БЕЗ ЛЕНИНА — С ЛЕНИНЫМ

БЕЗ ЛЕНИНА — С ЛЕНИНЫМ

Давно Надежда Константиновна не помнила такой московской зимы: термометр неизменно показывал не меньше 25° мороза, со стороны Москвы-реки дул ледяной ветер, малиновый диск солнца едва проглядывал через серо-белесую мглу. Сегодня она совсем одна. Мария Ильинична на весь день ушла в редакцию, а ей категорически запретила выходить, обещала проверять по телефону. Да и врачи не разрешают работать: опять усилилось сердцебиение. Начались частые головокружения. В квартире тишина, даже телефон молчит: не хотят беспокоить — знают, что плохо ей.

Часы в столовой глухо отбили пять ударов. Тихо прикрыв дверь, она села к столу.

Привычно перевернула календарь — 28 января. Вот уже седьмой день, как перестало биться сердце Ильича. Почти машинально она стала перебирать пачки писем, скопившиеся за эти дни. И вдруг обратила внимание на такой знакомый почерк. Ну да, это от Алексея Максимовича, вот ему надо поскорее ответить, он так любил Владимира Ильича. Она медленно писала, словно беседовала с Горьким: "Дорогой Алексей Максимович, похоронили мы вчера Владимира Ильича. Он был до самой смерти таким, каким и раньше, — человеком громадной воли, владевшим собой, смеявшимся и шутившим еще накануне смерти, нежно заботившимся о других. Например, в воскресенье вечером у Владимира Ильича был глазной врач, проф. Авербах. Уже попрощавшись, он через некоторое время опять пришел посмотреть, кормят ли его. Около газеты, которую мы читали каждый день, у нас шла беседа. Раз он очень взволновался, когда прочитал в газете о том, что Вы больны. Все спрашивал взволнованно: "Что? Что?"

По вечерам я читала ему книги, которые он отбирал из пачек, приходивших из города. Он отобрал Вашу книжку "Мои университеты". Сначала он попросил прочесть ему о Короленко, а потом "Мои университеты".

Наконец-то хлопнула входная дверь, вернулась Мария Ильинична. Они долго еще сидели в этот вечер. Мария Ильинична отогревалась чаем и рассказывала о последних новостях. Вдруг спохватилась: в редакции очень хотят, чтобы Надежда Константиновна два слова написала в "Правду" об увековечении памяти Владимира Ильича, а то их совсем завалили письмами, предлагают самые грандиозные проекты.

Крупская знала, чувствовала, что сможет сказать людям, как хотела бы она увековечить память Ленина.

Утром 30 января вся страна читала:

"Товарищи рабочие и работницы, крестьяне и крестьянки!

Большая у меня просьба к вам: не давайте своей печали по Ильичу уходить во внешнее почитание его личности. Не устраивайте ему памятников, дворцов его имени, пышных торжеств в его память и т. д. — всему этому он придавал при жизни так мало значения, так тяготился всем этим. Помните, как много еще нищеты, неустройства в нашей стране. Хотите почтить имя Владимира Ильича — устраивайте ясли, детские сады, дома, школы, библиотеки, амбулатории, больницы, дома для инвалидов и т. д.; и самое главное — давайте во всем проводить в жизнь его заветы".

Дни шли за днями, но боль утраты оставалась такой же острой. Трудно было входить в опустевшую квартиру, садиться за стол, видеть перед собой незанятое место Владимира Ильича. "Без Ленина…" — для нее это понятие не существовало, так как, уйдя из жизни, Владимир Ильич навсегда остался в жизни страны, народа, партии, в ее жизни.

Огромная требовательность к себе, чувство долга перед партией и народом помогли Надежде Константиновне перенести эту ужасную утрату, вернуться в строй, к людям, к работе.

Отныне вся ее жизнь подчинена одной задаче — "хоть немного помочь осуществлению того, что хотел Владимир] И[льич]…", и она рада, когда что-то выходит.

Деятельность Крупской в 1924 году становится еще более напряженной. Зарегистрировано 140 ее выступлений и статей, не считая писем.

Надежда Константиновна выступает с докладом об общественном воспитании работниц на III Международной конференции женщин-коммунисток, с речью о партийной этике на Пленуме ЦКК РКП (б), делает доклад о работе, с ленинским призывом. В течение 1924 года проходит ряд всероссийских и всесоюзных съездов — но ликвидации неграмотности, библиотечному делу, дошкольному воспитанию, съезд клубных работников, съезд совпартшкол. В повестке дня каждого из них стоят доклады Крупской.

