ДЖОН ТРАВОЛТА И КЕЛЛИ ПРЕСТОН

ДЖОН ТРАВОЛТА И КЕЛЛИ ПРЕСТОН

Трудно найти более разных людей: он – типичное воплощение экранного повесы-танцора, человек эмоциональный и открытый, неугомонный затейник, поедатель огромного количества гамбургеров; она – образец капризной кинодивы, изводящей мужа постоянными упреками по поводу и без, маниакальная чистюля и ревнивица. Но вот уже более десяти лет они вместе благодаря общей профессии, детям и… выработанной женой методики строгого контроля, превратившей экранного супермена в супруга-подкаблучника.

В апреле 2003 г. голливудский актер Джон Траволта, который в следующем году отметит собственное 50-летие, признался журналистам, что был пристыжен своей женой Келли Престон, когда однажды ночью оказался в голом виде перед большим зеркалом. Престон в шутку скорчила гримасу, засунула два пальца в рот и показала, как ее «тошнит». «Она пыталась сказать мне то, что я сам должен был заметить. Я позволил себе превратиться чуть ли не в развалину. Моя жена любит меня, и я восхищаюсь ею, так что это не хочется менять. Но у моего самоуважения появились заметные трещины. Я подумал, что выгляжу как мужчина средних лет в плохой форме. В конце концов, я не желал видеть, как у моей жены возникают тошнотворные ощущения при взгляде на меня без одежды». Траволта тут же начал усиленно тренироваться и смог сбросить свой вес со ста до 89 кг, причем даже не прибегая к диетам.

Джон Джозеф Траволта родился 18 февраля 1954 г. в провинциальном городке Инглвуд, штат Нью-Джерси, в большой итало-ирландской семье (его фамилия переводится с итальянского языка как «высокое напряжение»). Его отцу, Сальваторе, к тому времени уже исполнился 41 год. Бывший футболист занимался торговлей автозапчастями, чтобы прокормить семью, в которой Джон был шестым ребенком. Мать, Хелен, в прошлом солистка вокальной группы «Солнечные сестры», преподавала драматическое искусство в школе. Она с наслаждением возилась со своими отпрысками на подмостках, специально сооруженных мужем в подвале для домашнего театра.

Будущий кумир дискотек с шести лет брал уроки танцев. Его учителем был не кто иной, как брат легендарного танцора Джина Келли – Фред. Такой всесторонний подход к образованию позволил троим из шестерых детей стать актерами: кроме младшего, Джона, на эту опасную стезю ступили еще Эллен и Джой.

Джонни с детства любил сказку о Питере Пэне, летающем ребенке. Однажды, подражая любимому герою, он взобрался на крышу сарая, оттолкнулся и попытался полететь. Попытка закончилась неудачей, хорошо, что сарай был невысокий, и мальчик только расшиб коленки. Но желание летать не прошло. Над их домом пролегала воздушная трасса, и Джонни мог часами наблюдать за полетами. А еще у него появилось хобби – он стал коллекционировать игрушечные модели самолетов. Чтобы помочь сыну сделать выбор, мама повезла его в авиашколу в Нью-Джерси, где учился их родственник. Но Джон, поначалу оживившийся при виде самолетов, после небольшой экскурсии по базе помрачнел. Ему не понравилась военная дисциплина, униформа и короткая стрижка курсантов. В то время юноша увлекался группой «Битлз» и, подражая своим кумирам, отращивал длинные волосы. На обратном пути сын сказал матери: «Я решил, чем буду заниматься. Стану актером, заработаю денег и куплю любой самолет, который понравится».

В 16 лет с разрешения родителей Джон бросил учебу в школе и все свое время отдал сцене. Через два года он дебютировал во вне-бродвейской постановке, позже вошел в труппу «Бриолина», но далеко не на главную роль. Первые шаги к популярности молодой актер совершил на Бродвее, сыграв в 1975 г. веселого модника Дэнни Зуко в ретро-мюзикле «Бриолин». Спустя три года Рэндалл Клейзер снял по этой постановке фильм с Траволтой (уже популярным киноактером) в главной роли. В кино на него обратили внимание после второплановой роли в кровавом ужастике Брайана Де Пальмы «Кэрри». Но по-настоящему знаменитым актер «проснулся» после триумфальной премьеры мюзикла «Лихорадка субботнего вечера», вышедшего на экран в 1977 г.

