ЧАСТЬ VI Новая счастливая жизнь

ЧАСТЬ VI

Новая счастливая жизнь

На разведку!

Пока я в родном городе пережидала бурю, которая разразилась вокруг моего имени в Москве, мои верные поклонники не оставляли меня. Они не верили информации, появлявшейся обо мне в прессе. Я ведь не пыталась оправдываться: кто любит меня, тот ничему не поверит. А кто не любит… Я, честно говоря, даже вникать в суть материалов, которые обо мне печатали, не пыталась. Главное, что дети были далеки от всех этих скандалов.

Меня очень поддерживали преданные поклонники моего творчества. И как только они узнавали мой телефон?.. Письма, которые я получала, трогали меня до слез. Некоторые из пишущих цитировали слова А. де Сент-Экзюпери: «„Ты всегда в ответе за тех, кого приручил“. Валерия, вы нас приручили — как вы могли нас оставить?» Но даже постоянные вопросы о том, когда я вернусь на сцену, не могли вернуть меня в шоу-бизнес.

На самые заманчивые предложения я откликалась без энтузиазма, хоть мне очень нужны были деньги. Думаю, не было внутренней установки, готовности работать. Это как в личной жизни: мне кажется, человек до тех пор не встретит настоящую любовь, пока он сам не готов к ней.

* * *

В один прекрасный день мне пришла в голову простая мысль: а собственно, мои поклонники правы. Как это я так ушла со сцены по-английски, не попрощавшись? Ведь это нехорошо. Не правда ли, весьма банальное рассуждение? Но должно было пройти полтора года, прежде чем я до него дошла.

Я поняла: нужно что-то предпринимать.

Тем временем моя судебная тяжба с Шуйским продолжалась. (Так совпало: одновременно со мной с ним судились и передавшие ему ранее издательские права Олег Митяев и Нина Филимоновна, вдова Юрия Визбора.) Один из адвокатов, который занимался моими делами, Вадим Усков, работал также на известного продюсера Иосифа Пригожина. Напомню, про Пригожина я впервые услышала в 1992 году: он работал с моей главной конкуренткой на конкурсе «Утренняя звезда».

После работы с Шуйским, имея информацию о том, как поступают с исполнителями некоторые другие продюсеры, я не знала, стоит ли вообще иметь дело с этой категорией людей.

* * *

И все-таки я поехала в Москву — без дальнего прицела, на разведку. Я должна была встретиться с одним очень известным продюсером (не с Пригожиным).

Но тот адвокат, который работал и на меня, и на Пригожина, сообщил Йосе, что я в столице, и спросил Иосифа, было ли бы ему интересно со мной пообщаться. Сам набрал мой номер и передал трубку Иосифу. Пригожин предложил мне встретиться на следующий день. Я сказала:

— Конечно, я готова встретиться, но не завтра, а сегодня. На завтра у меня другие планы.

Я как раз собиралась встретиться с другим музыкальным продюсером.

Мы встретились. И на следующий день я уже никуда не поехала — до сих пор не могу понять почему. Вернее, понимаю: мне после разговора с Иосифом захотелось работать именно с ним.

* * *

Меня часто спрашивают, каким было мое первое впечатление от Иосифа. Да никаким. Я ведь уже знала его. Лицо знакомое.

А разговор с ним меня потряс своей четкостью. С Шуйским я привыкла к весьма расплывчатым формулировкам. А тут все наоборот: задаю четкий вопрос — получаю ясный ответ. Пригожин мне объяснил: «Если мы с вами будем работать, то все будет так-то и так-то…»

Я слушала его речь, и мне казалось: чудеса еще случаются. Я всматривалась в его лицо. Господи! Ведь я раньше ничего не замечала! Думала, Пригожин — мужчина бандитского, прямо угрожающего вида: лысый, брови густые — страсть, да и только. А передо мной сидел удивительно непосредственный и искренний человек; впечатление, продиктованное его внешностью, оказалось обманчивым. Он рассуждал четко, но несколько гипотетически, но я чувствовала: он говорит правду. Чтобы такую прямоту сыграть, надо быть гениальным актером!

Это не была любовь с первого взгляда.

Я уехала со встречи с большим количеством информации к размышлению. Пока добиралась до квартиры, где я остановилась, Иосиф еще раз пять звонил мне на мобильный и задавал какие-то вопросы. В конце концов он заявил:

— Если мы решаем работать вместе, то делаем это быстро. Я такой человек — у меня все получается, если я загораюсь. Надо действовать, пока я горю.

Я подумала: о мальчик, как ты гонишь! Не надо меня так гнать.

Я сразу попыталась через знакомых выведать информацию о Пригожине. Люди, которым я доверяю, отзывались о нем либо положительно, либо нейтрально. Ни одного плохого слова я не услышала. Просто чудеса какие-то!

И все-таки я заявила:

— Ваше предложение заманчиво. Я завтрашнюю встречу с другим продюсером отменяю. Но я научена горьким опытом: на разговор с вами я явлюсь с моим адвокатом. Готовьте договор.

Адвокат Ирина Тулубьева, которая раньше вела мои дела, связанные с расторжением предыдущих контрактов, выслушала на следующий день все предложения Иосифа. Разговор был более предметный — договаривались о цифрах. В итоге мы с Иосифом решили: нашим юристам стоит начать совместную работу над контрактом, а мы, чтобы не терять времени, пока вместе поработаем, не дожидаясь официального подписания договора.

