Начальник избирательного штаба

Начальник избирательного штаба

В нашей политике, чтобы чего-то добиться, нужно добавлять популизма – народ любит эту сладкую конфетку. Наш электорат пока не дозрел до сознательного выбора политиков – нужно время. Этому людям надо учиться и учить их этому.

Сергей Тигипко

«Выборы для нас – не война, а нормальная работа», – обозначил Тигипко подход «Трудовой Украины» к выборам на съезде партии, где обсуждалось ее участие в коалиции в поддержку Януковича. Тем самым он показал коренное отличие подходов «трудовиков» к избирательной кампании от других участников процесса.

Одной из часто обсуждаемых во время этой кампании тем оставалась политреформа. На самом деле, это было неизбежно, потому что такая дискуссия позволяла показать противоречия во взглядах кандидатов на будущее политической системы Украины. Эти противоречия оказались настолько глубокими, что компромиссный вариант политреформы, принятый после второго тура выборов 2004 года, оказался крайне несовершенным.

Не случайно однажды в интервью ICTV Тигипко подверг сомнению претензии Ющенко на статус «народного кандидата», потому что он хочет вместе с постом президента получить полномочия Кучмы. «Момент истины заключается в том, что тот из кандидатов, кто захочет и сможет отказаться от части полномочий, тот и получит народное доверие, тот и является народным кандидатом», – заявил он тогда, и в этих словах мне слышались отголоски яростных дискуссий о политреформе 2003 года.

Говорил Сергей Тигипко тогда и другое: «Эти выборы – чрезвычайно жестокие выборы. Разница в два-три процента голосов возможна по итогам голосования во втором туре за В. Ющенко и В. Януковича. Именно она решит судьбу Украины. Я убежден, что все готовят заготовки и будут говорить о нарушениях, что может привести к обострению ситуации. Именно принятие законопроекта о внесении изменений в Конституцию сможет снять напряженность в этих выборах. Они будут значительно спокойнее, когда полномочия Президента будут уменьшены».

А на заседании «круглого стола», посвященного политреформе, Тигипко говорил: «Если мы сейчас не дожмем политически эту ситуацию до выборов, мы получим до 2006 года безответственную власть… Весь народ будет ощущать себя обманутым».

Тогда он выдвинул идею все же принять политреформу между первым и вторым турами, но отложить ее ввод в действие, пока не пройдут парламентские выборы 2006 года. Помню его заявление на одной из пресс-конференций: складывается благоприятная ситуация для проведения политической реформы между первым и вторым турами выборов. «Депутатские объединения и фракции должны выйти на согласованный большинством вариант политического соглашения, – сказал он тогда. – Мы уже сегодня инициируем такие переговоры. Считаю, что фракции проправительственной коалиции готовы подписать соответствующие соглашения. Надеюсь, что в этот процесс активно включатся все депутаты. Время начать переговорный процесс по поводу политреформы и с социалистами, и с коммунистами».

На мой взгляд, это был наилучший вариант, который снял бы в обществе значительное напряжение. По крайней мере, мы бы не увидели такого жесткого противостояния, свидетелями которого стали после второго тура. А ведь могло быть еще хуже. О том, что это действительно могло быть, свидетельствовали хотя бы жутковатые слухи, которые распространяли наши оппоненты. Например, мне неоднократно приходилось опровергать «сообщения» о том, будто Тигипко то ли сам выбросился из окна, то ли его выбросили. Самое страшное, что ему после каждого такого «информационного выстрела» приходилось звонить маме и сообщать, что все в порядке. Что ж, на эти выборы действительно только наша партия не смотрела, как на войну…

Но давайте начнем сначала. В «Зоряном» я оказался почти случайно. Я только что приехал из командировки в Нагорный Карабах, где работал в миссии ОБСЕ, а в родном МИДе не оказалось вакансии. Ждал я ее, ждал – пока пауза не затянулась чересчур.

И оказался в партии «Трудовая Украина». Брал меня на работу именно Тигипко – политик с явной харизмой, успевший в жизни столько, что хватило бы многим. Я давно наблюдал за его деятельностью и еще в начале 1990-х отчетливо понимал, что именно за такими людьми будущее. В начале кампании Тигипко так отозвался о нашей группе: в избирательном штабе Януковича собралась команда профессионалов, «которая знает свою работу». Сергей Леонидович тогда назвал эту команду «сборной», так как в ней были представители таких партий, как «Трудовая Украина», НДП и «Регионы Украины», а также беспартийные.

Несмотря на временные трудности, нужно было действовать так, будто нас был полный комплект и будто мы работали в очень комфортных условиях. Мы так и действовали. Самым активным был начальник штаба. Он сразу же дал ясно понять, что не намерен отсиживаться в Киеве, и начал поездки по стране. Одной из первых была поездка в Харьков.

Готовиться к ней он начал еще в Киеве. Мы написали несколько вариантов его выступления, но на самом митинге Тигипко воспользовался лишь некоторыми тезисами, а так говорил от себя: очень коротко и эмоционально. Я понял ошибку, и подробных выступлений мы ему больше не писали. И действительно, человеку, который умеет говорить, «держать аудиторию», достаточно идей с аргументацией, от которых он оттолкнется.