Фильм принес Джону номинацию на «Оскара» и сделал его мировым секс-символом. Тираж популярного журнала «Rolling Stone», на обложке которого красовался почти обнаженный, слегка прикрытый малюсенькими бикини красавец, был раскуплен в считанные часы после поступления в продажу. Когда Нэнси Рейган во время приезда в США принцессы Дианы спросила о ее самом заветном желании, та ответила: «Станцевать с Джоном Траволтой».

Еще вчера он был мальчишкой, и вдруг – звезда… Было от чего потерять голову. Джон получал баснословные гонорары, к нему не могли подступиться маститые, очень уважаемые режиссеры. Стивен Спилберг, например, вынужден был «предпочесть» Траволте более «дешевого» Харрисона Форда для своей эпопеи о приключениях Индианы Джонса. Френсис Коппола не смог по этой же причине позволить себе пригласить Джона в трилогию «Крестный отец».

В 1976 г. на съемках фильма «Парень в пластиковом пузыре» 23-летний Траволта безумно влюбился в свою партнершу, актрису Дайану Хайленд – той было за сорок и в картине она играла… его мать. Однако 18-летняя разница в возрасте не помешала Дайане ответить парню взаимностью. Они поселились вместе. Будучи умной и опытной женщиной, Хайленд не могла довольствоваться лишь ролью возлюбленной – она учила Джона манерам, правильной речи, дипломатичности в отношениях с коллегами-актерами, наставляла, как правильно разговаривать с продюсерами и режиссерами, делилась секретами актерского мастерства. Но главное, она старалась обуздать сумасшедший темперамент молодого любовника.

Их совместная жизнь походила на нескончаемый праздник – они разыгрывали смешные сценки, каждый раз воображая себя в какой-нибудь необычной роли. Придумывали любые поводы, чтобы сделать друг другу подарок. Особенно им полюбился День ветра, который можно было отмечать 5–6 раз в месяц в зависимости от метеосводок: в ветреный день они облачались в вечерние туалеты и заказывали столик в тайском ресторанчике на окраине Лос-Анджелеса. Однажды в один из таких дней Дайана сделала Джону страшное признание – у нее рак желудка и жить ей осталось несколько недель.

Траволта, естественно, в это не поверил. Он почему-то не сомневался – врачи просто ошиблись в диагнозе, такое ведь часто бывает. На следующее утро он схватил подругу за руку и стал водить по врачам и экстрасенсам. Везде, конечно же, обещали «сделать все возможное», но на самом деле это были лишь вежливые формы отказа. Вскоре Джона пригласили участвовать в ставшей вскоре знаменитой «Лихорадке субботнего вечера», и Дайана категорически настояла, чтобы он полетел на съемки в Нью-Йорк. Только потом он понял, почему любимая так настаивала на его отъезде – ей не хотелось, чтобы он стал свидетелем ее мучений и стремительного угасания.

Он звонил ей из Нью-Йорка каждый день. Она лгала, что ей лучше, что находится в прекрасной форме и ожидает с нетерпением его возвращения. В феврале 1977 г., в самый разгар съемок, Траволта неожиданно узнал, что Дайану доставили в больницу на «скорой помощи». Без разрешения оставив съемочную площадку, он помчался домой. Врачи и не пытались скрыть от него правду: «он может забрать мисс Хайленд из клиники хоть сейчас – ей осталось жить считанные дни».

Дома Джон не отходил от подруги ни на шаг – он разговаривал с ней, рассказывая обо всем подряд, смеялся, шутил, разыгрывал мизансцены и импровизированные спектакли. Траволта упорно продолжал убеждать ее и себя, что это обычная болезнь, которая вот-вот пройдет. Он даже пытался доказать это приходящим врачам. Но чуда, увы, не произошло. Однажды утром врач отвел Джона в другую комнату и попросил его мужественно принять то, что он сейчас ему скажет: мисс Хайленд очень плоха, все может случиться в любую минуту. Той же ночью Дайана тихо умерла у него на руках…

А еще через два года, тоже от рака скончалась его мать. Смерть двух близких людей на десятилетие выбила Джона из колеи: он много пил, курил «травку» и изредка снимался в малозаметных фильмах. Без объяснения причин Траволта отказался играть в нескольких картинах, которые сделали знаменитым Ричарда Тира, взятого вместо него. Единственной по-настоящему заметной ролью этого периода стал Джек из триллера Де Пальмы «Прокол». В поисках выхода из кризиса актер стал активным последователем секты сайентологов Рона Хаббарда (официально причисленной Русской православной церковью к разряду сатанинских).