В один день, 2 апреля 2003 года, были записаны композиции «Была любовь» и «Перелей вода».

* * *

Меня никогда не посещала любовь с первого взгляда. Недавно я где-то прочитала: настоящая любовь бывает только с первого взгляда. Меня такие слова расстроили: как же так? Получается, я никого никогда не любила. Бог его знает…

Могла ли я представлять себе, что жизнь меня свяжет с Йосей? Ну, знала я: есть в шоу-бизнесе такая личность. Существует где-то параллельно, занимается своей работой. Ну, внешность угрожающая. Правда, некоторые острословы сравнивают его с добрым великаном Шреком из-за внешнего сходства…

Каким словом охарактеризовать начало моей работы (именно работы, а не отношений с Йосей!)? Закрутилось! Во как! Правильно Иосиф сказал: у него все получается, пока он горит!

* * *

С первых дней нашей совместной работы Йося стал неотъемлемой частью моей жизни. До встречи с ним я сама водила мини-вэн «фольксваген». Йося возмутился:

— Ты не имеешь права сама водить машину! Я боюсь за твою жизнь!

Господи, спасибо Тебе, думаю. Появился мужчина, который не угрожает мне убийством, а боится за мою жизнь!

Меня стали увозить и привозить. Постоянно находились какие-то общие дела. Чуть ли не ежедневно я посещала офис Пригожина: подписывала разные бумаги… Ни минуты не сидела без дела, и вся моя активность так или иначе была связана с моим новым продюсером. Мы вместе обедали в ресторане, обсуждали общие дела. После обеда сразу находились новые проблемы, которые нужно срочно разрешить. Йоська, хитрец, позже признался:

— Лера, неужели ты не поняла, что я все дела так планировал специально, чтобы только ни на один день не расставаться с тобой.

А я и не догадывалась. Ведь у меня не было никакого опыта работы с продюсерами. Мое «плодотворное сотрудничество» с Шуйским не в счет. Общение помещика с крепостной актрисой вряд ли можно назвать работой…

* * *

Я тогда остановилась в Москве, в семье Галины Михайловны Коноваловой, маминой подруги. Йося почти каждый день ко мне приезжал. Завтраки, обеды, чаепития… Через две недели такого тесного общения я поняла: у меня появился близкий человек.

Йосина история

Своего мужа Йосю я в шутку называю каббалистом. На него поистине гипнотическое воздействие оказывают разные числа, цифры. Он выяснил, что я приехала в Москву, чтобы поступать в Гнесинку, 25 августа 1985 года. Мой поезд прибыл на Павелецкий вокзал. А поезд из Махачкалы, в котором Йося приехал покорять столицу, «причалил» в тот же самый день к Курскому вокзалу. Даже мечты у нас были похожие: Йося собирался стать артистом театра и кино, а я — певицей.

Йося помнит: наша первая «личная» встреча состоялась 12 марта 2003 года. Он знает назубок: до этого мы виделись три раза — на «Утренней звезде», на «Песне года» и еще как-то случайно в каком-то ресторане.

12 апреля Йося мне заявил:

— Лера, сегодня День космонавтики и ровно месяц, как мы познакомились.

Поверить было трудно: у меня создалось полное ощущение, что мы знакомы несколько лет. Я знала все: друзей Иосифа, его вкусы, его интересы и пристрастия. Я знала, что он любит есть и что ему нравится носить. Я знала все о его личной жизни, его романах и детях.

Если бы моя кузина Аллочка устроила такую же викторину, как перед моей свадьбой с Лёней, только на тему «Знаете ли вы Иосифа Пригожина?», ей-богу, я бы ее выиграла.

Незадолго до начала нашей совместной работы Йося пережил трагедию.

В тот день Йося улетал в Германию на важную деловую встречу. (С бывшей женой он тогда уже не жил, но у них сохранились, я бы сказала, сотруднические отношения.) Йося ехал на машине в аэропорт, когда зазвонил его мобильный телефон. Лена, рыдая, прокричала в трубку:

— Йося, Дима умирает!

Йоська развернул машину, тут же позвонил в Мюнхен — отменил переговоры.

Около дома — «скорая помощь», милиция… Квартира как проходной двор — ходят какие-то незнакомые люди. Дима лежит, весь окровавленный. Йося схватил сына, внес его в машину «скорой помощи» и потерял сознание. Из состояния шока его вывел заданный с расстановкой вопрос врача:

— Спасаем?

— Это мой сын! — прокричал Йося.

— Куда везем?

— Ты сам знаешь, куда везти, — ответил все понявший Йося и сунул бойкому бизнесмену от неотложной медицины пятьсот долларов.

После этого мальчику поставили капельницу, благодаря которой у него стабилизировалось дыхание.

Когда муж рассказывал мне эту историю, я опять вспомнила о тех, кто в трудный для меня час хотел нажиться на моей беде…

Йосе дали вдохнуть нашатыря. Он взял Димку на руки и понес к больничному корпусу. Йося стал сразу же совать деньги хирургу, а тот возмутился:

— Перестаньте сейчас же, это мой долг!