В это же время идет подготовка к всесоюзному учительскому съезду, создаются "Учительская газета", журналы "Народный учитель", "Изба-читальня", начинает развертывать работу организованный в 1923 году журнал "Красный библиотекарь". Во всех этих делах Крупская принимает живейшее участие.

Партия во главе с ЦК готовилась к XIII съезду. В связи с резким расслоением в деревне встал вопрос об усилении работы в деревне, о четкой линии, проводимой по отношению к крестьянину — бедняку, середняку и кулаку. Положение было очень серьезным. Январский Пленум ЦК поручил Крупской сделать на съезде содоклад о культурной работе в деревне.

Она прекрасно знала положение на местах, так как получала огромное количество писем; к ней в Наркомпрос приезжали избачи, учителя. В беседах с ними она проверяла каждое положение своего будущего доклада. Дома она опять садилась за труды Ленина, советовалась с ним, перечитывала все статьи, где Ленин говорил о кооперативном плане, о положении в деревне, о будущем крестьянства.

В апреле 1924 года Крупская выступает в газете "Правда" со статьей "О работе в деревне". "Сейчас вопрос о работе в деревне — один из самых важных, самых насущных вопросов… Кулак сильнее и середняка-крестьянина и крестьянина маломощного, и поэтому бороться с кулаком крестьяне могут, только объединив свои силы".

Единственный путь, который может вывести деревню из нищеты, — это путь кооперирования. Надежда Константиновна возвращается к этой теме неоднократно. "О культурной работе в деревне", "Лицом к деревне", "Культурно-просветительная работа среди крестьянок", "Расслоение деревни", "Пионеры в деревне", "К вопросу о работе культотделов" — это лишь небольшая часть статей, посвященных положению в деревне.

Крупская обращается к женщинам, к молодежи села, к пионерам с горячим призывом бороться ежедневно, ежечасно с темнотой, бескультурьем деревенской жизни, налаживать новый быт.

О своей жизни она рассказывает Варе Арманд в письме от 12 июня 1924 года. "Я живу по-прежнему; была на своей излюбленной Прохоровне, на Голутвинской мануфактуре, на фабрике Ливерса — околачивалась там, даже младенца октябрила. Очень я люблю на фабриках бывать. Ну и у молодежи была, старалась — на рабфаке Покровского, 1-м МГУ, у тимирязевцев, доклады по работе в деревне делала. Еще по ликвидации безграмотности. Поеду еще в Тверь, Ярославль, Иваново-Вознесенск.

На отдых не поеду, но дня три в неделю буду проводить в Горках, была уже на прошлой неделе, еду сегодня. Там писать лучше.

Маняша все прихварывает. Сегодня напускают на меня тоже докторов, но я согласна только пить какую угодно мерзопакость, но режиму ихнему подчиняться не стану, наперед говорю…

Я сейчас специализировалась на работе в деревне, и меня запрятывают во всякие комиссии по работе в деревне, работы все прибывает".

Да, работы все прибывает…

Деревня просыпалась от вековой спячки, женщины и молодежь потянулись к знаниям, к общественной жизни. Деревенской женщине был нужен свой журнал, где она могла бы рассказать о жизни своего села, о себе, узнать, как строят новую жизнь в других деревнях и селах, прочитать полезные советы.

И Крупская примет самое непосредственное участие в создании нового женского журнала — "Крестьянка". И будет она оставаться его бессменным корреспондентом до конца своей жизни.

Из месяца в месяц, год за годом появляются ее статьи по самым различным вопросам. В ее личной библиотеке в Кремле и по сей день хранится огромное количество журналов, около 8 тысяч номеров, в том числе и комплекты "Крестьянки" с 1924 по 1938 год. Крупская успела получить и первый, январский номер журнала за 1939 год. Она внимательно просматривала все номера, делала пометки на обложках, отмечала публикации своих статей. Тематика ее статей очень обширна. Крупская откликалась на все важнейшие события в нашей стране и за рубежом. Если перелистать номера журнала за 1924 год, то мы увидим, что статьи Крупской публиковались почти в каждом номере. В январе 1924 года в "Крестьянке" было опубликовано "Обращение к товарищам крестьянкам", написанное Надеждой Константиновной в трагические дни после смерти Владимира Ильича. В своем обращении к женщинам сел и деревень Надежда Константиновна писала: "Товарищи крестьянки, поднимайтесь к сознательной жизни, учитесь перестраивать жизнь так, чтобы всем вам хорошо жилось, организуйтесь, сплачивайтесь около Красного знамени коммунизма".