В 1980-е гг. Траволта был в Голливуде не то чтобы «персона нон грата», но новостью вчерашнего дня, это уж точно. О нем распускалось множество слухов (то он гей, то бисексуал, то разжирел без меры, то безнадежно спился, то попал под влияние мракобесов). Невероятно, но Траволта невозмутимо перенес все испытания. В самые тяжелые времена ему даже в голову не пришло продать три принадлежащих ему самолета. Правда, он всегда повторял, что как только не сможет играть, останется пилотом, потому что еще не знает, какое из занятий ему нравится больше. А еще он все время твердил: «Если я буду поступать правильно, а мои намерения останутся чисты, я верю, что все в моей жизни сложится хорошо».

После смерти Дайаны Траволта без оглядки бросился в ничего не значащие любовные приключения с женщинами, которые были гораздо старше его. Первой утешительницей несчастного стала вдова великого Пресли – Присцилла. Потом на смену ей пришли Джейн Фонда, Катрин Денев, Дайана Росс, Мерил Стрип, Глен Клоуз. Постепенно возрастной ценз подружек уменьшался, и в 1987 г. Джон завел роман с совсем еще юной Брук Шилдс. Но многочисленные любовные интрижки не делали его счастливым.

В 1989 г. начался новый период в жизни Траволты. Он сыграл добродушного таксиста в успешной комедии Эми Хекерлинг «Уж кто бы говорил» (о младенце, говорящем мужским голосом). Спустя год последовало ее продолжение – «Уж кто бы говорил-2», но осторожные продюсеры все еще не торопились возвращать звезду на голливудский небосклон. Зато на съемках в Канаде Джон совершенно неожиданно встретил Келли Престон.

Американская актриса Келли Палзис, известная зрителям под именем Келли Престон, родилась 13 октября 1962 г. в достаточно экзотическом месте – в Гонолулу на Гавайских островах. Родной отец девочки утонул, когда ей было три года, и мать, медицинский работник, уехала в Южную Калифорнию, где снова вышла замуж за сотрудника сельскохозяйственной фирмы. Семья часто переезжала, и Келли некоторое время жила в Ираке и в Австралии. В 16-летнем возрасте красивую девочку заметил фотограф модного журнала, который помог ей дебютировать на радио и попасть на прослушивание в Голливуд.

С Траволтой она познакомилась в 1987 г., на съемках фильма «Эксперты», который, впрочем, как все картины 1980-х гг. с ее участием и все с участием Джона, ничего особенного из себя не представлял. Зато Келли была особенной – эффектная женщина, обладающая какой-то удивительной мягкой чувственностью. Она очень понравилась Джону, но романа не получилось. Понадобилось три года и случайная встреча в Ванкувере, чтобы две неудавшиеся звезды – одна бывшая, а другая несбывшаяся – все-таки соединились.

Келли Престон попала в Голливуд исключительно благодаря внешности. Ни одного заметного фильма в ее кинематографической биографии не было и нет, что, в принципе, несправедливо – она вполне органична в боевиках, средней руки мелодрамах и триллерах. Она даже вполне могла бы поучить актерскому мастерству и женственности некоторых новоявленных звезд, возглавляющих хит-парады «кассовости» и «сексуальности». Но с ролями ей не повезло. Зато всегда везло с мужским вниманием. Стремясь покрепче привязать Джона, она рассказывала всем сентиментальную историю о том, что влюбилась в него в 14 лет, когда впервые посмотрела «Лихорадку». Тогда-то Джона и осенило: это женщина его мечты.

К тому времени, когда они встретились на съемках «Экспертов», Престон была замужем за актером Кевином Гейджем, поэтому общение с Джоном не пошло дальше дружеских встреч. «Я обнаружил, что она любит летать, танцевать и вкусно поесть – одним словом, очень похожа на меня, – вспоминал впоследствии Траволта. – Келли продемонстрировала удивительную восприимчивость к идеям сайентологии. Мне показалось, что эта женщина может сделать счастливым любого человека».