Тут Йосе стало немного легче: есть еще честные врачи.

Диме нанесли тринадцать ножевых ранений. Одну ногу буквально превратили в месиво. Это были обычные грабители, которые все вынесли из квартиры.

31 января 2003 года в семь утра они ворвались в дом вслед за няней, которая пришла к младшему ребенку. Младшего засунули в шкаф. Няню заперли в гардеробной. Бывшей Йосиной жене приставили пистолет к виску. Тринадцатилетний Дима в тот момент еще спал. Преступник пытался задушить его подушкой. Но мальчик, к большому раздражению преступника, стал сопротивляться. Когда он сорвал маску с лица налетчика, тот выхватил нож. Дима пытался отвести нож и схватился за лезвие: рука была вся исполосована. Он сопротивлялся — не прошли зря уроки айкидо. Преступник нагнал его, ткнул ножом в спину, под сердце, повалил на пол и стал просто молотить лезвием…

Диму спасли. Его совсем не обозлила эта история. Он добрый, хороший мальчик.

Йося тогда обозлился на весь мир. Потом он сказал мне:

— Лера, перед встречей с тобой я хотел стать дьяволом, и только ты не дала произойти этому превращению.

Йося приложил все усилия к тому, чтобы преступников нашли. Он сам участвовал в операции по захвату. Но уголовников до сих пор не осудили…

Барышня и хулиган

Работа Шуйского над моим имиджем не прошла даром. Йоська очень смешил меня, рассказывая о том, с какими мыслями он ехал на нашу первую встречу.

Что и говорить, я была в известной степени раскрученным персонажем. Йося, как продюсер, как бизнесмен, не мог не понимать, что сотрудничество со мной может быть успешным. Он относился с симпатией ко мне как к певице. Он считал меня профессионалом, занимающимся своим делом.

Но к общению со мной он относился с некоторой опаской. Сказались труды Шуйского. Йося ожидал увидеть холодную, высокомерную, как он выражается, «отмороженную» женщину. Более того, меня не покидает подозрение, что он думал: вся история про то, как надо мной издевался бывший муж, — вымысел, какой-то пиаровский ход, впрочем, как и моя «эмиграция» в Аткарск.

Йося говорит:

— Лера, когда ты села напротив меня за столик в кафе, когда сняла солнцезащитные очки и начала говорить, у меня случился настоящий шок. У тебя был такой проникновенный взгляд. Я сразу в тебя влюбился. Но я старался не думать о своих чувствах. Я понимал, с тобой невозможен мимолетный роман. С тобой не пофлиртуешь. С тобой возможны только серьезные отношения. Не знал, как к тебе подойти. Мы ведь очень разные. Я уличный такой персонаж. А ты — интеллигентная, из нормальной семьи. Барышня и хулиган, да и только.

Я, конечно, почувствовала: Йося ко мне неравнодушен. Но я, наученная горьким опытом общения с моим прошлым продюсером, делала вид, что ничего не замечаю. Мы работаем. И все.

* * *

У Йоси родилась замечательная идея: снять клип в Голландии. Эх, Йоська-Йоська. Он эту затею мотивировал тем, что там красиво: весна, цветут знаменитые голландские тюльпаны. А сам хотел уехать подальше от Москвы, погулять вдвоем, где нас никто не знает. Иосиф не случайно выбрал Амстердам: там он, наверное, планировал признаться мне в любви.

После съемок мы много гуляли по городу. Я сильно боялась опять влипнуть в какую-нибудь историю, связанную с лирическими отношениями с продюсером…

Когда мы бродили по Амстердаму, Иосиф попытался взять меня за руку. Я думала: о господи, только не это опять! Сейчас моя работа закончится, едва начавшись. И тут я поняла: надо спрашивать прямо.

— Йось, поскольку я, как и ты, за прозрачные отношения, то я позволю себе спросить тебя об одной вещи. Возможно, мой вопрос будет тебе неприятен. Если я встречу другого мужчину, которого полюблю, то как после этого будут складываться наши рабочие отношения?

Йоська посопел немного.

— Мне будет нелегко, но я выполню все обязательства, которые у меня есть перед тобой как у продюсера.

Я подумала: такая джентльменская договоренность дорогого стоит. После этого разговора меня как будто отпустило — я полностью расслабилась. Перестала смотреть в Йоськину сторону с осторожностью. Мы намотали бог весть сколько километров по Амстердаму, болтали, смеялись. Все стало вдруг простым и естественным. Йося признался мне в своих чувствах.

Так Йося вошел в мою жизнь. Я поняла: он человек редкостных душевных качеств, потому что посмотрела на него другими глазами. Мне с ним ничего не угрожает. Впервые за десять последних лет мне нечего было бояться. Иосиф оказался очень интересным человеком, трогательным, доверчивым и искренним, невероятно искренним.

Йося считал, что очень удачно скрывал свои чувства ко мне, вел себя как супермен с непроницаемым лицом. Только почему-то не только я, но и все сотрудники его офиса сразу поняли, что с ним происходит. После того как Йося признался мне в любви, я ему сказала:

— О твоих чувствах ко мне все давно знают.

— Ой, правда? Это что, заметно?

