«Последний Герой» 1989 год

«Последний Герой»

1989 год

1. Хочу перемен

2. Электричка

3. Война

4. Троллейбус

5. Печаль

6. Последний герой

7. Группа крови

8. Мама

9. В наших глазах

10. Спокойная ночь

В 1989 году студии Валерия Леонтьева «КИНО» так же записали материал для так называемого «французского альбома», который потом вышел под названием «Последний герой».

Как вспоминал впоследствии Жоэль Бастенер, инициатор и организатор записи, идея полноценного альбома группы «КИНО» для французской публики появилась после того, как в марте 1988 года в Париже вышла пластинка «Rock in Soviet», первый сборник советского рока. Пластинка категорически не понравилась Цою.

Жоэль Бастенер: Выпуск пластинки «Rock in Soviet» организовывал я, конечно, но средств не было, так что на работу влияла и сама студия, и дистрибьютор. Нужно было взять с собой множество пленок от разных групп, а мне одному и за один раз увезти это было невозможно. Пришлось ехать поездом, раздавать пленки разным студентам, путешествовавшим во Францию, так как французское посольство отказало нам в использовании дипломатической почт. Потом нужно было все пленки внимательно прослушать, чтобы понять, кого стоит издавать, а кого нет. Модные ребята из студии «Антенна» нашли дистрибьютора, естественно не даром: решения принимались демократично, то есть я, новичок, противостоял двум опытным профессионалам. Их выбор был все равно интересен, однако лежал только в области чистой музыки. Еле-еле я успел сделать переводы песен на внутренней обложке винила. Было выпущено всего три тысячи дисков, которые, однако, продавались очень быстро361.

Цоя очень разочаровала пластинка, на которой после той выборки осталось всего две его композиции: «Электричка» и «Мама-анархия», которые еще и поставили в компании песен «Телевизора» и «Центра», групп, которые Цой, как известно, ничем не выделял.

Жоэль Бастенер: Виктор не скрывал от меня своего недовольства. Он предполагал, что французская пластинка будет подобна американской «Red Wave», на которой Джоанна Стингрей отвела группе «КИНО» половину диска. Я ему объяснил, что не один принимал решение о составе участников, и, зная, как популярна у наших радиослушателей «Электричка, предложил ему сделать сольный диск362.

Цой согласился, и перед Жоэлем встала задача найти партнера для выпуска подобного диска. Выбор пал на «PolyGram editions / Polydor rec», компанию, созданную в 1972 году и на тот момент самую развивающуюся и активную.

«PolyGram editions/Polydor rec» к тому времени уже подписала эксклюзивный договор на пять лет с Василием Шумовым и его группой «Центр». Но поскольку диск Шумова с треском провалился, руководство из-за понесенных на этом убытков рвало и метало, и желало срочно заключить договор с кем-нибудь стоящим, настоящим, с какой-то яркой личностью, обладающей очевидным творческим потенциалом.

Жоэль Бастенер: Пластинку «Rock in Soviet» больше не тиражировали по простой причине: мы с Натальей Минц порвали контракт с «Антенной», чтобы начать работу с «PolyGram editions/Polydor rec». Я вооружился фотографиями и видеосъемками, сделанными в Питере, а заодно поддержкой Томаса Джонсона, молодого журналиста из популярного тогда журнала «ACTUEL». Мы оба считали, что «КИНО», и в особенности Цой, – это именно то, что нужно. Я легко нашел соинвесторов и запустил проект363.

Песни для пластинки выбирал сам Цой. Это он решил делать «best of» и настоял на том, чтобы сводили альбом во Франции. Был просто убежден, что сводить должны, если не американцы (Стингрей на тот момент уже сделала для него все, что могла), то, по крайней мере, французские профессионалы. Жоэль оплатил производство деньгами, полученными от министерства культуры Франции на некоммерческие проекты, и работа над пластинкой началась.

Георгий Гурьянов: Это был заказ. Был заказ, но никаких инвестиций. Они, французы, издают пластинку у себя, а мы предоставляем им музыку. Ну, мы как всегда, записали все у меня дома, по накатанной программе, обычную кассетку такую и принесли к ним. Они в ответ: «Вы что, издеваетесь над нами?». Им не понравилось. Типа, у нас правительственный уровень, столько пафоса, а вы нам тут кассетку… И нам пришлось все перезаписывать. Обложку делали мы с Витей, но французы все потом переделали на свой лад. Мне эта пластинка совсем не нравится. Эти придурки старались копировать все нота в ноту, получилось повторение, все как-то скучно, вымученно, сухо, причем мы не участвовали на сведении и они там, эти рок-н-ролльщики французские, все загладили, затерли364.

