любит. Возможно, он совсем не красив, но она представляет любимого прекрасным. Я думала обо всем этом, когда записывала композицию. Без сомнения, именно отсюда дрожь в голосе, его ломкость, различная манера исполнения куплетов».

Постоянное звучание инструментов девяноста музыкантов «Royal Philarmonic Orchestra» порой делает аранжировку альбома перегруженной, даже напыщенной, в частности это относится к «L’Hymne ? l’amour», песне самой по себе достаточно лирической, не требующей особых инструментальных излишеств. Однако, несмотря на всю его «высокопарность» и местами излишнюю смелость дестабилизирующих пассажей, несмотря на все нововведения, диск «Kaas chante Piaf» остается одним из самых успешных альбомов с песнями из репертуара Пиаф. Несомненно, потому, что речь идет об огромной работе, кропотливом труде по «воссозданию» композиций Эдит, а не о подражании, – Патрисия Каас сумела избежать ловушки, не «вдохновиться манерой исполнения» Пиаф и остаться самой собой.

Еще один способ исполнять Пиаф, не опускаясь до банального подражательства, – адаптация ее песен к иным музыкальным стилям, даже когда это кажется невозможным. Так, композиция «Padam, padam», изначально написанная в ритме вальса, неожиданно смогла великолепно звучать и в джазовом исполнении. Доказательством тому стали вокальная версия Артура Аша[4] и инструментальная композиция трубача Винтона Марсали, исполняемая в дуэте с аккордеонистом Ришаром Гальяно (альбом «From Billie Holiday to ?dith Piaf»). Мартиниканка Гертруда Сеинен предложила самую экзотическую интерпретацию песен Пиаф, выпустив целый альбом, в котором она перепевает песни француженки, сопровождая их бешеными ритмами карибского steel hand[5]. Сногсшибательный результат! Особо удачным получился ремейк «Grand Voyage du pauvre n?gre» («Большое путешествие бедного негра») – маленький шедевр, написанный Раймоном Ассо в 1937 году. Также к репертуару Пиаф обратилась группа «Danakil» («Non, je ne regrette rien»), работающая в жанре регги, которая по такому случаю была усилена ямайским певцом Ю Ройем. Рэп также имел виды на Эдит; Юссуфа, французский рэпер, уроженец Конго, использовал свой индивидуальный флоу[6], чтобы зритель мог совершенно по-новому «взглянуть» на песню «La Foule». Не остался в стороне и Магриб, так как Шеб Мами, признанный принц раи[7], предложил арабскую версию «Non, je ne regrette rien»: «Я выбрал эту песню прежде всего потому, что в ней есть некие арабские нотки. Я смог усилить их. Я сравнил бы Пиаф с Ум Кальсум. Если говорить об этой египетской певице, то она является олицетворением арабской музыкальной школы. То же самое и Пиаф, она – олицетворение французской музыкальной школы».

Еще при жизни Пиаф стала звездой международного масштаба. Ее слава гремела по всему миру с того самого дня, когда она начала выступать во франкофонных странах, и прежде всего в Канаде, в Квебеке. В середине 1970-х годов, когда так называемый «новый квебекский шансон» достиг наивысшего расцвета, группа «Offenbach» с солистом Джерри Буле (умер в 1990 году) перепела композицию «L’Hymne ? l’amour», стилизовав ее в жанре электропоп. В наши дни факел, зажженный «Offenbach», перехватило целое поколение квебекских певиц с «голосом» (Селин Дион, Изабель Буле, Наташа Сен-Пьер), которые любят «расцвечивать» свои концерты наиболее успешными хитами Пиаф, не внося в них никаких существенных изменений. Но квебекцы – не единственные музыканты в Канаде, превозносящие Пиаф. Француженку обожают и некоторые англоязычные певицы. Так, Патрисия О’Кэллаган (родилась в Онтарио в 1970 году) одинаково виртуозно исполняет «I’m Your Man» («Я твой мужчина») Леонарда Коэна и «Mon man?ge ? moi» Пиаф (на французском языке). Дочь фолк-певца, американца Лаудона Уэйнрайта III, и канадской певицы Кэйт МакГарригл (умерла в 2010 году), Марта Уэйнрайт (сестра певца Руфуса) также заинтересовалась репертуаром Эдит и выпустила альбом «Sans fusils, ni souliers» («Без ружей, без ботинок») и одноименный спектакль, шедший в театре «Диксон Плейс» в Нью-Йорке в июне 2009 года. В отличие от своих франкоговорящих канадских коллег, молодая женщина (родилась в 1976 году), взлелеянная на ритмах рок-н-ролла, внесла изменение в каждую исполняемую ею песню. Выбор певицы пал не только на композиции Эдит, ставшие классикой, но и на менее известные песни («Grognards» – «Ворчуны»; «Marie Trottoir» – «Проститутка Мари»; «Le M?tro de Paris» – «Парижское метро»; «Le Brun et le Blond» – «Брюнет и блондин»). Марта Уэйнрайт подарила каждой мелодии оригинальную аранжировку, а ее прелестный английский акцент привнес в тексты особую личную нотку.