Тигипко вообще вел себя в Харькове очень раскованно. Старался получить удовольствие и от митинга, и от концерта, достаточно заорганизованных. Он шутил, приплясывал в такт исполнителям и в конце концов сумел расшевелить областную «верхушку» – к концу мероприятия плясали все.

Во время пресс-конференции Сергея Леонидовича спросили, как он относится к тому, что на этот митинг людей сгоняют силком, под угрозой увольнения. И Тигипко тогда очень резко высказался против такой бездумной «агитации». Помнится, он призвал силы, поддерживающие премьер-министра, отказаться от применения административного ресурса. «Приходит харьковчанин, который в это время хотел бы лежать на диване, а его тут приглашают на площадь. Я могу перед этими людьми только извиниться от имени Януковича и от своего имени», – сказал он тогда.

А еще он заявил, что считает руководителей, которые действуют подобными методами, «плохими руководителями», и добавил, что лично он нашел бы слова для того, чтобы убедить сотню людей добровольно прийти на митинг. Принуждение со стороны власти, говорил Тигипко, может только навредить премьер-министру, поскольку выстроит «эмоциональную стену» между людьми и кандидатом в президенты. «Я против админресурса, я боюсь, что он все похоронит: и кандидата, и его лучшие качества», – заявил Тигипко. И подчеркнул: «Я сделаю все, чтобы кампания прошла публично, открыто, максимально демократично, без расчета на административный ресурс».

Эти высказывания руководителя избирательной кампании Януковича нашли живой отклик у многих людей. На мой взгляд, он тогда поймал очень верную тональность в разговоре с аудиторией. И если бы она стала присущей всей кампании Януковича, результаты могли бы быть совсем иными. Януковичу нужно было стать значительно ближе к людям, и за ним бы пошло еще больше избирателей.

Виктор Розумахин писал в те дни на «Главреде», что формат предвыборной гонки, задаваемый лидером «Трудовой Украины», весьма непривычен для украинских политиков. По его мнению, роль руководителя избирательной кампании Януковича подходила Тигипко как нельзя кстати. И вот почему: «Во-первых, это уникальная возможность поработать в масштабах страны с минимальным привлечением собственных финансовых ресурсов и максимальным использованием партийных кадров.

Во-вторых, Тигипко смело взял на себя роль «лица кампании», готового общаться с соратниками, оппонентами и прессой. Чего стоят только его едко-насмешливый комментарий по поводу переименования ПРП и победные реляции о собранных в поддержку Януковича подписях.

В-третьих, глава НБУ в отпуске делает все для того, чтобы после окончания кампании не возвращаться в здание на Институтской, а переехать, образно говоря, через дорогу, в Кабинет Министров».

Тогда действительно было много спекуляций на тему возможного премьерства Тигипко. Но вот что по этому поводу сказала в интервью «Деловой неделе» Раиса Богатырева: «Общение с Сергеем Тигипко еще раз убедило меня в том, что его согласие возглавить штаб Виктора Януковича базируется на том, чтобы объединить усилия многих партийных структур, в том числе и «Трудовой Украины», в предвыборной кампании. Я оцениваю не только слова Тигипко и, тем более, не ищу в них никакого подтекста. Я оцениваю его поступки. И, судя по его действиям, могу сказать: Сергей Леонидович никаких торгов не вел и не ведет.

–  А разве не правдивы разговоры о том, что Сергей Тигипко в случае победы Виктора Януковича рассчитывает занять пост премьер-министра?

– Я мало верю в разговоры, больше – в реальные договоренности за «круглым столом». Сергея Тигипко трудно заподозрить в том, что он неадекватно оценивает реальность. Считаю, для него все будет складываться наилучшим образом и он сможет занять то место, которое захочет».

Сам он на такие вопросы обычно отвечал так (цитирую по сообщению агентства «ЛигаБизнесИнформ»): «Лидер партии «Трудовая Украина», руководитель избирательного штаба Виктора Януковича Сергей Тигипко готов занять должность Премьер-министра Украины. В то же время он подчеркнул, что у него не было такого разговора с В. Януковичем. С. Тигипко также считает, что такие разговоры сейчас могут принести вред избирательной кампании. С. Тигипко также сообщил, что Премьер-министр будет избираться уже после переформатирования парламентского большинства в 2005 году.

С. Тигипко также заявил, что сейчас В. Янукович «не имеет права давать такие обещания». Он также отметил, что не обидится, если пост Премьера будет предложен кому-то другому. «Помогу, чем смогу», – добавил он».

Вот в этой последней фразе – весь Тигипко. Он всегда находил слова, чтобы с юмором ответить на любой, даже самый неудобный вопрос. И, как правило, ставил такое предложение в конец своего комментария – ведь еще Штирлиц говорил, что запоминается именно последняя фраза.

Структура кампании Януковича опиралась на политические партии, поддержавшие его кандидатуру. И у каждой были свои задачи. «Трудовой Украине», лидером которой тогда был Тигипко, достались общественные приемные, работа с прессой и международными наблюдателями.

