ПОЛЕТЕЛИ!

ПОЛЕТЕЛИ!

Я уже упоминал в начале книги, как сам оказался в команде Рохлина. В общем-то, случайно, прочитав то самое Обращение. Улетая в командировку, в лифте Госдумы он поручает мне к его приезду подготовить пресс-конференцию. Она состоялась в Доме журналиста 4 августа 1997 года. Это оказалось знаковым мероприятием. Дело в том, что накануне Ельцин впервые публично отреагировал на выступления Льва Яковлевича и перед телекамерами, краснея от душившей злобы, заявил: «Рохлиных мы сметем!». Это возбудило сильнейший интерес прессы — силком тащить на встречу с генералом никого не пришлось.

В большом зале, как говорится, яблоку негде было упасть. Камеры стояли везде, где только можно приткнуться. Иностранная пресса, наши, приезжие из глубинки корреспонденты находились в возбуждении. Выслушав непривычные для военного человека слова о несогласии с действиями Верховного Главнокомандующего, Рохлина засыпали вопросами. Три часа не отпускали генерала. Когда пресс-конференция закончилась, довольный результатом Лев Яковлевич пожал мне руку и сказал:

— Через неделю летим опять. Надо будет охватить регионов двадцать. Лучше тридцать. Летишь со мной. Готовься.

Вылетали из Быково на Як-40. Самолетик уютный, оборудованный несколькими диванами и креслами. Не рейсовый. Оказалось, что дали его Рохлину генералы от оборонки, увидевшие во Льве Яковлевиче надежду на восстановление загубленной военной промышленности. Пролетали в сутки два, а иногда и три региона. Программа жесткая: приземлились — ив зал, к людям, уже ожидавшим его. После двухчасового общения Рохлина с пришедшими на встречу переходили к разговору с активом о создании первичной региональной организации Движения в поддержку армии, назначении руководителя. Тут же передавалась необходимая литература, инструкции.

Бывало, что власти отказывались принимать самолет. Прилетаем, а пилотам сообщают, что полосы заняты. Генерал дает команду: «Сажайте на грунт!». Несколько напряженных минут, тряска по ухабам, сердце молотом стучит в груди, смотрю на Рохлина и вижу его уверенный поворот головы. Значит, будет все в порядке. Еще несколько минут, и мы спускаемся по трапу на траву. К самолету через пустые взлетно-посадочные полосы едут машины встречающих…

Кстати о встречающих. Парадокс на парадоксе. Рохлин — один из лидеров фракции «Наш дом — Россия». Принимают по этикету. В аэропорт приезжали, как правило, заместитель губернатора, руководитель местной партийной организации НДР, начальник военного гарнизона, он же командир соединения, какие-то чиновники. Тут же дожидается первый секретарь обкома КПРФ и несколько активистов, здесь же представители Союза офицеров, Союза советских офицеров, монархисты, черносотенцы, военные, решившие связать себя с Движением Рохлина. Все друг на друга смотрят искоса, все, как говорится, из разных лагерей, в состоянии холодной войны. Позже, если здесь запланирован ужин, вся эта пестрая команда садится за накрытый стол. Две-три рюмки — и разноголосица, сведение счетов прекращаются. Все дружно клянут Ельцина, Чубайса, Березовского, Татьяну Дьяченко, Грачева и тех, кто не дает народу нормально жить. Улетаем, а люди зачастую уже контакты наладили, какие-то планы совместные строят — объединил их Рохлин общим видением проблем.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.