— Йось, да у тебя со второго апреля на лбу как будто бегущая строка!

Мы так смеялись!

* * *

27 апреля у моей мамы день рождения. Мы уже вернулись из Голландии. 26 апреля Йося провожал меня на вокзале. 27-го, около одиннадцати утра, я должна была оказаться в Аткарске у родителей…

И вдруг Йоська заявил:

— Лер, а давай я тебя на машине до Аткарска довезу!

Я, ошарашенная таким смелым предложением, но нисколько не веря в возможности его реализации:

— А давай!

И вот мы садимся в машину и мчимся в Саратовскую область. Иосиф не знал, где находится Аткарск. Он и не представлял себе, что мой родной город расположен в девятистах километрах от Москвы. А через два дня Пригожин должен был прилететь в Дубаи на съемки клипа с участием Авраама Руссо и Кристины Орбакайте! В итоге за один день Пригожин преодолел расстояние в тысячу восемьсот километров.

* * *

В шесть утра в квартире моих родителей раздался звонок в дверь.

Мизансцена такая. С одной стороны двери моя полусонная мама в халате и тапочках. С другой стороны — я, рядом со мной — незнакомый лысый мужик. Я представила Иосифа только как своего продюсера. (Это, кстати, было правдой. Хоть я уже знала, что Йося любит меня, мы еще не были в близких отношениях.) Стала объяснять, что в последний момент я все переиграла и решила ехать на машине. А мама моя как будто меня и не слушала. Она посмотрела на Иосифа и вдруг сказала:

— Глаза добрые.

И контакт установился мгновенно. А ведь первое время Шуйский заливался перед моими родителями соловьем — хотел им понравиться. Но мама никогда даже ничего подобного о нем мне не говорила…

Мы накрыли на стол, стали разговаривать. В жизни бы не подумала, что моя мама спокойно воспримет Иосифа! Как матери все чувствуют? Ведь если рассуждать беспристрастно: Шуйский — обаятельный и симпатичный мужчина. Как от него все таяли! А у Йоськи вид довольно-таки разбойничий. Тем не менее моя интеллигентная мама уже не в первый раз за это повествование правильно оценила ситуацию.

Я не знала, как дети примут Йосю. Но решила так: если у Ани, Тёмы и Сени не сложатся отношения с Пригожиным, значит, и мне с ним счастья не видать.

Дети поначалу вели себя плохо, просто испытывали наше терпение. Как ни странно, особенно отличился младший, обычно самый тихий и спокойный из всех. Сначала я пыталась как-то урезонить мое беспокойное потомство. А потом рукой махнула: какой смысл демонстрировать благовоспитанных деток? Сколько времени я смогу их держать железной рукой? Сколько сил потрачу на урегулирование ситуации? И пустила все на самотек.

Наедине я спросила Йосю:

— Ну что, впечатлился?

Он, к моему великому удивлению, ответил:

— Дети как дети. Нормальные дети.

— Ну смотри, и тебя предупредила, — только и смогла вымолвить я.

Йоська потом объяснил мне, что ничего другого он и не ожидал. Он тогда уже был вполне осведомлен о моей «истории любви» с Шуйским.

— Лера, что ты хочешь? Ведь отец над ними издевался с самого раннего возраста. Тёма наверняка не забыл, как дышит огромная собака бойцовой породы, когда ты заперт вместе с ней в клетке…

Йоська как-то сразу понял: в отношениях с моими детьми главное — терпение, такт и понимание. И дети такое отношение оценили по достоинству. Они сейчас очень любят Йоську, потому что он искренний, он не фальшивит. Его заинтересованность в их детских проблемах — неподдельная. Не у каждого родного отца достанет и сил, и времени, и желания вникнуть в каждую мелочь, каждую детскую проблему.

Во второй раз Аня, Тёма, Сеня и Йося встретились как добрые друзья. Мое напряжение исчезло. Я поняла, что приняла правильное решение, отказавшись искусственно формировать их отношения.

И вдруг мне стало легко. Нет Шуйского. Нет Крёкшино. Нет тесноты в родительской квартире.

Есть свобода, любовь, понимание. Есть свобода творчества.

«Рабочие» радости

С появлением Йоськи в моей жизни начался совершенно новый этап. Йоська не только замечательный человек, но и хороший продюсер. У него многое получается именно потому, что он на меня не давит. При этом я, естественно, не могу не прислушиваться к его профессиональному мнению. Все спорные вопросы мы разрешаем вместе. Помню, перед церемонией вручения «Золотого граммофона» в 2004 году у нас произошел «ужасный» скандал. Йосе не понравилась моя прическа, и он предложил сделать другую. Не поверите: при этом не орал и не таскал меня за волосы, изрыгая проклятия. Просто предложил:

— Лучше причесаться вот так…

— Нет, мне кажется, так будет плохо.

— Наоборот, хорошо будешь смотреться.

— Ты берешь на себя ответственность? — спрашиваю.

— Да.

— А чем ты отвечаешь?

— Если будет плохо, больше тебе такую прическу не посоветую. Буду советовать совершенно другие.

Мы оба расхохотались. И инцидент был исчерпан.