Итак, записав в студии Валерия Леонтьева материал для французской пластинки, Цой передал его Жоэлю. Во «французский альбом» вошли вещи из «Группы крови», частично из «Звезды по имени Солнце», новые версии «Электрички», «Троллейбуса» и «Последнего героя», а также композиция «Мы ждем перемен». Получился настоящий сборник хитов для зарубежной публики.

Жоэль Бастенер: Витя сделал великолепного качества мастер и вручил нам в качестве руководства к действию. Наши профессионалы были так впечатлены музыкальностью его сведения, что даже не пытались отойти от генеральной линии, они лишь скрупулезно обогатили звучание каждого инструмента. Я же хотел чуть усилить мрачноватый бас Тихомирова, и меланхоличные аккорды Каспаряна, так что мы искали теплое звучание с помощью легендарных усилителей типа Vox 1972 года, но старались не добавлять реверберации. То есть мы следовали заданной структуре, не увлекаясь эффектами, в чем и заключалось отличие этой записи от «Звезды по имени Солнце», которая сводилась без нашего участия. Всем участникам «КИНО» так понравилась наша работа, что «Черный альбом» музыканты решили делать на той же студии365.

Чуть позже этот сборник свели в студии DuValD’Orge и выпустили лейблом «Off The Track Records» на CD под французским названием «Le Dernier Des Heros».

Этим же лейблом был выпущен миньон «Maman» на грампластинках с двумя песнями из альбома – «Мама, мы все тяжело больны» и «Троллейбус».

Юрий Каспарян: Записывался сборник не одновременно со «Звездой». Мы как раз ее закончили, и потом возникла вот эта мысль. Я вообще не помню, когда это произошло, помню только, что мы записали этот французский альбом дома, на портостудии, а французы возмутились, и мы вновь арендовали леонтьевскую студию, приехали туда, как старые знакомые, и быстро-быстро записали. Альбом был сделан по заказу французов, от Жоэля, если не ошибаюсь. Он культурным атташе был в Москве, потом в Грузии. Мы с ним пару раз встречались как-то366.

Михаил Кувшинов: После Нового года они вернулись, по-моему, чуть ли не второго числа, января, максимум третьего. И буквально за три-четыре дня, был записан так называемый французский альбом, который потом назвали «Последний герой». Но там была только запись, а сводился он, если не ошибаюсь, во Франции. Но они там, эти французы не понимали… Это была та же самая проблема, с которой и у нас все начиналось, подход был совершенно другой к этому ко всему367.

Георгий Гурьянов: «Последний герой» – это французское издание, хотя мы с Виктором делали обложку, отправили макет, но дальше уже не запаривались, признаться.

Французы ее корректировали по ассоциации с тем, что мы им отправили, и с обложкой «Группы крови». В результате они сделали супрематический и футуристический дизайн. Если бы я тогда серьезнее к этому отнесся.368

Из-за «французского» сведения альбом «Последний герой» слушается совершенно иначе, чем все остальное творчество группы «КИНО».

Георгий Гурьянов: «Французский альбом» – тоже по сути пост-панк, но с ярко выраженными оттенками французского колд-вейва369.

Жоэль Бастенер: К сожалению, руководство английским филиалом не дало разрешения на мировой релиз, а рекламы записанного альбома не было вовсе. Поэтому во время первого приезда «КИНО» в апреле 1989 года во Францию на фестиваль «Printemps de Bourges» я всеми силами пытался привлечь внимание к пластинке, использовал свои личные связи, ведь «Последний герой» вышел за месяц до тех концертов.

Но к СССР в тот период относились довольно неприязненно, многие эксперты полагали, что перестройка – чистый блеф, и что коммунизм вот-вот по новой закрутит гайки. Некоторые журналисты даже заподозрили меня в том, что я являюсь агентом влияния, а артисты – марионетками. Витю это очень напрягало370.

Были у этого сборника-альбома и русские издания, сделанные уже после гибели Цоя: в 1991 году «Последний герой» был выпущен лейблом «Russian Disc» на виниле, а в 1996 году переиздан «Moroz Records» на компакт-дисках с цифровым ремастерингом.

Исходные пленки, сохранившиеся у звукорежиссера французской студии Патрика Клерка, были переданы Марьяне Цой и «Рикошету», который сделал альбом ремиксов «Виктор Цой: Печаль» (2000 год), взяв фонограмму вокала Цоя из альбома «Последний герой». Затем Марьяна Цой продала эти пленки в благотворительных целях на аукционе. В Сети можно встретить также множество «народных» ремиксов на песни «КИНО», сделанных с помощью этой же записи вокала.

Во время работы над альбомом «Le Dernier Des Heros» во Франции была также записана песня «Blood type» («Группа крови» на английском языке), которая не вошла в альбом. Ее выпустили в 2002 году на сборнике «Последние записи».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.