Тогда же прошел партийный съезд, на котором партия поддержала кандидатуру Януковича. Выступая перед делегатами, Тигипко заявил, что не ощущает недостатка знаний по поводу того, куда вести страну: «Меня воспитывали должности, хорошие учителя, и знаю я не меньше, чем все зарегистрированные кандидаты в президенты». Он также заявил, что верит в возможности партии провести достойную избирательную кампанию: «Если бы мы взялись за это, то достойно прошли бы этот путь». И действительно, решающие действия планировались на выборы 2006 года, но эту опасность почувствовали и слева, и справа, и согласованными усилиями вышибли «трудовиков» из кампании по выборам в парламент…

Вот отрывки из выступления Сергея Леонидовича (в «Трудовой Украине» во времена Тигипко было принято выступать на двух языках): «Власний досвід, якщо йдеш у команді, завжди можеш застосувати на благо тих людей, на яких ти хочеш працювати. Це – якщо спитати, вірю я в нашу партію чи ні. Чи вірю я в те, що ми разом з вами можемо провести президентську кампанію. Я маю сказати – так, я вірю в це.

Так, ми не найбільш організаційно розгалужені по всіх містечках. Але такого духу, такої організованості, такого пліч-о-пліч, такого навченого вже сьогодні апарату, я думаю, не має практично жодна партія. У нас очі палають! І цим ми відрізняємось від інших.

Узявся – і пішли б усі на Хрещатик. Якщо б узявся. Але дійсно, чи те, про що ми всі говоримо – це тільки розмова? Чи те, про що ми говоримо і до чого прагнемо – це наше переконання?

Якщо переконання, то тоді треба поступатися амбіціями – власними, партійними – і впрягатися у спільну справу.

…Однозначно (на это обращал внимание Ю. Я. Иоффе), мы должны все сделать, чтобы эта кампания не разделила Украину, а всех нас объединила.

Мы прошли очень тяжелый путь. Мы можем с гордостью сказать, что за последние 12 лет мы стали ближе – восток и запад страны. И это огромное достижение.

Как решить наши проблемы, если мы будем по-разному смотреть на важнейшие вещи в жизни страны?

Это ключевая проблема сегодня – не делать из каждых выборов – то ли парламентских, то ли президентских – разъединительных кампаний. Ни в коем случае!»

Была принята и резолюция, в которой говорилось: «Мы ни в коем случае не можем поддержать того кандидата, чьи действия разделяют граждан Украины на жителей Востока и Запада, украиноязычных и русскоязычных, левых и правых, верующих разных конфессий и атеистов, представителей разных этнических групп, а также в окружении которых находятся представители радикальных политических сил разного рода… В лице президента мы выбираем не монарха-правителя и мессию, а руководителя государства…» В резолюции также было сказано, что партия против того, чтобы любовь к Украине была приватизирована, и, в первую очередь выбирая позицию, поддержит кандидата, который делом доказал свою гражданскую ответственность.

В резолюции была еще одна важная, на мой взгляд, фраза: «Мы не хотим и не будем становиться заложниками агрессивного окружения личности, наделенной неограниченными полномочиями». Речь шла о политической реформе. Тигипко не раз говорил впоследствии, что будь конституционная реформа осуществлена до выборов, напряженность в президентской избирательной кампании резко бы снизилась.

Тигипко неоднократно переигрывал своего визави – руководителя кампании Ющенко Александра Зинченко. Однажды Зинченко, используя свои старые связи по ЦК ВЛКСМ, попытался попиарить своего шефа в Москве, но из этого ничего не вышло. Зато аналогичная поездка туда Тигипко широко освещалась в прессе. Вот что об этом писал Илья Чернов на «Главреде»: «Комментируя рейтинг двух главных конкурентов, глава штаба, в частности, отметил: «Сегодня разворачивается другая кампания, которая говорит, будто только Ющенко может легально победить на Украине. Мы с этим не согласны. По нашей статистике, отрыв меньше 5 %. Я бы хотел напомнить 94-й год. Разрыв между Кучмой и Кравчуком в первом туре был 5 %. И ни у кого не было возражений. А впоследствии победил Кучма. Победа любой ценой Януковичу не нужна. Ему нужен легальный статус президента Украины»…

Отсутствие внимания к другим кандидатам на экранах Тигипко объяснил российским журналистам… нежеланием этих самых кандидатов работать со СМИ. Вот, например, Александр Зинченко уже две недели не может встретиться со мной в прямом эфире ICTV – привел пример Сергей Леонидович. Кстати, о главе предвыборного штаба Ющенко: вспоминали журналисты и неудачный визит господина Зинченко в Москву полуторамесячной давности. Неудачный, потому как дать пресс-конференцию в российской столице Александр Алексеевич смог только после многих часов, проведенных в поисках помещения для мероприятия. Эту историю Сергей Тигипко также назвал технологией и объяснил: «Но, вы знаете, в Украине любят обиженных. И голосуют за них. Знаете, как обычно, голосуют лучше».