Йося очень легок в быту, в повседневной жизни. Те, кто имеет опыт существования в семье, знают, как это важно. Правильно говорят: близкие люди — это те, с кем легко молчать. С моим мужем мы все время рядом, но он не требует к себе повышенного внимания, не замыкает весь мир на себя. Мы прекрасно чувствуем себя вместе, даже когда каждый из нас занят своими мыслями…

Когда я первый раз приехала работать с Йосей как с продюсером в студии, со мной случилось нечто невероятное (И не только потому, что я давно не записывала песен.) Это было чувство счастья, полета, какого-то необычайного совпадения всех замыслов. Потрясающие песни, потрясающие тексты, потрясающая атмосфера.

Следующая фраза звучит банально, но свою мысль я не могу выразить иначе: мы все работали в едином творческом порыве.

И снова все стало как в юности. Я приходила после записи домой и, уже укладываясь спать, испытывала счастливое чувство: завтра у меня опять запись. Ночью, переворачиваясь с боку на бок, я просыпалась несколько раз от счастья. Спрашивала себя: может, это сон? Может, я в Крёкшино? Может, надо мной смеются зеркала, которыми обшита комната в квартире Шуйского? Нет, это не сон. Я вернулась на сцену, и я счастлива.

* * *

Я чувствовала себя счастливой, когда мы записывали альбом «Страна любви».

Песни с него крутили многие радиостанции, они занимали первые строчки в хит-парадах, получали призы.

Композиция «Была любовь» десять дней не сходила с первого места в «Золотом граммофоне», как и песни «Часики», «Перелей вода». «Черный и белый цвет».

Автор всех этих песен композитор Виктор Дробыш. Иосиф познакомил меня с Витей буквально на следующий день после наших с ним знаменательных переговоров. Дробыш показал мне несколько песен, и я сразу сказала, что хочу их петь. Витя очень волновался, предлагая мне свои композиции. А я, как услышала «Была любовь», сразу поняла: мое. (И не ошиблась. Мы в Голландии снимали клип именно к этой песне. Именно с этой песней я вышла на сцену «Олимпийского» к многотысячной аудитории на первой церемонии вручения премии «Муз-ТВ». Именно ее пели хором со мной собравшиеся там зрители.)

С записанными песнями я вернулась в Аткарск: без меня скучали дети. Там я некоторое время репетировала дома. Потом нужно было в Москву — дописывать альбом. Наверное, так бы я вечно и моталась по маршруту Москва — Аткарск — Москва…

Йосю, конечно, не вдохновили наши условия жизни в Аткарске. Он мне предлагал:

— Лера, давай я помогу тебе купить квартиру.

Но я отказывалась. Хватит. Нажилась я в чужих углах. Теперь куплю себе жилье сама.

Для меня дом — это не мебель и ковры. Домашний очаг — это те, кого он объединяет. И не важно, какая квартира. Разное случалось в моей жизни, но мне важно, чтобы мои близкие были со мной, несмотря ни на что.

Возращение в Москву

Мы с детьми вернулись в Москву. Дети устали от моих постоянных отлучек. Да и я утомилась от постоянных разлук с ними. Стало ясно: записываться в Москве, при этом постоянно живя в Аткарске, невозможно.

Мы решили жить вместе. Подчеркиваю — мы: я, Йося, Аня, Тёма и Сеня. Мы сняли квартиру. Я начала обустраивать быт, но при этом все время думала: вот я опять, как птичка, вью гнездышко в чужих стенах. Квартира мне очень понравилась. Не хотелось выезжать…

Йоська — чуткий человек — продолжал меня уговаривать принять от него помощь в покупке квартиры. Я продолжала отказываться.

У меня на руках уже была какая-то сумма денег. На недостающую часть я взяла в банке кредит и смогла купить эту квартиру, к которой я так привязалась.

У меня теперь другая жизнь. И не только у меня и у моих близких.

Я жила столько лет с человеком, который тоже был моим мужем и продюсером. От него страдали не только мы, жена и дети. Он мучил няню и домработницу, водителя и офисный персонал. И вот во главе встал другой человек. И, как в сказке, когда замок из черного камня превращается во дворец из белого мрамора, все вдруг переменилось. Стало легко дышать, стал слышен смех. Оказывается, это так приятно — быть самой собой.

Я не идеализирую Йосю. У него много недостатков: он вспыльчивый, горячий. Но главное в этом человеке — то, за что я его люблю и считаю абсолютно уникальной личностью, — это его необыкновенно доброе сердце. Йося — верный, преданный во всем. И не только любимой женщине, но и друзьям, хоть он и говорит, что никому, кроме меня и первой жены, до конца не верит. У него есть жизненные принципы, от которых он не отступает.

Дети

Что за эти годы произошло с моими детьми? Конечно, еще рано говорить: мои дети выросли. Анечке, старшей, только тринадцать. Они много повидали, много перетерпели за свою небольшую жизнь.

Я нередко с удивлением слушаю некоторых родителей, которые рассказывают о том, как они воспитывают детей. «У нашей Верочки большие дизайнерские способности, а Петенька — определенно будущий музыкант». При этом дети еще в школу не ходят!

И почему-то всегда у чад обнаруживаются задатки к овладению модными сегодня, престижными специальностями. Кто знает, какие профессии будут в фаворе через десять-пятнадцать лет? Можем ли мы предрекать своим детям какое-то будущее, пусть самое счастливое, с нашей сегодняшней точки зрения?