Почти каждый год в январском номере журнала появлялась статья Надежды Константиновны, посвященная жизни и деятельности В.И. Ленина, каждый раз освещающая новый аспект его героического жизненного пути. Надежда Константиновна подчеркивала, что во всех успехах, в поступательном движении страны социализма рабочие и крестьяне видят осуществление заветов Ленина: "В каждую трудную минуту, которую переживает страна, вспоминается Ленин — непримиримый борец за дело трудящихся, при каждой новой победе вспоминают его: "Вот Ильич бы поглядел", вспоминают его глубокое убеждение в победе социализма, осуществляемого руками миллионных масс. Никогда не забудут Ленина трудящиеся". И еще одну годовщину каждый год отмечала Крупская статьей в журнале — славную победу Великого Октября. В канун 21-й годовщины в журнале помещена ее статья под названием "Еще выше поднимем знамя коммунизма". В небольшой по объему статье Крупская четко и ясно обрисовывает путь, пройденный советскими крестьянами, гордится успехами социалистической деревни: "Большинство трудящихся в России были крестьяне, — пишет Крупская. — Их эксплуатировали помещики, угнетало царское правительство, они были бессильны, темны, бесправны. Партия с самого начала втягивала крестьян в общую борьбу трудящихся. Она учила их по-новому организовать хозяйство… Но для этого надо было рабочим завоевать власть, стать силой, чтобы перестроить все хозяйство по-новому. Крестьянскому вопросу партия все время уделяла большое внимание. Владимир Ильич с первых шагов своей деятельности придавал большое значение крестьянскому вопросу".

Большие надежды возлагала Крупская на женщину-крестьянку. Верила, что она поможет построить новую жизнь в своей деревне, в своем селе, поможет наладить работу в колхозе, примет самое активное участие в организации детских садов и яслей. И главное, к чему призывала крестьянок Крупская, — учиться, ликвидировать неграмотность: "Вооруженная знаниями колхозница-общественница, колхозница-ударница, колхозница-стахановка, станет еще большей силой в деле строительства социализма, она полностью оправдает надежды, которые возлагались на нее Лениным…" — эти слова взяты из обращения Надежды Константиновны к читательницам "Крестьянки" в день 8 Марта.

Трудно хотя бы даже просто перечислить проблемы, которых касалась Крупская в своих статьях. Тут и вопросы культурного строительства на селе, и ликвидация неграмотности, и раскрепощение женщин в национальных республиках, и воспитание подрастающего поколения. Многочисленные отклики на статьи Надежды Константиновны постоянно шли в редакции журналов, в Наркомпрос, в ее кремлевскую квартиру.

В одной из своих статей о Ленине Крупская подчеркивала, что он всегда мечтал писать для трудящихся, для простых рабочих и крестьян, писать ярко и откровенно, не сюсюкать, не замазывать трудностей. Писать доходчиво и образно, но не подделываясь под простонародный говор, красивым, литературным русским языком. Именно таким был стиль самой Надежды Константиновны. Зная четыре иностранных языка, она почти не употребляла иностранных слов, не щеголяла эрудицией. Однако ее читатели всегда чувствовали, что она говорит о проблемах всесторонне изученных, продуманных, прочувствованных, что ее все это волнует так же, как и тех, к кому она обращается.

После революции Надежда Константиновна не закрылась в стенах своего кабинета. Она много выезжает в разные области и города, выступает перед самыми различными аудиториями, но всего дороже ей непосредственные встречи и разговоры с работницами и крестьянками, с педагогами и учащимися, с работниками Советов. И она счастлива, если удается побыть с людьми в привычной для них неофициальной обстановке. Нерасторжимо она была связана с народом всей своей жизнью.

Искренней и горячей любовью к ней проникнуты бесхитростные письма женщин-крестьянок и работниц.

В феврале 1929 года Надежде Константиновне исполнилось 60 лет. Журнал "Крестьянка" не только поместил о ней специальную статью, но и сделал подборку из колоссального количества писем, которые шли в редакцию Журнала в эти дни. Можно было поместить лишь тысячдую часть. Среди корреспонденции были и телеграммы, и бесхитростные стихи. Из деревни Давыдковской Тульской области ей писали: "Дорогая Надежда Константиновна! Тебе исполнилось 60 лет. Время унесло твою молодость; жизнь, полная борьбы и труда, унесла твое здоровье. Все свод силы и жизнь ты отдала на борьбу за улучшение жизни крестьянок. Мы, делегатки, шлем тебе сердечный привет и желаем здоровья и сил. Мы, делегатки, будем исполнять заветы нашего учителя и пойдем твоей дорогой. Цимбаева".