Чтобы окончательно развеять миф об информационном вакууме для кандидатов, существующем в Украине, Тигипко обратился через российские СМИ к Зинченко с приглашением провести совместную пресс-конференцию в Москве. Например, на площадке РИА «Новости», с которой он в этот день и выступал. Присутствовавшее тут же руководство одного из крупнейших в России информационных агентств согласилось».

Но Зинченко так и не откликнулся… Если же публичные дискуссии с ним все же случались, Тигипко, на мой взгляд, переигрывал оппонента. Первая из них состоялась на «5 канале», и ее предварил блок новостей, который активно настраивал зрителя против кампании, которую вел Тигипко. Да и ведущий явно симпатизировал Зинченко. Но Тигипко удалось переломить заданный настрой, с честью выйти из этой переделки.

Я бы хотел обратить внимание на фразу, выделенную черным. Это рецепт всех «цветных» революций: необходимо убедить значительную часть страны в неизбежности победы именно их кандидата. Если случится иначе, этих людей будет легко вывести на улицы. Мы с Тигипко несколько раз обсуждали эту проблему. Предлагался и рецепт: привезти группу шахтеров, чтобы они походили по Киеву, постучали касками напротив штаба конкурентов – показать, что не только оппоненты, но и мы можем вывести людей на улицы. Несомненно, это остудило бы многие горячие головы в противоположном лагере. Знаю, Тигипко доносил эти идеи нашему кандидату. Но ничего сделано не было.

Сергей Леонидович часто выступал в роли своеобразного дублера Януковича. Было видно, что тот побаивается общения с аудиторией и довольно часто заменял себя Тигипко. Помню, буквально за несколько часов до предусмотренного законом выступления по Национальному радио Янукович позвонил Тигипко и предложил его подменить. Писать выступление уже было некогда, мы просто сформировали возможную его схему. Впрочем, для Тигипко этого было достаточно: честно говоря, у нас не так много политиков, которые могут без подготовки говорить столь же убедительно и интересно, как он.

В период кампании Герхард Гнаук писал о нем в «Die Welt»: «Сергей Тигипко на многое смотрит с оптимизмом. Мужчина лет 45, красноречивый, временно оставивший пост главы Национального банка, пользуется в Европе хорошей репутацией. В качестве председателя предвыборного штаба кандидата Януковича, который сам не имеет такого авторитета, а также не умеет так хорошо говорить, он на вес золота. Так, Янукович сам не пришел на семинар Фонда Боша для немецких журналистов, а послал туда Тигипко.

Этот человек умеет дать отпор. Он напоминает о том, что его страна из всех бывших советских республик (кроме Молдавии) прошла через самое большое сокращение ВВП, минус 60 %. Однако она через 10–12 лет будет готова вступить в ЕС.

Тому, кто замечает здесь дефицит демократии, Тигипко адресует упрек, почему, мол, Запад не критикует так же отчетливо Россию. «В какой из стран СНГ больше оппозиции, больше плюрализма? Вы подходите к этому региону с двойными стандартами?» Немецкие дипломаты все чаще готовы ответить на этот вопрос утвердительно. Они утверждают, что для Украины с ее желанием вступить в ЕС должны действовать более строгие критерии, чем для ее большого северного соседа».

Тигипко называли по-разному – «лицом избирательной кампании», ее спикером. Оба эти определения по-своему верны. Но суть в том, что он был не только весьма симпатичным, но и очень необычным ее «лицом». Он порой делал громкие заявления, которые Янукович впоследствии дезавуировал: скажем, советовал премьеру все же пойти в отпуск на период избирательной кампании или предполагал, что тот, став президентом, предложит Ющенко возглавить правительство.

Вот что писал по этому поводу Виктор Розумахин: «Стоит, очевидно, признать, что ход с предложением Ющенко от имени Януковича премьерского места был домашней заготовкой, своевременно использованной. Им Тигипко пытался решить сразу несколько проблем. Первая – продемонстрировать готовность команды Януковича к диалогу со своим главным оппонентом. Вторая – застолбить за своим нынешним «патроном» образ консолидатора общества, способного проявлять милость к поверженному противнику. Ведь согласие Ющенко означало его готовность признать заранее свое будущее поражение в президентской кампании. Третья – Сергей Леонидович создал для себя виртуального конкурента в борьбе за будущий премьерский портфель.

Впрочем, долго поиграть с Виктором Андреевичем у Сергея Леонидовича не выйдет – Ющенко публично отказался принимать предложение, заверив, что и Янукович в случае его победы не станет премьером.

Но не стоит думать, будто это очень огорчило Тигипко. Он, судя по всему, настроился на борьбу до последнего патрона. Сергей Леонидович очень четко подметил, что остальные лидеры центристов не рвались занять его место. Виктор Медведчук достаточно занят в АП (Администрации Президента. – Г. К .), Владимиру Литвину явно не хочется активно работать на Януковича, а Валерий Пустовойтенко занимается реинкарнацией «Злагоды». Так что в случае победы Януковича Тигипко рассчитывает стать коммуникатором между новым главой государства и остальными участниками коалиции».