Мое материнство — путь, полный волнений и сомнений. Правильно ли я поступаю? Конечно, дети еще не выросли. Тем не менее каждый из них чувствует в себе силы принимать решения. Можно ли лишать их такой возможности? Следует ли мне влиять на тот или иной выбор ребенка?

Почему-то самые распространенные вопросы, которые мне задают про мое потомство: занимаются ли они музыкой и планирую ли я для кого-нибудь из них карьеру профессионального музыканта. Во-первых, я хочу, чтобы каждый из них самостоятельно выбрал себе путь. Мои мама и папа никогда не пытались воздействовать на мое решение о выборе будущей профессии. Во-вторых, должен заниматься музыкой профессионально тот, у кого есть призвание.

Из-за жизни, которую я вела на протяжении долгих лет: отъезды, переезды, побеги — я не смогла рано приобщить детей к музыке. Они стали обстоятельно заниматься ею только в Аткарске. Ане было уже восемь лет.

Тёма и по сей день не бросил занятий. Я наняла ему частного педагога. Я заметила: «общемузыкальные», теоретические предметы ему скучны (Тёма — очень активный ребенок). На коллективных занятиях он утомляется. А когда есть программа, составленная «под него», он нормально занимается.

Анюта же изящно от музыки отошла в этом году. Сначала она болела, потом переводилась на другое отделение, потому что у нее случилась ломка голоса: раньше она занималась академическим вокалом. А потом понемножку-понемножку у нее пропало всяческое желание музицировать. А я и не настаиваю. Навыки, полезные для общего развития, она приобрела, с азами ознакомилась. Проснется желание продолжить обучение — продолжит. И все-таки я в сотый раз себя спрашиваю: правильно ли я поступила, не настояв на продолжении занятий? Ведь педагоги говорили, что у дочки есть способности…

По моему глубокому убеждению, дети должны быть заняты полезными, серьезными вещами. Даже если что-то и не пригодится им во взрослой жизни, они научатся работать и организовывать свое время. Кроме того, разнообразие занятий расширяет кругозор, помогает выбрать какую-то одну, более интересную сферу деятельности…

Анюта моя совершенно помешана на животных! С детства она не боялась ни собак, ни кошек. Гладила, брала на руки уличных животных. Я только переживала, как бы она чем-нибудь от них не заразилась! И опять я спрашиваю себя: стоит ли запретить девочке подходить к уличным животным? Относиться ли серьезно к этой Анютиной страсти?..

Дети иногда обращаются со зверями, как с живыми игрушками. Их сильно разочаровывает тот факт, что животные требуют трудоемкого ухода. Из-за этого вчерашние домашние любимцы часто пополняют армию бездомных животных.

Мы купили дочке морскую свинку — какое это было счастье! Если бы дома можно было держать зоопарк, клянусь, у моей дочери он бы был. Анюта готова дни и ночи убирать за животными, кормить их, ласкать. Надо видеть, как старательно она чистит свинкину клетку!

Когда Аня в Аткарске навещает бабушку с дедушкой, мама мне рассказывает по телефону:

— На наш балкон взирают все дворовые собаки и кошки — ждут, когда Нюрка выйдет их кормить.

Анютка раньше мечтала стать дрессировщицей дельфинов. Я ее предостерегала:

— У нас не так много дельфинариев. Ты уверена в том, что окажешься востребована?

Это прошло. Теперь Аня всерьез увлеклась биологией и химией. Мечтает стать ученым и заниматься скрещиванием животных.

Я не знала, как увлечь детей чтением. Молодое поколение склонно пассивно воспринимать информацию — сегодня она сама идет в руки. Я спросила как-то дочку:

— Какую книжку тебе принести почитать?

— Купи мне что-нибудь интересное про животных.

Я принесла ей несколько книжек на эту тему. Про зверей она всегда рада читать! Как-то я застала ее тихо и горько плачущей над книгой.

— Мама! Ты себе не представляешь, как мне жалко животных!

Тёма, вернее, Артемий — он любит, чтобы его так называли, — у меня компьютерщик. С четырех лет он лихо набирает тексты хоть латинскими, хоть русскими буквами, разбирается во многих программах, учит младшего.

Я иногда тихонько вхожу в комнату, когда Тёма сидит за компьютером. Он увлечен. На экране происходит что-то значительное: наверное, мой сынок опять выполняет сложную миссию — спасает Землю от нашествия монстров-пришельцев.

Господи! Этот сосредоточенный зеленоглазый мальчик — тот самый Тёма, который впадал в состояние оторопи при одном виде отца. Тот мой сынок, которому от Шуйского доставалось больше всех. Сейчас он весел и спокоен. А ведь сколько бессонных ночей я думала: каким будет мальчик, который практически с рождения испытал на себе гнет отеческой нелюбви?.. Неужели спасла? Неужели уберегла?

Сеня, младший, все время пытается не отстать от Тёмы — преодолеть четыре года разницы. Тёмка научился кататься на двухколесном велосипеде. Значит, и Сене надо! Он освоил эту науку в трехлетнем возрасте!