История любви Пиаф с Соединенными Штатами длилась не один год, француженка успешно гастролировала по этой стране, изъездив ее вдоль и поперек. Она оставила неизгладимый след в сердцах американцев, чему немало способствовал успех фильма «La M?me» («Малышка»; в нашей стране этот фильм известен под названием «Жизнь в розовом цвете»), вышедшего на экраны в 2007 году (см. главу «Воскрешенная в Голливуде»). Однако мало кто из американских артистов рискнул обратиться к репертуару Пиаф. Тем не менее нельзя не вспомнить Луи Армстронга, который в 1950 году, еще при жизни Пиаф, исполнил «La Vie en rose», а также Игги Попа, рок-вокалиста, который включил эту же композицию в свой альбом «Apr?s» – «Затем», вышедший в 2012 году; удивительно, сколь единодушны оказались джазист и рок-музыкант, когда речь зашла о Пиаф. Тут же стоит упомянуть и Грэйс Джонс, и даже Леди Гагу, которая во время концерта на «Стад де Франс» в сентябре 2012 года спела несколько куплетов из знаменитой «Padam, padam».

Помнят Пиаф и в странах, которые она посещала не столь часто, как США. В Южной Америке ее перепели бразильянка Кассия Эллер (умерла в 2001 году) и аргентинская актриса Елена Роджер (воплотившая на экране Эву Перон[8]). В Швеции, где Эдит Пиаф была особенно популярна в конце 1940-х годов, она также оставила значительный след, о чем свидетельствует «L’Hymne ? l’amour» в исполнении Хелены Шёхольм. Так же обстоят дела и в Нидерландах, где Конни Ванденбос (умерла в 2002 году) посвятила легендарному Воробышку целый альбом. Что касается немки Уты Лемпер, известной по исполнениям композиций Курта Вайля и славящейся любовью к музыке кабаре, на сцене она предлагает зрителю свою, джазовую, версию «L’Accord?oniste» – песни, которую выбрала для себя и итальянка Стефания Миель. В арабских странах Пиаф околдовала таких певиц, как марокканка Надила Маан, ливанка Маджида Эль Руми и алжирка Мукат, которая в свою очередь обратилась к завораживающему напеву «La Foule», представив ее на кабильском языке[9].

Помимо дисков и песен, исполненных на сцене многочисленными певцами и певицами, репертуар Пиаф стал поводом для создания целых спектаклей, посвященных ей. Приблизительно с начала 1990-х годов и вплоть до выхода фильма «La M?me» некоторые артисты разыгрывают перед зрительской аудиторией представления, основанные на творчестве Эдит, зачастую включая в них отдельные факты из биографии певицы. Одним из основоположников этой традиции по праву можно назвать Сержа Юро, который сегодня является директором «Hall de la Chanson» («Зал песни»[10]). В 1993 году он создал спектакль «Gueules De Piaf» («Глотки Пиаф»), призванный напомнить слушателям о незаслуженно забытых композициях Эдит, написанных от начала карьеры певицы до 1940-х годов. В него вошли произведения таких поэтов-самородков, как Раймон Ассо и Анри Конте: «Paris – M?diterran?e» («Париж – Средиземноморье»), «Browning» («Браунинг»), «Coup de grisou» («Взрыв рудничного газа»).

Двадцать лет спустя спектаклей «по Пиаф» стало так много, что мы утомим читателя, если начнем перечислять их все. Среди самых оригинальных – «Madam» Анны Пекославской, франко-польской артистки, которая, используя свои многочисленные таланты – она не только певица, но и актриса, и танцовщица, и саксофонистка, – с помощью репертуара Пиаф возрождает на сцене давно исчезнувший Париж, Париж «Бульвара Преступления»[11] (песня Эдит Пиаф «Boulevard du Crime») и хулиганов. Еще более поразительным по праву считается спектакль «L’Empiaf?e» (дословно – «Воспиафленная») Кристель Шолле, «one-woman-show», которая, прибегая к клоунаде, порывает с мелодраматическим образом, неразрывно связанным с Пиаф. Более традиционный спектакль «Piaf, une vie en rose et en noir» («Пиаф, жизнь в розовом и черном цвете»), разыгрываемый Натали Лермит в сопровождении аккордеониста Орелиана Ноэля, рассказывает о знаменательных событиях жизни великой певицы. Сценарий этой постановки написан Жаком Песси, журналистом и радиоведущим, совместно с Аленом Делоном[12]. Начиная с 2005 года «Piaf, une vie en rose et en noir» с успехом идет во многих странах мира (Италия, Греция, Китай, Россия). В 2013 году спектакль был обновлен: теперь зритель может увидеть Пиаф, которая любила смеяться и развлекаться.