Интересно мнение о деятельности начальника штаба Януковича человека, который знал о происходящем значительно больше, чем пресса. Вот отрывок из интервью народного депутата Сергея Ларина «Киевскому телеграфу»:

«…Вам вообще нравится работа г-на Тигипко на должности руководителя штаба Януковича? В последнее время премьер поступает совсем не так, как советует ему Сергей Леонидович. Как это понимать? Существует несколько центров влияния на кандидата?

– Привлечение к кампании Сергея Леонидовича, на мой взгляд, очень удачный шаг, поскольку Тигипко – это находка для штаба. Он молодой, энергичный политик, легкий на подъем, у него масса креативных идей. И это очень важно».

Многие предложения Тигипко, которые он часто выдвигал публично (на мой взгляд, таким образом он пытался воздействовать на важные решения, которые все же принимались кулуарно), были очень разумными. Однако Януковичу, кроме Тигипко, советовали и другие.

В начале избирательной кампании многие политологи отмечали, что команда Януковича представляет собою сложный политический конгломерат, перед которым стояла задача сохранить стабильность системы, то есть сохранить власть. Участники этого конгломерата отчетливо понимали: дестабилизация системы может привести к непоправимым результатам и для них самих, и для Украины в целом.

Тогда же Тигипко дал интервью немецкому журналу «Шпигель». Здесь его снова спросили, обещали ли ему в случае победы пост премьер-министра. Сергей Леонидович уверенно ответил: «Никаких обещаний по этому поводу мне никто не давал. Но если сложится, если повезет, я, в принципе, буду готов к такой работе. Опыт, понимание того, что необходимо делать, у меня есть».

Интересно, что все-таки было бы, стань Тигипко премьер-министром? Однако история не знает сослагательного наклонения…

Тема теледебатов основных кандидатов сохраняла интригу на протяжении почти всей кампании. Скорее всего, отказываться от участия в них, с тем, чтобы потом внезапно согласиться, Януковича надоумили технологи. Делал он это под различными предлогами – так что со стороны казалось, будто он боится открытой дискуссии со своим основным оппонентом. Когда дебаты все же состоялись, он на этом фоне выглядел очень выигрышно.

Сразу после теледебатов состоялся «круглый стол». Обращало на себя внимание, что в нем не принимали участия представители оппонента. Многие мои знакомые расценили это как слабость команды Ющенко. Команда же Януковича была явно в восторге от того, что их лидер выглядел столь хорошо. Кстати, именно эта команда, пришедшая с Януковичем в телецентр, во многом обеспечила успех своего кандидата.

Все эти люди держались очень уверенно, всячески подбадривали Януковича. Тигипко дважды тянул жребий и оба раза выигрывал: во-первых, соперника удалось повернуть к камере именно той стороной, которой он не хотел, во-вторых, Януковичу выпало завершать дискуссию – то есть поставить в ней свою собственную точку.

На дебатах в ходе третьего тура Янукович выглядел похуже: видимо, сказывалась общая ситуация, да и совсем уже не та команда была рядом…

Никто не ожидал, что будет третий тур – по крайней мере, в нашей команде. Но он состоялся. В нем в сконцентрированном виде отразилось то, что мы наблюдали в ходе всей кампании, – фальсификации и запугивания, технологии раскола и противостояния, попытки поиска конструктивных решений…

С утра в понедельник 22 ноября в городе появилось множество автомобилей с оранжевой символикой. Когда все важнейшие заявления были сделаны и появилось небольшое окно, я поехал отдохнуть. На подступах к ЦИК были видны тяжелые грузовики с песком, а вот символики Януковича я что-то не заметил. Не было и групп поддержки. Мне встретился лишь один старенький «Икарус» с донецким номером и зашторенными окнами. Я встретился взглядом с одним из его пассажиров и, посигналив, помахал рукой. Мне активно замахали в ответ, и мы разъехались.

Улицы были перекрыты, пришлось ехать в объезд, и времени на размышления было достаточно. «Неужели не понимали, к чему идет, почему не подтянули своих сторонников?» – думал я.

Выспаться не удалось, и я вернулся в штаб. Снова возвращался домой уже под утро. Валил снег, и я ехал очень осторожно. На Парковой аллее мне встретилась колонна автобусов. Номера были донецкие. Слава Богу, подумал я, мы одни не остались. И уже наутро в городе стало значительно спокойнее. Вернее, все сконцентрировалось у ЦИК и на Майдане.

Поздно ночью во вторник Леонид Кучма призвал конфликтующие стороны к переговорам, одновременно назвав действия оппозиции «политическим фарсом». Лидер блока «Наша Украина» заявил о своей готовности вести переговоры с Леонидом Кучмой и премьером Виктором Януковичем после закрытия внеочередного заседания Верховной Рады. На вопрос журналистов о готовности к переговорам Ющенко сказал: «Конечно, готов». Предметом переговоров он назвал «урегулирование процессов в государстве».

