НЕ ВЫРУБИШЬ …

НЕ ВЫРУБИШЬ

Слов, сказанных самыми близкими об этом таинственном романе, не так и много. Но они сохранились. И они перед вами.

Никита Высоцкий

«Эти «лжедмитрии» время от времени заявляют о себе преимущественно со страниц бульварных газет. Один даже требовал эксгумации отца для генетической экспертизы. В связи с этим заявляю: у меня есть единственный родной брат, Аркадий. Других не знаю».

«Журналисты раздували версии о том, что у нас с Аркадием есть сводные братья. Их, этих «братьев», было много. Они приходили, рассказывали, как их «теряли». Был даже такой, который требовал эксгумации тела отца. Шли разговоры о существовании сводной сестры Насти, дочери актрисы Татьяны Иваненко… Не мое дело комментировать отношения отца с женщинами. Но человек этот не заявлял о себе, и, что для меня более существенно, о нем не заявлял мой отец. Вся эта история, мне кажется, характеризует ее героев с хорошей стороны. Ведь они могли из этого сделать сенсацию, кричать об эксгумации и собирать свидетелей, но не захотели.

К счастью, теперь время «детей лейтенанта Шмидта» прошло, хотя был период, когда их находилось предостаточно».

Мишель Кан

До самой смерти Высоцкого Мишель Кан оставалась одним из преданных и близких ему людей. В ее старой квартире в Париже поэт устраивал концерты. Андрей Тарковский, Иосиф Бродский, Михаил Барышников бывали здесь.

Они были знакомы 13 лет, с 67-го года. Впервые встретились в Москве, еще до свадьбы поэта с Мариной Влади. Мадемуазель Кан прибыла в СССР в 61-м по рекомендации верхушки французских коммунистов. Именно ей доверяли переводить на язык Мопассана и Гюго труды Ленина. И ее, единственную, впоследствии просил Высоцкий переводить свои песни для французской и канадской пластинок.

— Мама Тани Иваненко — актрисы с Таганки и возлюбленной Володи — была моей соседкой на Ленинском проспекте. Я доверяла ей ключи от дома, и она сидела вечерами с моей новорожденной дочкой. Мы часто ездили одной компанией в ресторан: Таня, Володя, я и мой первый муж Давид Карапетян, переводчик с итальянского. Таня Иваненко очень хотела, чтобы мы сблизились. Среди их друзей почти не было семейных пар, а общаться с кем-то из Театра на Таганке — значит давать повод для сплетен. К тому же Таня не любила Володиных приятелей, ей казалось, что они его спаивают.

— Татьяна вам нравилась? Все-таки у нее с Высоцким была скандальная связь…

— Таня надеялась, что останется с Володей и сможет управлять им. Русская Брижит Бардо: эффектна внешне, но слишком проста. Она все время кривлялась, когда в гостях он брал гитару: «Спой то, не пой другое!» Кончалось тем, что она уходила на лестничную площадку, Володя за ней, и они там ругались. Как актриса Таня ничего не представляла, даже близко нельзя сравнить ее с Влади. Но я знаю, что сначала именно Таня должна была играть Офелию в «Гамлете». Когда они расстались, Володя пошел к Любимову и попросил, чтобы ее сняли. Он говорил, что Марине будет неприятно видеть их вместе на сцене. Татьяна потом тоже высказывала Любимову: «Кто здесь главный режиссер — вы или Высоцкий?»

— Действительно, как-то некрасиво он поступил…

— Я удивляюсь, что Таню вообще назначили на эту роль. Если бы она была талантлива, то могла бы обидеться, уйти. Она же этого не сделала. После разрыва с Таней Володе откровенно завидовали — Марина была гораздо известнее.

— Брак с настоящей звездой, естественно, открывал перед ним блестящие перспективы?