В 2013 году Патрисия Каас, привыкшая к большим международным турне, ездит по всему свету с новым представлением, которое стало продолжением ее альбома, посвященного Пиаф. Это турне началось 5 ноября 2012 года, певица выступает в легендарных залах, где пела и сама Пиаф: «Альберт-холл» в Лондоне, «Карнеги-холл» в Нью-Йорке и, конечно же, «Олимпия» в Париже. Помимо шестнадцати песен с диска лотарингская певица исполняет на сцене восемь других песен, среди которых «Les Blouses blanches» («Белые блюзы»). Однако это выступление совсем не похоже на обычный сольный концерт, «Kaas chante Piaf» превращается в настоящее театральное действо, во время которого на большом экране демонстрируются отрывки из фильма «La M?me». «Она присутствует на сцене во время всего спектакля, и это чрезвычайно важно для меня, – объясняет Патрисия Каас. – Звучит ее песня, и она появляется на сцене, но при этом не стоит у меня за спиной в прямом смысле этого слова. Я хотела избежать банальности, штампов. Также для меня было важно привнести в мой спектакль немного современности, урбанизма. Вместе со мной выступает танцор хип-хопа, но он использует очень поэтичную хореографию и потому напоминает мима…»

Двойственность, содержавшаяся в подзаголовке к названию спектакля – «Два голоса, две судьбы, дань уважения», подчеркивает намерение Каас почтить память Пиаф, с которой ее порой сравнивают, и почтить, не теряя собственной индивидуальности. Рискованная затея, и певица это отлично осознает. «Петь Пиаф – это уже нечто, – настаивает она, – но, чтобы действительно прочувствовать ее репертуар, надо пожить на этом свете, иметь определенное прошлое. Я, как и сама Эдит, родилась в скромной семье, в этой жизни мне не раз приходилось сражаться, я знала трудные времена, даже если моя жизнь не так мрачна, как жизнь Пиаф, та жизнь, о которой, как нам кажется, мы знаем… Одиночество она пыталась скрасить с помощью окружения, праздника, спиртного. Я получила иное воспитание, возможно, именно поэтому я чаще отстраняюсь от людей. Не скажу, что я – печальная особа, но в моей душе тоже притаилось одиночество, и именно оно помогает мне исполнять песни Пиаф. Эта параллель лишь помогает мне существовать и отдавать дань уважения… В более чем двадцати песнях присутствует Каас собственной персоной: я не ворую эмоции и чувства Пиаф, проживаю на свой лад. Я привношу в песни все то, что пережила в личной жизни, все то, что смогла узнать в жизни профессиональной, трудные мгновения и мгновения радости. Конечно, можно петь Пиаф и в двадцать лет. Но жизненный опыт, в частности пережитые драмы, – все это упрощает исполнение некоторых песен. Мне не нужно искать эмоции, я использую те, что питают меня».

Отмечать пятидесятую годовщину со дня смерти Пиаф, избегая шаблонов, – немыслимая затея, вызов. Патрисия Каас сделала это по-своему, осовременив музыкальный мир певицы, ушедшей в 1963 году. Жизнь Пиаф, столь романтическая, была тысячу раз описана на бумаге, на экране, на сцене. Она столь хорошо согласовывается с жанром музыкальной комедии, что соблазняет любого представить зрителю короткие зарисовки, перемежающиеся песнями. 24 сентября 2013 года в кабаре «Бобино» в Париже вышел спектакль «Amants d’un jour» («Любовники на день»), создатели которого отказались от легких путей и постарались обновить привычный жанр. Вместо того чтобы в тысячный раз вдохновиться биографией Пиаф, труппа из четырнадцати актеров-певцов и семи музыкантов взяла за точку отсчета одну из самых известных и наиболее «постановочных» песен Эдит. Записанная 8 февраля 1956 года, песня «Amants d’un jour»[13] (слова поэтесс Клод Делеклюз и Мишель Санли, музыка Маргерит Монно) исполняется от лица служанки гостиницы, которая, глядя на чужую любовь, осознает всю никчемность и убогость собственной жизни. Одновременно в этой композиции рассказывается о трагической судьбе двух молодых людей, которые покончили жизнь самоубийством в невзрачном номере дешевой гостиницы. Оперетта, поставленная Жаном Луи Гренда, директором Оперы Монте-Карло, «оживляет» персонажей песни, перенося их на Монмартр 1957 года. Оригинальная идея, но в конечном итоге тоже всего лишь повод обратиться к самым востребованным хитам Пиаф.

Учитывая теснейшую связь французской певицы с США, Америка также решила отметить пятидесятую годовщину ее кончины. 21 сентября 2013 года театр «Бикон» в Нью-Йорке включил в репертуар концерт, посвященный памяти Эдит Пиаф, в котором приняли участие как французские, так и американские исполнители (концерт транслировался каналом «France 2». Были приглашены Патрисия Каас, Жан Луи Обер, Шарль Азнавур, Каложеро, Катрин Рингер, Заз, а также Мадонна, Бейонсе, Лайза Минелли и Скарлетт Йохансон. Удивительно, но складывается впечатление, что в то время как Нью-Йорк помнит, Париж отличается короткой памятью. Почти по всей Франции прошли выставки и другие мероприятия, посвященные Пиаф, а вот мэрия Парижа не разработала никакой программы, соответствующей случаю, забыв, что Эдит Пиаф – самая известная парижанка в мире!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.