Но спустя несколько часов под стенами Администрации Президента, куда переместился митинг в поддержку Виктора Ющенко, до этого проходивший два дня на майдане Незалежносте, народный депутат Тимошенко заявила, что ни на какие переговоры Виктор Андреевич не пойдет. Он, дескать, готов обсуждать с Леонидом Кучмой лишь процедуру передачи власти.

Тигипко, в свою очередь, предложил программу переговоров с оппозицией, предусматривавшую ограничение власти президента в пользу Верховной Рады, которая сможет формировать правительство, а также принятие специального закона, защищающего права оппозиции, и освобождение от ответственности участников и организаторов «событий 21–23 ноября».

Помнится, тогда Сергей Леонидович обратился к штабу Ющенко с призывом признать обоюдные нарушения во время выборов, заявить, что обе стороны сделали очень важные для себя выводы и готовы исправить ситуацию. Он говорил: «Нам надо подумать, каким образом стабилизировать ситуацию. Выход есть только один – переговоры. Никто не требует распускать людей по домам, это, пожалуй, и невозможно. Люди должны получить какие-то гарантии. Но переговоры нужны… Пусть уровень этих переговоров будет не самым высоким, но диалог необходимо начать».

Тигипко также высказал пожелание, чтобы за столом переговоров встретились Президент Леонид Кучма, Янукович, Председатель Верховной Рады Владимир Литвин и Виктор Ющенко: «Очень хотелось бы, чтобы встреча этой четверки состоялась как можно скорее».

В своей жизни я наблюдал за ходом многих важных переговоров, в некоторых сам принимал участие, видел немало мастеров переговорного процесса, у которых и сам учился. Так вот, на мой взгляд – Тигипко прирожденный переговорщик, и это одна из важных черт любого истинного политика. Тогда он сделал немало для того, чтобы стороны начали диалог. Сделал бы и больше, но его отодвинули…

Вечером 23 ноября после закрытия внеочередного заседания Верховной Рады Ющенко зачитал текст президентской присяги, положив руку на Пересопницкое Евангелие, и принял поздравления присутствовавших в зале менее чем 200 своих сторонников из числа народных депутатов. Принося нелегитимную президентскую присягу, Ющенко заявил: «Мы готовы к переголосованию во втором туре при условии честной избирательной комиссии, если не будет грубого административного давления». Впрочем, эту присягу никто не признал, и я бы на месте Ющенко здорово надавал по шеям тем, кто подтолкнул его на этот неразумный шаг. Например, спикер парламента Владимир Литвин так прокомментировал случившееся: «Никаких правовых последствий этого не может быть. Это политический акт. Это не присяга. С таким же успехом можно было принять присягу где угодно и провозгласить себя президентом без проведения выборов».

Руководитель офиса избирательного штаба Ющенко и один из его ближайших соратников Олег Рыбачук заявил, что присяга лидера «Нашей Украины» была средством психологического давления. Однако Янукович все-таки был назван победителем второго тура. ЦИК объявил, что 49,46 % голосов было отдано за Януковича, а 46,61 % – за Ющенко. К этому моменту десятки тысяч сторонников оппозиции продолжали митинговать на майдане Незалежности, здесь уже стояли около 750 палаток.

С утра 26 ноября стало известно, что в Киев подходят поезда с шахтерами. Приехавшие концентрируются на Привокзальной площади, где начинается митинг. Вскоре оттуда началась прямая телетрансляция. ForUm передавал: «Руководитель избирательного штаба Виктора Януковича Сергей Тигипко заявляет, что оппозиция должна отвести людей от зданий Национального банка и Кабинета Министров и после этого приступать к переговорам.

«Мы говорим – отведите людей от НБУ и Кабмина, дайте людям возможность работать, и тогда мы садимся за стол переговоров, – заявил он на митинге сторонников Януковича в пятницу на Привокзальной площади, передает «Интерфакс-Украина». – Нас не хотят слушать. Все разговоры начинаются с того, что выборы неправильные, сфальсифицированные, – сказал он. – Сейчас подъезжают поезда. Здесь будет 50–60 тыс. шахтеров. Мы их пока сдерживаем. К нам подходят и спрашивают – почему стоим, надо строиться в колонны и идти в центр», – добавил Тигипко.

Тигипко, который находился на Привокзальной площади, как мог сдерживал страсти. Так, он заявил, что «создание автономии в восточных областях Украины не лучшее решение проблемы, существующей сегодня». Он также отметил: «Мы готовы идти на переговоры, но противоположная сторона идти на переговоры не хочет». И призвал присутствующих соблюдать выдержку и продолжать оставаться на площади.

В штабе же события разворачивались по-своему. Во второй половине дня мне сообщили, что прибыла группа польских дипломатов, которые ищут встречи с Тигипко. Понимая, что этот визит неспроста, я немедленно спустился на первый этаж и нашел поляков в ресторане «Зоряного». Там было полно народу, поэтому ресторан мне показался не лучшим местом для серьезных разговоров с посредниками, которыми явно были эти люди.