— Я думаю, это тоже сыграло не последнюю роль. Он ведь не сразу бросил Татьяну. Какое-то время жил с ними обеими. Но Таня сама без конца провоцировала Володю на разрыв: однажды явилась неприглашенной в гости к Максу Леону (корреспонденту французской «Юманите») и начала скандалить. П-ф-ф! Кошмар! Правда, Марина потом утверждала, будто Таня тайком подливала Володе водку, чтобы он с ней был, — но я в это не верю. Даже в порыве ревности Таня боролась, чтобы Володя не пил.

— Вы общались с Татьяной Иваненко после ее разрыва с Высоцким?

— Она сама перестала со мной здороваться. Особенно когда узнала, что я очень сблизилась с Мариной. Но это же так естественно! В 77-м году, когда я уже развелась со своим мужем Давидом и вернулась из Москвы в Париж, туда приехал на гастроли Театр на Таганке. Я сидела с Мариной в первом ряду, на премьере. Потом мы пошли за кулисы, и Таня неожиданно бросилась ко мне с объятиями. Она протянула мне свой гостиничный номер и просила позвонить. Но Володя прямо сказал: не связывайся! Я и не стала. А потом выяснилось, что Татьяна привезла в подарок для моей дочери банку красной икры. Но я же не знала про икру…

Валерий Золотухин. Из «Таганского дневника»

26.03.1968

Высоцкий в Одессе, в жутком состоянии, падает с лошади, по ночам, упоенный водкой друзьями, катается по полу. «Если выбирать мать или водку — выбирает водку», — говорит Иваненко, которая летала к нему.

«Если ты не прилетишь, я умру, я покончу с собой!» — так, по его словам, сказала ему Иваненко».

15.10.1968

Володя, оказывается, все время потихоньку подливал себе в сок водки и таким образом надрался. Марина тоже была пьяненькая, а Иваненко готовила бомбу.

Иваненко кричала: «Он будет мой, он завтра же придет ко мне! И пр. Марина говорила: «Девочка моя, что с тобой!»

19.10.1968

Сегодня до разговора с женой звонил Н.М., матери Высоцкого. Она сказала, что «если эта сука И., шантажистка, не прекратит звонить по ночам и вздыхать в трубку, я не посчитаюсь ни с чем, приду в театр и разрисую ей морду — пусть ходит с разорванной физиономией».

Давид Карапетян. Из книги «Владимир Высоцкий. Воспоминания»

«В один из зимних вечеров 1965 года мы (с институтским товарищем Игорем Резниковым. — Авт.) были приглашены на домашнюю трапезу. На сей раз Мишель (будущая жена Давида. — Авт.), решила побаловать нас изысками национальной кухни, и наши тощие студенческие желудки радостно урчали в предвкушении галльского петуха в винном соусе».

Ребята сели в такси. И обнаружили на переднем сиденье «эффектную голубоглазую блондинку с чувственными губами, которая напоминала одновременно и Брижит Бардо, и Мишель Мерсье».

Удивительно, что в тот вечер Карапетян встретился с Татьяной Иваненко, мать которой жила с Мишель Канн на одной лестничной площадке. «Мы ждем вас у вашей соседки, к которой как раз и приглашены» — так завязалось их знакомство, а впоследствии и дружба.

Я приведу выдержки из глав:

«Ленинский проспект. Владимир»

«…Через час она уже звонила в дверь, и мы, к явному неудовольствию Мишель, познакомились. «Итак, она звалась Татьяной», — студенткой актерского факультета ВГИКа. В разговоре выяснилось, что Татьяна заходила проведать свою мать, сама же она жила с мужем в однокомнатной квартире на Профсоюзной».

Карапетян принялся было ухаживать за красавицей, но остановило признание Татьяны, что у него есть соперник: «Владимир Высоцкий, ведущий актер нашего театра и бард».

И дала послушать его записи.

Давид, конечно же, послушал: «Я чувствовал, что схожу с ума, я был зомбирован голосом, я слушал и выключал, слушал и выключал. Я столкнулся с явлением, которому не в состоянии был дать определения. Только хамелеон кричал внутри голосом детства: «Я восхищаюсь, я восхищаюсь… Речь шла уже не о силе таланта, здесь было нечто пограндиознее. Я был шокирован и раздавлен».

