РИМ, 11 АПРЕЛЯ 1968 ГОДА

РИМ, 11 АПРЕЛЯ 1968 ГОДА

Хрипота несколько смягчилась. В первой половине дня работал на террасе. После обеда я со Штирляйн отправился было к термам Каракаллы, однако опять свернул к Колизею. Отвращение к автомобилям стало слишком сильным; что даст общение с красивыми вещами, если для этого нужно прежде преодолеть шумовой ад? Я думал отдохнуть на Форуме, но обнаружил у входа многоязычную очередь, стремящуюся внутрь.

В различных местах телевизионные группы установили свои машины и прожекторы, поскольку сегодня вечером папа совершает via crucis[672]. Мир постепенно превращается наполовину в inferno[673], наполовину в развлекательное шоу. Новый Данте нашел бы здесь свой сюжет. Tertium comparationis[674] представляет титанизм. Техника преподносит неизвестные доселе мучения.

Возвращаясь домой, я заглянул еще в церковь Сан - Марко из-за того впечатления, которое произвела на меня надгробная плита Кановы для юноши Леона Песаро. Она и в самом деле обворожительна-я вспомнил «amourgout»[675]Стендаля. Прекрасна даже рамка овала, похожего на большую камею: гирлянда из кипарисовых веток, поддерживаемая двумя львиными головами. Тут — все, что только может создать хороший вкус. Более сильную субстанцию, правда, обнаруживает расположенный прямо над ней надгробный памятник другого юноши, по имени Эриджо, работы мастера Франческо Моратти, который на сто лет старше.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.