Я предложил перебраться в бар пресс-центра, который, на счастье, оказался пустым, и попросил охрану ограничить в него доступ. Выяснив у гостей в общих чертах цель их визита, немедленно проинформировал Тигипко. И до его приезда, несмотря на жуткий цейтнот, оставался с дипломатами. Среди прочего, они меня спросили о том, что же будет, если шахтеры все пойдут в центр города. «Тогда неизбежны столкновения», – сказал я, и мы согласились, что этого нельзя допустить. Думаю, что здесь я некоторым образом «заявил позицию», как говорят дипломаты, и думаю, что несколько облегчил задачу Тигипко.

Когда Сергей Леонидович приехал, я не счел возможным присутствовать при этом конфиденциальном разговоре и вернулся в кабинет, где еще раз внимательно изучил, как на Западе реагировали на последние события в Украине.

В день второго тура выборов на брифинге в пресс-клубе Ющенко вице-спикер Европарламента Яцек-Сариуш Вольски заявил, что в случае недемократических выборов в Украине Европейский парламент может отреагировать так же, как и в отношении Белоруссии. По его словам, Европа будет справедлива к Украине, если Украина выполнит ключевое условие – построит демократическое общество и будет соблюдать права человека и нацменьшинств. Вольски напомнил, что Европейский парламент принял декларацию относительно Украины, где оценил наше государство как ключевого партнера Европы. При этом Европарламент выразил обеспокоенность по поводу несоблюдения демократических норм в ходе первого тура выборов и надежду, что второй тур будет отвечать международным стандартам. Вольски также заметил, что в случае демократичности выборов ЕС сможет даже рассмотреть вопрос о предоставлении Украине статуса стратегического партнера, который в свое время получили Сербия, Хорватия и Македония. Как это было похоже на всегдашние обещания Запада Украине, которые потом не выполнялись!

Я не смог сообщить об этом Тигипко, потому что после встречи с польскими дипломатами он уехал на Привокзальную площадь. Позднее он рассказывал мне, что ему нужно было очень торопиться, поскольку посредники пообещали: если колонна шахтеров будет остановлена, оппозиция разблокирует правительственные здания. Это был бы важный обмен, поскольку из-за блокады управление государством было чрезвычайно затруднено.

Тигипко удалось остановить шахтеров возле памятника Щорсу. Но не всех – примерно две тысячи оторвала Витренко и повела в центр. И надо же – они как нож сквозь масло прошли через площадь Независимости и подошли к Кабмину. Там их, конечно, затерли. А представьте себе, если бы 60 тысяч организованных мужчин прошли по тому же маршруту и, не дай Бог, их кто-нибудь попытался бы спровоцировать… Тогда бы действительно сбылся мой прогноз насчет столкновений. И вот на этот случай, полагаю, сгодились бы силовики, которым бы поставили задачу восстановить порядок. Дальше – введение чрезвычайного положения, отмена результатов выборов, новые выборы весной, но уже с другими кандидатами. Не исключено, что в их числе оказался бы и Кучма, которому Конституционный суд разрешил баллотироваться на третий срок.

Между тем участники многосторонних переговоров по урегулированию ситуации в Украине заявили о начале переговорного процесса по поиску путей выхода из сложившегося политического кризиса в Украине. После трехчасовой встречи в Мариинском дворце Президент Кучма зачитал их совместное заявление: «Стороны заявляют о начале переговорного процесса по поиску путей выхода из политического кризиса при участии Президента Украины Леонида Кучмы, Председателя Верховной Рады Владимира Литвина, а также Виктора Ющенко и Виктора Януковича». Кучма подчеркнул, что для обеспечения прозрачности переговоров стороны создали рабочую группу. «Рабочая группа приступает к работе сегодня», – сказал глава государства.

На следующий день ForUm распространил информацию под сенсационным заголовком: «Оппозиция солгала Солане: блокирование АПУ продолжается». Вот это сообщение: «Сторонники Виктора Ющенко перекрыли подступы к зданию Администрации Президента автобусами и автомобилями, передает УНИАН. На улице Банковской сохраняется палаточный городок сторонников Ющенко из около 40 палаток. На майдане Незалежносте в 6.00 находились около полутора тысяч человек.

Напомним, вчера на пресс-конференции Верховный представитель ЕС по вопросам общей внешней политики и политики безопасности Хавьер Солана сказал, что в ходе многосторонних переговоров, состоявшихся в Мариинском дворце, было договорено, что люди прекратят блокирование государственных учреждений. В то же время отмечалось, что люди могут продолжать мирные митинги».

Поскольку договоренности были нарушены, Тигипко отправился на вокзал. Но он еще был в дороге, когда ему сообщили, что еще ночью поезда с шахтерами были отправлены домой. Вот тогда-то мне стало ясно, что все закончено.

Думаю, очевидно, кто именно мог отдать приказ о том, чтобы отправить шахтеров. Возможно, именно в эту ночь и были даны политические гарантии некоторым участникам тех событий, и дальше лишь оставалось повернуть ситуацию в другую сторону. Заседал Верховный суд, подавались аппеляции на его решения, состоялся еще один тур голосования – а итог был предрешен заранее. И в результате очень многие люди ощутили себя попросту обворованными.