«Этот голос имел магнитное поле воздействия, и я оказался слишком уязвимым — меня зашкаливало»

«Это было прикосновение к Чуду».

«Вдруг почудилось, что предсказанному Достоевским «джентльмену с ретроградской физиономией» удалось-таки растолкать спящую царевну-Россию, убедить ее разбить свой хрустальный склеп, выйти вон и снова зажить «по своей глупой воле»…

Высоцкий стал моей последней ставкой — надеждой на то, что не все еще потеряно. И для меня лично, и для моей страны. Поэзия Высоцкого — поэзия Возрождения».

«…в середине мая 1967 года я сидел у себя дома и лихорадочно строчил свою дипломную работу… Внезапно раздался звонок в дверь, и через минуту я увидел на пороге сияющую Татьяну и невысокого, спортивного вида молодого человека. Я сразу сообразил, что это — Он…»

«В те майские дни роман Высоцкого и Татьяны был в самом разгаре. Каждый их визит к Таниным родителям заканчивался нашими всеобщими посиделками. Мишель создавала французский уют, Татьяна вносила русскую раскованность, Владимир был гений, мне же досталась роль провинциального ценителя».

«Как и Володя, Таня родилась в армейской семье. Ее отчим, мой сосед, которого Таня называла отцом, был тоже военным и к этому времени дослужился до полковничьих погон…

Как-то воскресным утром к нам влетела взволнованная Татьяна: «Сейчас Володя будет петь для папы, он хочет, чтобы послушал и ты». Сияющие глаза Татьяны как бы приглашали нас восхищаться с ней «ее Володей».

«Спустя какое-то время мы с Мишель пригласили Таню с Володей на званый ужин».

Из главы «Татьяна. Театральный роман»

«Мелькали дни, недели, месяцы. Наши новые друзья стали бывать у нас уже не только после спектаклей, и мы невольно втягивались в занимательную интригу этого театрального романа. Они казались неразлучной парой: Володя нередко брал с собой Таню на съемки фильмов, в которых участвовал. Чаще всего — в Ленинград и Одессу».

«Заботливость и преданность Татьяны было трудно не оценить. Из своей нищенской зарплаты она умудрялась что-то выкраивать для подарков тогда уже не бедствующему «ведущему актеру».

«Впервые она увидела Володю на сцене Таганки» еще студенткой-вгиковкой. Высоцкий — Галилей поразил Таню не своими мужскими достоинствами, а именно как актер. Ей тогда и в голову не могло прийти, что из-за этого крепко сбитого, ловко стоящего на голове парня очень скоро ее размеренная семейная жизнь полетит вверх тормашками. Как только Таня влилась в дружный коллектив театра, Володя сразу же положил на нее глаз и, не мешкая, приступил к длительной осаде. «Он взял меня измором», — не скрывала наша соседка. Она честно призналась во всем мужу и попросила развода — ей вовсе не хотелось делать из хорошего человека посмешище. Наделенная практическим опытом, Таня, конечно же, понимала, что роль образцового супруга не для ее избранника, но жизни без него уже не представляла. Таня вообще делила мужчин — как холостых, так и женатых — на две категории: «хороших мужей» и «вечны парней». Высоцкий, естественно, фигурировал во втором списке.

А была она хороша собой необычайно — Создатель потрудился на славу. Сокрушающая женственность внешнего облика завораживала, вызывая неодолимое, немедленное желание выказать себя рядом с ней абсолютным мужчиной и раз и навсегда завладеть этим глазастым белокурым чудом. Но не тут-то было. За хрупкой оболочкой ундины таилась натура сильная, строптивая, неуступчивая. Татьяна виделась мне пугающим воплощением физического и душевного здоровья, и по-армейски прямолинейная правильность ее жизненного графика обескураживала. Принципиально не пьющая и не курящая, волевая и уверенная — как разительно отличалась она от своих юных сестер по ремеслу.