Когда Сене было полтора года, ему подарили кубики с буквами. К двум годам он не только выучил буквы, складывал их в слоги, но и читал слова! Моя аткарская подружка Люда Зелепукина — учитель начальных классов. Я ей продемонстрировала своего вундеркинда. Она мне сказала:

— В первом классе некоторые хуже читают.

Думаю, такой интеллектуальный скачок произошел с Сеней от стресса, связанного с нашим бегством в Аткарск, потому что вскоре он забыл, как читать. В пятилетнем возрасте он учился чтению заново. Он из моего потомства самый читающий. Беглости у него еще нет, зато есть интерес к книге. Сам берет с полки, читает…

Сенька очень чувствительный ребенок. Без меня оставаться ужасно не любит. Недавно я брала его с собой в гастрольный тур по России. Я давала концерты в Челябинске, Екатеринбурге, Омске, Уфе. Мы летели на самолете с пересадками, потом еще на машине. В день проделывали по триста — четыреста километров. Сначала мой сынок очень уставал. Позже привык. И стал каждый раз деловито так у меня спрашивать:

— Мам, а сколько мы сегодня проедем?

В последних городах Арсений выходил со мной на сцену. Когда он первый раз попросил меня об этом, я поинтересовалась:

— А что ты собираешься делать на сцене?

— Я буду играть!

— А ты помнишь что-нибудь?

— Конечно! «Этюд» Лешгорна.

Летом у меня были гастроли в Израиле. Вместе с Сеней мы посмотрели Иерусалим. Мой младший уже знаком с Библией, интересуется историей. Это путешествие ему было чрезвычайно полезно.

Сеню моего я считаю наименее психологически травмированным ребенком: он Шуйского не помнит — отец его не видел с трехлетнего возраста. И слава богу, что хоть его я точно смогла уберечь от жестокости.

Сыновья увлекаются тхеквондо. К спорту я стараюсь детей приучать с детства. Ведь я всю жизнь занималась каким-нибудь видом фитнеса. Возможно, так я компенсирую нехватку спорта в моем детстве.

После окончания Гнесинки я увлеклась аэробикой всерьез — покупала видеокассеты и занималась по ним. Каждый раз пробовала что-то новое: шейпинг, калланетику, пилатес.

В конце концов я пришла к йоге. Второй год я ею увлекаюсь. Благодаря ей я могу выдерживать такой ритм жизни, такие нагрузки. Через две недели после начала занятий я почувствовала результат…

Когда я раньше приезжала на гастроли в какие-то города, то обязательно просила организаторов предоставить мне спортивный зал, гантели, тренажеры… Все это доставляло массу проблем. А сейчас все гораздо проще: расстилаю коврик и… И мне хорошо, и всем остальным.

* * *

Когда меня спрашивают, люблю ли я ходить на разные тусовки, мне смешно. Где я возьму на них время? Я каждую свободную минутку посвящаю детям. Даже приехав на пару часов домой, я сразу погружаюсь в детские проблемы. Я знаю, что происходит в школе, стараюсь быть в контакте со всеми педагогами. На родительские собрания не хожу. Обо всем, что на них обсуждают, я узнаю по телефону у классного руководителя.

Моя Анюта говорит:

— Мои одноклассники русскую музыку не слушают. У нас в моде рэп.

Я спрашиваю:

— Ань, это только в твоем классе?

— Нет, все мои сверстники такие.

— А почему, когда я приезжаю на концерт, так много твоих сверстников вижу в зале? И почему после концерта они рвутся получить автограф? Почему так получается?

Действительно, рэп — это у них считается круто, а втихаря они бегают на концерты российских исполнителей…

Дети меня успокаивают:

— С тобой, мама, все ОК. Ты у нас более-менее котируешься.

— Ну ладно, дети мои. Это радует.

С корабля — на… свадьбу!

За три с половиной года общения с Йосей я поняла: вокруг меня большой прекрасный мир. За все годы жизни с Шуйским мы были одни раз на Бали, другой — на Маврикии. Остальные поездки за границу носили чисто деловой характер. Тем более с ним я все время находилась в таком психологическом состоянии, когда человек просто не может радоваться красоте мира.

«Рабочая» поездка в Голландию была только прелюдией к нашим с Йосей странствиям. За три года мы как туристы побывали на Гавайях, в Японии, Дубаи, Турции, Франции, Италии, Испании, Америке, Швейцарии. Йося — человек, с которым приятно путешествовать. Мы любим шутить, что у нас с ним одна скорость осмотра мира. В любом городе, где мы оказываемся, нас тянет в одни и те же места, мы легко составляем план экскурсий. А потом с удовольствием обсуждаем увиденное.

Практически всегда с нами ездят наши дети.

В Швейцарии мы неделю отдыхали с детьми, а потом с Йосей задержались в Женеве — посещали языковую школу. Вставали каждый день в семь утра. Сначала я четыре часа занималась французским, а после обеда — английским. Йоська с утра учил английский.

Мне говорили:

— Лера, ты опять без отпуска — так нельзя!

А для меня лучше такого отдыха ничего нет! Я трудоголик, который искренне считает: отдых — это смена вида деятельности…

Мы дарим путешествия нашим родным.

В июле 2006 года мы смогли помочь осуществлению давней мечты моего папы: отпраздновали папин день рождения в Венеции!