Однако, несмотря на все свои достоинства, Келли не смогла сделать счастливым своего тогдашнего мужа, и вскоре они развелись, прожив вместе около трех лет. Потом она встречалась с другими звездами – Джорджем Клуни, Чарли Шином, – и все это время Траволта оставался ее другом. Как уже упоминалось, летом 1990 г. Джон снимался в Ванкувере в фильме «Уж кто бы говорил-2», и по счастливому совпадению Престон тоже была там на съемках. Так получилось, что они поселились в одном отеле, стали видеться каждый день, и в канун Рождества Траволта сделал своей избраннице предложение. Он сказал, что ждал ее все то время, пока она была с другими мужчинами. «Наверное, у нее с Чарли Шином были такие же необычные отношения, как и у меня с Дайаной, – философски говорил Траволта по поводу прошлых бурных романов своей возлюбленной. – С Чарли и Джорджем все было очень романтично. Я прощаю ей их так же, как она прощает мне Дайану».

Свадьбу молодые справляли дважды. В первый раз, 5 сентября 1991 г., в Париже их обвенчал представитель церкви сайентологов, но этот брак был признан недействительным в Штатах. Посему им пришлось через неделю регистрировать брак во второй раз – уже в Дайтон-Бич во Флориде. В апреле 1992 г. у Джона и Келли родился сын Джетт, что в переводе означает «реактивный самолет», а спустя восемь лет на свет появилась дочь Элла Блю. Перед рождением сына Келли обратилась за советом к своей бабушке: «Мы с Джоном никак не можем выбрать имя, которое нравилось бы нам обоим». И та ответила: «Дорогая, все очень просто. Как правило, в семье отцы выбирают имя мальчикам, а жены – девочкам». «Тогда – спасибо бабушке – Келли уступила мне», – радовался Траволта.

Благодаря супруге его жизнь впервые за долгие годы стала уравновешенной и очень захватывающей. Молодожены делали все возможное, чтобы бороться с монотонностью семейной жизни. Джон постоянно оставлял на ее подушке записочки типа «Я буду с тобой трахаться сегодня всю ночь, готовься!», а она в ответ всегда подкладывала свои надушенные трусики в его пиджак или портфель. Даже выходя в свет, Келли и Джон успевали найти время для секса на заднем сиденье лимузина, из-за чего почти на все приемы приезжали растрепанными. «Я даже представить не мог, что женщина способна доставлять мужчине такое удовольствие. Жизнь с ней – волшебная сказка!», – не уставал повторять Траволта.

Он очень любил дарить Келли подарки и уже в первый год супружества потратил на них больше миллиона долларов (почти половину тогдашнего состояния). А когда фантазии не хватало, он просто посылал ей огромный букет цветов с какой-нибудь драгоценностью внутри.

Встреча с Квентином Тарантино, умельцем воскрешать ушедших в творческое небытие актеров, позволила Джону стать одной из самых ярких звезд 1990-х гг. За роль гангстера Винсента Веги в «Криминальном чтиве» (1994 г.) он вновь номинировался на «Оскара». А твист, который любитель комиксов и кокаина танцевал с Умой Турман, стал самым популярным танцевальным номером последнего десятилетия XX в. За похожую (но еще более самоироничную) роль гангстера в комедии Барри Зонненфельда «Достать коротышку» Джон получил «Золотой глобус».

В 2000 г. Траволта спродюсировал фильм «Поле битвы Земля», снятый по роману сайентологического гуру Хаббарда. Сам Джон сыграл роль главного инопланетного тирана – трехметрового псайклоса с коническим черепом, большой копной нечесаных волос и с очень плохим характером, а Келли – женщину-инопланетянку с огромным языком. Фантастический триллер на деле оказался снятой в стилистике «B-movies» антиутопией с хеппи-эндом, а зло, несущее гибель человечеству, – главной и, возможно, единственной удачей картины.

После «Криминального чтива» (за участие в котором актер получил всего 150 тыс. долларов) Траволта стал одной из самых высокооплачиваемых звезд. За фильм «Достать коротышку» ему предложили уже 5 млн, к съемкам «Майкла» его цена выросла до 12 млн, а с 1997 г. он стабильно входит в довольно короткий список актеров, получающих по 20 млн долларов за фильм. Это позволило Джону обзавестись правами пилота и прикупить к своей коллекции еще три небольших самолета, а также пассажирский «Боинг-707».

Многие годы обитатели Голливуда и даже светские репортеры восхищались супружеской парой Джона и Келли: ни одной семейной ссоры, ни одного намека на измену. И все им искренне завидовали вплоть до того июльского дня 1997 г., когда бывшая горничная Престон некая Энн Вудворд вынесла на суд общественности скандальные подробности жизни звезд. После этих откровений на «идеальный брак» все взглянули совсем по-другому. Оказалось, что Траволта женат на стерве, каких еще надо поискать.