Видимо, вот эта ее холодноватая цельность и притягивала Володю. Создавалось впечатление, что резкие рамки Таниного норова отторгали мужественность Высоцкого. Да и в ее любви к Володе сквозило нечто деспотическое: словно ей хотелось перекроить его на свой лад, чтобы легче им манипулировать. Ее красивая головка была битком набита залежалыми догмами школьной поры о повальном равенстве и равноправии. А мудрая сталинская сентенция: «Незаменимых у нас нет», — становилась в ее руках инстинктивным оружием самозащиты и наступления. Ведь Таня не уставала повторять, что на его славу и фамилию ей решительно наплевать. Иными словами, в угоду равенству и справедливости Божий избранник должен ощущать себя заурядностью Ну чем не шигалевщина в женской редакции?»

«Лето 1969 года застало меня в Ужгороде, где снимались батальные сцены фильма «Ватерлоо».

В начале июня я получил письмо от Мишель — еще одно подтверждение огорчительной самонадеянности и близорукости нашей соседки: «Вчера нас удостоил своим визитом наш друг — знаменитый бард со своей любимой. (Роман Высоцкого с Влади — в самом разгаре! — Д.К.) Поскольку тут была случайно гитара, он спел свои последние песни. Т была очень-очень недовольна и кривлялась, как обычно: спой то, не пой другое. А кончилось тем, что она ушла на площадку, а он за ней, и там целый час они в очередной раз выясняли отношения, — все возмущались».

«Судя по всему, в Марине Влади серьезной соперницы Татьяна никогда не видела и поступаться своим в угоду суровой реальности не намеревалась. Вспомнилось Володино растерянное и удрученное лицо: «Я просто не знаю, что с ней делать. Вчера случайно встречаю на улице старого знакомого. Не успели мы с ним перекинуться парой слов, как вмешалась Таня: «Ну все, хватит, пошли». Представляешь?»

Да, деликатностью моя соседка, увы, не страдала. Одухотворенностью тоже.

Женщины такого склада души любят только однажды — беззаветно, глобально, но не безоговорочно. Бог с ним, с самоотречением. Чуточку чуткости, капельку кротости — и цены бы им не было. А так…»

«Мы вновь встретились с Таней много-много лет спустя. Она изменилась мало. Сдержанная и закрытая, рассказала о своей жизни совсем немного. Можно было лишь догадываться, что красота ее притягивала все новых завоевателей. Но Его планка была слишком высока: самые безупречные из кандидатов имели единственный, но существенный недостаток — они не были Им».

«Но тогда в августе шестьдесят восьмого, ничто, казалось, не предвещало появления соперницы столь грозной, по-настоящему опасной. Лесная нимфа и ундина уже стояли на одной стежке, еще не догадываясь друг о друге.

Был вечер, обычный душный летний вечер. Погруженный в ничегонеделанье, я, развалясь, сидел в кресле с растрепанным томиком Анненского и открытой бутылкой «Рымникского» за рубль сорок семь. Суматошный звонок вернул меня на землю, и я с неохотой поплелся к двери. На пороге стояли они. Володя с гитарой, навеселе и сверхвозбужден.

— Включай магнитофон. Я спою «Цыганочку». Ты же хотел меня записать?

Бог мой, об этом можно было только мечтать! Но Таня быстро умерила мою эйфорию, мягко осадив великодушный порыв Володи:

— Ну не надо тебе сейчас петь.

Легко уступив и лишив меня заветной записи, он закрутился по комнате. Слишком сговорчивый и слишком возбужденный. Потом, подхватив под руку, увлек меня в спальню и плотно прикрыл дверь.

— Какая женщина! Если бы ты видел, Давид! Какие волосы!