Делегатки женского собрания с Украины писали: "Горячий привет нашему неустанному борцу! Вам исполнилось 60 лет. Но вы такая же, как и в расцвете лет. Тысячи тружениц льнут к Вам и просят Ваших дорогих советов, и Вы успеваете отвечать им. Спасибо Вам, любимая Надежда Константиновна, за Вашу библиотеку, которую Вы нам прислали, за Ваши дорогие письма, которые Вы нам посылали. Спасибо Вам за Ваше доброе сердце, которое расположено ко всем рабочим и работницам, крестьянам и крестьянкам.

О, если бы мы, женщины, могли отменить Вам эти 60 лет, а на место их возвратить 16! Но этого, к сожалению, мы не можем сделать. Пожелаем же Надежде Константиновне прожить много лет".

В мае 1924 года в Москве открылся XIII съезд РКП (б). Для Надежды Константиновны, как и для Владимира Ильича, партийный съезд всегда был большим событием, большим праздником. Возмущенная провокационной кампанией Троцкого, его упорным навязыванием партии уже не первой дискуссии, Крупская знала, что огромное большинство партийцев дадут дружный отпор троцкизму. Тяжело было сознавать, что так распоясаться Троцкому помогло и то обстоятельство, что не было уже Владимира Ильича в живых.

После смерти Ленина начался ленинский призыв в партию, в нее шли наиболее сознательные рабочие от станка. В результате призыва в ряды партии влилось 240 тысяч передовых представителей рабочего класса. И когда открылся XIII съезд партии, ее ряды насчитывали около 736 тысяч членов. Партия выросла со времени XII съезда почти вдвое. Съезд одобрил политику ЦК в борьбе с троцкизмом и утвердил резолюцию XIII конференции РКП (б), в которой троцкизм характеризовался как мелкобуржуазный уклон. Огромное значение съезд придавал марксистско-ленинскому воспитанию членов партии и обязал всю партийно-просветительную работу увязать "с основными этапами истории нашей партии в связи с исключительным значением в ней руководящих идей тов. Ленина".[54]

Все решения съезда были направлены на развертывание социалистического строительства, на укрепление союза рабочих и крестьян, на повышение руководящей роли партии.

По делегациям было прочтено "Письмо к съезду" Владимира Ильича Ленина, известное под названием "Завещание". Это письмо после смерти Владимира Ильича Крупская передала в ЦК партии. Обращаясь к делегатам съезда, Ленин говорил о необходимости сохранения единства партии, говорил о создании устойчивого ЦК, способного предотвратить раскол партии. Ленин подчеркнул, что позиция, занятая Троцким, "небольшевистская".

На съезде широко обсуждался вопрос о положении в деревне. С докладом по этому вопросу выступил Калинин. Крупская выступила с содокладом "О культурной работе в деревне". В тезисах выступления она писала: "Сейчас деревня стоит на распутье, переживает переломный момент, сейчас складывается ее новое лицо. От того, каким будет это лицо, зависят дальнейшие судьбы Советской власти и нашей партии; поэтому работа в деревне в данный момент является одной из самых важных, ударных работ".

В докладе Крупская подчеркнула мысль Ленина, неоднократно высказываемую им в последних речах, о том, что продвижение по пути строительства социализма возможно лишь на базе культурного подъема деревни.

Доклад Крупской нашел широкий отклик среди крестьянства. Она получает письма из самых глухих деревень и сел, от крестьян, от молодежи.

На XIII съезде Крупская была избрана в ЦКК, и теперь работы у нее прибавилось. Это было серьезное и большое поручение партии.

Приближалась седьмая годовщина Великого Октября — первый раз этот праздник страна встретила без Ленина. Тяжело было Надежде Константиновне в эти Дни, да и самочувствие резко ухудшилось. Но 7 ноября она была на Красной площади.

Вскоре после праздника в очередной пачке писем Надежда Константиновна нашла письмо крестьянского собрания.

"Дорогая Надежда Константиновна!