* * *

5 июня 2004 года мы с Иосифом сыграли свадьбу. Это был очень красивый и радостный праздник.

В Америке мы купили для меня замечательное белоснежное платье в греческом стиле. Таких платьев в мире всего два! Иосиф был в светло-голубом костюме. Я убедила его в том, что ему не идут темные цвета.

(Наряды к свадьбе мы выбрали быстро. Не люблю ходить по магазинам без определенной цели. Например, если мне нужна белая сумка, я пойду и куплю себе именно такую, не распыляясь. Объясню почему: если я приобрету понравившуюся мне вещь, то сразу возникнет вопрос, соответствует ли она моему стилю. Если нет, то придется потратить много времени на поиск новых, подходящих аксессуаров. А времени-то мне как раз всегда и не хватает…)

Мы расписались в загсе на Кутузовском проспекте. Потом поехали гулять на Воробьевы горы.

Это московская традиция — после регистрации ехать гулять на самую высокую точку Москвы. Там уже было несколько свадебных кортежей. Когда молодожены нас увидели, они выстроились в ряд и стали кричать нам с Йосей:

— Горько!

Мы в свою очередь крикнули в ответ:

— Горько!!!

Банкет был в ресторане «Семь пятниц», под открытым небом. Когда мы туда приехали, нас уже ждали триста пятьдесят гостей. День был ясный, солнечный, поэтому у нас был замечательный праздник с розыгрышами. Нас поздравляли с бракосочетанием по традициям разных народов мира.

Меня очень порадовало то, что люди искренне веселились: не было дежурных тостов, которых я так много слышала в предыдущие годы!..

А 6 июня пошли дожди. Бог подарил нам единственный ясный день.

Йося, для того чтобы обвенчаться со мной, покрестился. Он считал, что все равно Бог един. Я нисколько не давила на него — это было его искреннее желание. Венчание пока у нас в планах на будущее. Кстати, мой церковный брак с Шуйским расторгнут, то есть развенчан, Московской патриархией еще в 2002 году…

После свадьбы мы сразу поехали вместе с детьми в Монте-Карло. Потом посетили Париж, Диснейленд. В столице Франции мы отпраздновали Анюткин день рождения. Затем переместились в Испанию, Италию…

Впервые в своей жизни я увидела так много нового за короткий промежуток времени!

Несколько слов на прощание

Я счастливый человек. Любить — это счастье. Любовь для меня — это отдавать больше, чем получать. Я счастлива, потому что люблю этот мир, и мир отвечает мне взаимностью.

Когда я выхожу на сцену, у меня возникает чувство, что я знаю всех и каждого сидящего в зале. Мои зрители кажутся мне такими близкими и родными. Не знаю, почему так происходит. Может, оттого, что я искренна с ними. За искренность люди платят мне признанием. В своих песнях я делюсь со зрителями своими мыслями, чувствами, эмоциями и чувствую отклик зала.

Я благодарна своим зрителям за то, что они верили в меня даже тогда, когда мне было трудно, когда, казалось, весь мир от меня отвернулся…

Я не понаслышке знаю, что такое чувствовать себя как на необитаемом острове один на один с монстром. С тем, от кого не спасают ни друзья, ни родные, ни связи. Знаю, как человек медленно погружается в пучину ужаса и безнадежности, из которой для многих нет возврата.

Ежегодно в России от домашнего насилия гибнет от двенадцати до четырнадцати тысяч женщин. Я часто думаю о них, непонятых, осуждаемых:

— Позорище какое — опять ее муж избил!

Или:

— Сама себе такого выбирала — вот теперь и мучается!

Или:

— Все это — дела семейные. Пусть сами между собой разбираются.

Я думаю о детях: несчастных, психологически травмированных, безразличных обществу. Я представляю себе их матерей, внешне таких разных и таких похожих внутренне. Кто-то из них жалуется на жизнь. Кто-то молчит, изображает, что все хорошо. Но от этого их жизнь не меняется. Я сама десять лет шла через этот ад и знаю о нем не понаслышке. Знаю, как трудно бывает сделать шаг за пределы круга насилия. Ведь впереди неизвестность. Вдруг там ждет нечто еще более страшное?

Я уехала из внешнего столичного благополучия в провинцию, в совсем другую жизнь. Тогда я не знала, что встречу новую любовь, опять буду счастлива, буду с энтузиазмом работать.

Просто в какой-то момент независимость и безопасность стали для меня важнее общественного признания и материального благополучия. Говорят, чем выше заберешься, тем больнее падать. Клянусь, я не почувствовала боли от падения. Ничего нет слаще воздуха свободы!

Эту книгу я в первую очередь посвящаю женщинам России — добрым, любящим, терпеливым. Я хочу, чтобы те, кому сейчас плохо, не побоялись изменить свою жизнь. Чтобы у них появилась надежда. Чтобы они вернулись к себе, к тому, что их радовало, к тем, кто их на самом деле любит.

Теперь я знаю: годы страданий могут уйти в прошлое, стать его достоянием. Они возвращаются только в снах.

Но когда-нибудь и страшные сны перестают сниться. Мы возвращаемся к себе — таким, какими нас задумали любящие люди. И нет возвращения приятнее.

* * *

Данный текст является ознакомительным фрагментом.