Приобняв, обдает меня смутой полуфраз, восторгом междометий, и видно, что радостен, наполнен до краев, захлебывается:

— Ма-ри-на…

И, кажется, еще сам себе не верит, как мальчишка, заходясь от нахлынувшего половодья нечаянно грянувшей весны…»

«А вскоре упорные пересуды о новом романе докатились и до кулис «Таганки», застав Иваненко врасплох. Ведь Марину она уже видела в ВТО, сидела с ней за одним столом со «своим» Володей вместе с другими «таганцами». И вдруг эта собачья чушь в обличье упорно муссируемого слуха. Поверить в измену было невозможно».

«Самые участливые предложили ей воочию убедиться, что людская молва отнюдь не всегда превратна. Необходимо было лишь попасть в квартиру старинного приятеля Марины, московского корреспондента «Юманите» Макса Леона. Пусть даже незваной гостьей. И, примкнув к собиравшимся туда Золотухину с Шацкой, Таня в этом преуспела. Конечно, в тот вечер Высоцкий и Влади тоже находились там. Оставалось накрыть их тепленькими. Увидев Шацкую с Иваненко, не чуявшая никакого подвоха Марина искренне обрадовалась:

— Как хорошо, что вы пришли, девочки.

И хотя само присутствие гипотетической соперницы в этом доме еще ни о чем не говорило, женский инстинкт и некоторые нюансы быстро убедили Татьяну, что никаким оговором здесь и не пахнет. И она не придумала ничего лучшего, как объясниться с коварной разлучницей с глазу на глаз и немедленно. Настал черед удивляться Марине, которая резонно посоветовала Тане выяснить отношения непосредственно с самим виновником возникшей смуты. Но та уже закусила удила:

— Марина, вы потом пожалеете, что с ним связались. Вы его совсем не знаете. Так с ним намучаетесь, что еще вспомните мои слова. Справиться с ним могу только я.

Спустя несколько лет, вспоминая этот инцидент, Марина заметила:

— А ведь эта актерка была тогда права. Мне действительно тяжело. Но что до такой степени, я, конечно, не предполагала».

«Пообещав конкурентке, что Он вернется к ней, стоит ей пошевелить пальцем, разгоряченная воительница, развернувшись, вышла. В гостиной увидела подавленного, но не потерявшего головы Володю.

— Таня, я тебя больше не люблю, — спокойно вымолвил он и, схватив со стола бутылку, стал пить прямо из горлышка. И — после этого вечера сорвался в запой.

«Я, конечно же, понимала, что Марина нужна ему, а я своим появлением ломаю все его планы», — вспоминала Татьяна много лет спустя.

От этой горькой развилки каждый пойдет своим путем. И некому пенять, и некого корить: «И всюду страсти роковые. И от судеб защиты нет…»

Автор

На сегодняшний день это единственный, правдивый, психологически точный рассказ о тайной любви наших героев. Лучшего свидетельства крушения трепетного романа между Высоцким и Иваненко вы не встретите.

А вот еще одно подтверждение Карапетяна о том, что между ним, Высоцким и Татьяной Иваненко были непростые отношения:

«Мы одновременно ухаживали за Татьяной Иваненко, актрисой театра на Таганке. Она нас и познакомила. За Таней я ухаживал долго и без особого успеха, и однажды она мне призналась, что у нее есть любимый человек, из-за которого она даже развелась с мужем».

«Главная женщина, конечно, Марина Влади. Она очень много ему помогала, и возможности у нее были, потому что с ней считались. Но потом он стал ей изменять. Хотя Володя был очень чистый человек, он не ставил себе целью переспать с максимально большим количеством красивых женщин. Ему женщины в первую очередь нужны были для вдохновения. Ему нравились только очень красивые и аккуратные девушки. Но он не выносил потребительского отношения к себе. Еще не любил болтушек и эмансипированных девиц. Женственность он очень ценил… Татьяна Иваненко как-то в разговоре назвала Высоцкого «вечным парнем». Она делила всех мужчин на хороших мужей и вечных парней. Он не мог быть хорошим семьянином, не мог успокоиться на одной женщине. Женщин, конечно, возмущало это качество Высоцкого».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.