Да Бог с ними, с гарантиями. Были они, не были – теперь это трудно раскопать. Логика событий показывает одно, свидетели говорят другое. Но вот чем измерить разочарование людей, которые голосовали за Януковича? Как оценить потери страны, до сих пор расколотой на два лагеря? Сколько нам еще понадобится, чтобы стать наконец политической нацией, а не марионетками в чужих руках?

Чем же закончилась наша работа в штабе? Все было очень просто. Сначала в штабе появились сотрудники Януковича, которые не могли попасть в блокированные здания. И потихоньку они вытеснили с рабочих мест многих наших сотрудников. К тому же, все они оказались крупными начальниками, и вводные посыпались со всех сторон. Аппелируя к авторитету Тигипко, я не отдал ни одного рабочего места в помещениях пресс-службы, да и командовать собой и своими коллегами не позволил. Но не все у нас умели так блефовать… Словом, ощущение было такое, что к нам подселили кукушонка, который принялся деловито выживать из гнезда его истинных хозяев.

27 ноября утром Тигипко вызвал меня и продиктовал состав рабочей группы для переговоров с оппозицией. В нее вошли Леонид Кравчук, Сергей Тигипко, Степан Гавриш и Раиса Богатырева. Эта группа поначалу была очень активной, однако вскоре Кучма приказал Тигипко сдать избирательные дела и вернуться в Нацбанк.

Что ж, насчет штаба все было понятно – мы договаривались работать до конца второго тура. К тому же Тигипко трезво оценивал ситуацию: влиять на происходящее мы больше не в силах. А плыть по течению – это не для него.

С Нацбанком было сложнее. Возвращаться туда попросту было нельзя. Сергей Леонидович всегда выступал за то, чтобы не политизировать банковскую сферу. А тут значительная часть коллектива уже ходила с оранжевыми ленточками, здание Нацбанка было блокировано «Порой», и появление Тигипко могло вызвать скандал, который серьезно бы отразился на курсе национальной валюты. К тому же, мы наверняка знали, что такая провокация готовится. Что было бы, если бы ажиотаж вокруг валюты не удалось погасить, если бы революция началась и в банковских кабинетах?

Поступить так Тигипко попросту не мог, не имел права. Достаточно неплохо зная этого человека, могу утверждать, что он всегда ставил интересы государства выше личных амбиций. Вот и тогда он предпочел уйти в отставку.

Комментируя свой шаг в одном из прямых эфиров, Тигипко признался, что, уходя, не попрощался с В. Януковичем, поскольку они «с ним сто граммов не пили». При этом он осудил сепаратистские настроения в некоторых областях Украины. «Мне стыдно, что мы своей президентской кампанией разделили страну. Виновны обе стороны… Это безумство, которое нужно срочно прекратить», – до самого последнего момента Тигипко искал компромисс, пытался примирить обе стороны…

Сотрудники штаба были давно готовы к отъезду, и это заняло у нас не так уж много времени. Зато после перехода от плотного графика избирательного штаба к нормальному рабочему ритму появилось много времени для раздумий. В политике, как и в бизнесе, существует понятие корпоративной солидарности. Именно поэтому «Трудовая Украина», где мы все тогда работали (прошу не путать с партией Коновалюка), поддержала единого кандидата – таким было решение коалиции. «Трудовики» работали, что называется, на передовой – наши агитаторы, сотрудники общественных приемных, региональных штабов «глаза в глаза» общались с десятками тысяч избирателей.

Свою кампанию мы, как всегда, строили на конструктиве и диалоге с избирателями. И сумели помочь тысячам граждан, проблемы которых годами не решали чиновники. И это тоже следует отнести в наш актив. Наш штаб работал открыто и публично, мы сумели показать нашего кандидата без официального лоска. Эффект этой работы известен – с 16 процентов рейтинга в начале кампании он сравнялся на день выборов со своим оппонентом. Такой результат невозможно достичь только в результате деятельности политтехнологов или «теневых» штабов – нужна живая работа с избирателями.

Мы сделали все, что могли. И, кстати, победили во втором туре.

Думаю, что забота о том, какой будет Украина после выборов, лежала и в заявлении Тигипко о том, что в случае победы Януковича премьером мог бы стать Ющенко. «Важно, чтобы мы не пришли к такой ситуации, когда не сможем подать друг другу руки», – говорил он. Жаль, что у оппонентов не хватило мудрости не реагировать на эти слова так же, как бык реагирует на красное.

Тигипко ясно видел опасность применения с обеих сторон технологии поляризации общества и пытался внести в это опасное противостояние хотя бы элемент здравого смысла. Увы, опасность раскола сохраняется до сих пор, более того, с приближением президентских выборов 2010 года она только увеличивается.

Несмотря на многократные заявления по этому поводу, выборы в Украине 2004 года не были противостоянием между демократическим и номенклатурным кандидатами, прозападным и пророссийским политиками, представителями запада и востока Украины. Это была борьба за власть двух группировок: донецкой, опирающейся на поддержку других антиющенковских сил, и конгломерата политиков и предпринимателей, не сумевших укрепиться за десятилетие режима Кучмы. Власть в результате выборов не изменилась, поменялись лица в ней…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.