Проблемы начались, когда актер поднял вопрос о прибавлении в семействе и услышал в ответ от горячо любимой женушки категорическое: «Нет!» Зато она потребовала, чтобы муж помог ей стать суперзвездой. Однако Джон мягко, но решительно отказался выполнить эту прихоть супруги. С того дня уютное семейное гнездышко стало местом боевых действий, а Келли из милой женщины превратилась в настоящую мегеру. Не раз и не два она занималась просто вредительством: расцарапывала лицо и грудь Траволты перед началом съемок…

Престон была помешана на стерильности, панически боялась микробов и готова была при малейшем подозрительном пятнышке на мебели устроить истерику. Она закупала рекордное количество средств для борьбы с бытовыми вредителями, заставляла менять белье и полотенца каждый день, а Джона постоянно упрекала в полном отсутствии элементарных понятий о личной гигиене. «Немедленно смени рубашку и носки! – могла закричать Келли прямо во время семейного завтрака. – Не порти нам с сыном десерт!» И добродушный Джон покорно поднимался и шел переодеваться.

Как-то раз его близкий друг, уставший молча наблюдать за вздорным поведением Престон, стал убеждать Траволту сводить ее к врачу – он был уверен, что Келли страдает «микробофобией», раз ей всюду мерещатся грязь и бактерии. Его, кстати, очень интересовало, как же она допускает до своего стерильного тела такую «большую бактерию», как Джон.

Ванная комната супругов, по словам горничной, напоминала мини-аптеку: на полках – батареи протирок и лосьонов, с помощью которых, по мнению Престон, члены ее семьи могли содержать свои тела хотя бы в относительной чистоте. Келли диктовала Джону, как одеваться, какие витамины принимать, категорически запрещала употреблять жирную пищу и калорийные сладости. Джон в свою очередь мог часами послушно сидеть в ванной, натираясь мочалкой, но отказаться от еды было для него равноценно самоубийству.

Все слуги знали, что стоило Келли выйти за порог, как в доме начиналась настоящая вакханалия: Джон тотчас же поднимал трубку и заказывал себе порцию гамбургеров, а для сына – фисташковое мороженое. Обертки от съеденного тщательно упаковывались и выносились в уличный мусорный контейнер, чтобы в доме не осталось ни малейших следов «безобразия». Конечно, подобные удовольствия не проходили бесследно. Джон все больше терял форму и открыто признавался журналистам в своей страсти ко всем «этим потрясающим бутербродикам, булочкам со шпинатом и кукурузным лепешкам»: «Что уж там скрывать! Я очень люблю покушать. Люблю все вкусное, все сладкое, все… в общем, все съедобное».

Жена добилась того, что все продюсеры, с которыми работал Траволта, организовывали его съемочный день так, чтобы он не разлучался со своей семьей и каждый вечер возвращался к ужину. Келли категорически запрещала ему далеко уезжать и «оставлять дом без присмотра». К тому же она по сто раз в день названивала Джону на мобильный, чтобы услышать от него детальный отчет о прошедшем часе: что делал, с кем говорил…

Но актера, впрочем, совсем не смущало, что в глазах коллег он выглядит просто жалко – взрослый мужчина в секунду превращался в испуганного извиняющегося подростка, стоило супруге пожурить его за какую-то надуманную провинность. Однажды кто-то из прислуги случайно услышал обрывок разговора Траволты с близким школьным другом, зашедшим к нему пропустить стаканчик: «Присутствуя при рождении сына, я столько пережил, что совершенно изменил отношение к Келли, да и ко всем женщинам вообще. Я их глубоко уважаю, люблю и… все им прощаю. Это героини. Это великие, священные создания, которым мы, мужчины, должны поклоняться и безропотно служить».

Сегодня, окончательно приспособившись друг к другу за 12 лет брака, родив двоих детей (кстати, Престон теперь поговаривает о третьем), супруги утверждают, что наступило лучшее время их жизни. «Я определенно чувствую себя в зените жизни, – говорит Джон. – Мне нравится буквально все: играть с Джеттом на игровой площадке с трамплином, готовить домочадцам десерт-сюрприз, ходить с Келли по магазинам, чистить ей грейпфруты к завтраку, смотреть, как Джетт и Элла играют в “древесной хижине” (подарок детям на Рождество), встречаться с друзьями, играть в кино. Я чувствую себя счастливее, чем когда-либо. Можно ли мечтать о большем!»

Данный текст является ознакомительным фрагментом.