Граждане деревни Акинькино Судисловской волости Волоколамского уезда, стремясь дать своим детям образование, на очень ограниченные крестьянские средства, своими силами построили школу. И вот 8 ноября 1924 года мы праздновали два великих для нас праздника, это: 7-ю годовщину Октябрьской революции и открытие новой школы. В этот день мы не можем не вспоминать тебя, Надежда Константиновна, как лучшего друга Ильича, ушедшего от нас к 7-й годовщине, и как человека, много поработавшего для народного образования, и мы на нашем торжественном собрании избрали тебя почетным председателем его. Кланяемся тебе, Надежда Константиновна, и желаем полного успеха в твоей работе, чтобы у нас в Советской России и во всем Советском Союзе росли и крепли грамотность и образование".[55]

Письмо обрадовало Крупскую: в нем она нашла подтверждение своим мыслям — школа должна стать главным культурным очагом на селе.

В июле 1924 года состоялся VI съезд комсомола. Не случайно именно Крупскую просили делегаты рассказать, что она считает главным в жизни молодого ленинца, что определяет личную жизнь человека нового общественного строя. Тогда среди некоторой части молодежи шли споры о том, может ли комсомолец иметь семью, как сочетать общественную жизнь с личной, Крупская, обращаясь к делегатам съезда, говорила:

"Мы живем в такую эпоху, когда мы уже ясно понимаем, что личная жизнь не может отделяться от общественной жизни. Это в прежние времена, может быть, было неясно, что такой разрыв между личной и общественной жизнью ведет к тому, что рано или поздно человек изменяет делу коммунизма. Мы должны стремиться к тому, чтобы нашу личную жизнь связать с делом борьбы, с делом строительства коммунизма.

Это, конечно, не значит, что мы должны отказаться от личной жизни. Партия коммунизма — не секта, и поэтому нельзя проповедовать такой аскетизм…

Надо уметь сливать свою жизнь с общественной жизнью… благодаря такому слиянию, благодаря тому, что общее дело всех трудящихся становится личным делом, — благодаря этому личная жизнь обогащается. Она не становится беднее, она дает такие яркие и глубокие переживания, которых никогда не давала мещанская семейная жизнь. Вот уметь слить свою жизнь с работой на пользу коммунизма, с работой, с борьбой трудящихся за строительство коммунизма — это одна из задач, которая перед нами стоит. Вы — молодежь, вы только что начинаете строить свою жизнь, и вы можете построить ее так, чтобы не было разрыва между личной жизнью и жизнью общественной".

В августе 1926 года врачи в принудительном порядке заставили ее уехать на отдых, советовали ехать куда-нибудь в глушь, подальше от суеты. Она действительно забралась в захолустье. Поселилась у сестры И.И. Радченко в деревне Городня Тверской губернии.

Она пишет из этой деревни Варе Арманд: "…Я тут прямо процветаю. Очень тут хорошо. Тишина тут чудесная. Кругом версты на 1 1/2 — бор, грибы всякие, черника, брусника. Хозяева очень хорошие: Мария Ивановна — хозяйничает на всех, трое 17-летних ребят, один 14-летний, один девяти и потом моя знакомая Алиса Ивановна (Радченко. — Авт.). Ребята хорошие, простые очень. Вообще тут просто очень — и так я этому рада. Ребята пропадают целый день на Волге. Я сначала чинно гуляла и читала. Читается тут очень хорошо. Прочла ряд книжек по экономике, а теперь загуляла. Во-первых, попала я, как оказывается, в весьма знаменитую волость: тут когда-то, в 70-х годах, были знаменитые народнические сыроваренные артели. В одной из них работала Софья Перовская. Были еще кузнечные артели. Благодаря этому население тут легко пошло на кооперацию — кооперировано почти сплошь. Была я сегодня в одном селе — там и школа, и сыроварня, и ЕПО (единое потреб, общество), и ячейка комсомольская, и делегатки, и делегатская швейная, и ККОВ (комитет крест. общ. взаимопомощи), идет сейчас там землеустройство. Стройка — тверская: избы красивые, деревни сухие, деревьями усаженные, газету "Тверскую правду" каждый Двор получает. Только школа в очень плохом здании, а в избе-читальне сыроварня летом. Народ удивительно развитой, бывалый, все директивы знает до точности. Подрядили меня уже выступать тут в трех местах.

Это одно. А другое — тут торфоразработки ("торфуши") — строится электрическая станция, ботаническая станция тут же. За десять дней, что я тут проживу, много повидаю и узнаю. В этом году, одним словом, получился у меня заправский отдых.

Тут, если бы взяться, много бы сделать можно. Как-то увлекательно очень.

И вот что еще. Последнее время такое настроение было — лежать бы только, а теперь опять куда-то застремилась, всюду захотелось идти, с людьми новыми быть, работать вовсю".

Вечная труженица, не умела Надежда Константиновна отдыхать.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.