19 октября.

19 октября.

В ужасе от того, что произошло и чего я не просил. А в довершение еще и подлые выпады, от которых сердце ноет. Ребате смеет рассуждать о моей тоске по расстрелам, хотя, когда его в свое время приговорили к смерти, я вместе с другими писателями-участниками Сопротивления просил о помиловании в том числе и для него. Тогда его помиловали, но сейчас он не хочет отплатить мне тем же. Вновь хочется уехать из этой страны. Но куда?

Само по себе творчество, само по себе искусство, его тонкости, каждый день и этот разрыв... Презирать – это выше моих сил. В любом случае нужно подавить в себе тот ужас, необъяснимую панику, в которую меня повергло это неожиданное известие. Для этого...

«Они не любят меня. Разве это причина для того, что не благословлять их?» Н.

Святые боятся совершаемых ими самими чудес. Они не могут любить ни их, ни себя в них.

В течение месяца три приступа удушья, усугубляемых панической клаустрофобией. Постоянная неуравновешенность.

Усилия, которые я неустанно прилагал, чтобы соединиться с другими на почве всеобщих ценностей, чтобы самому обрести равновесие, оказались не совсем тщетными. Сказанное или найденное мною может, даже должно пригодиться кому-то. Но не мне, увязшему сейчас в каком-то безумии.