Президент и олигархи

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Президент и олигархи

Одной из главных проблем, которая обсуждалась в российской печати еще до выборов президента и которая не исчезла со страниц газет и журналов после выборов, была проблема об отношении Владимира Путина к так называемым олигархам и, соответственно, об отношении этих олигархов к новому президенту.

Хорошо известно, что именно деньги олигархов и активная поддержка подконтрольных им СМИ помогли в 1996 году Борису Ельцину выиграть президентскую избирательную кампанию. Это, в свою очередь, позволило наиболее амбициозным из олигархов занять очень сильные позиции не только в экономике, но и во властных структурах России. На пользу стране это не пошло, и среди требований к власти, которые звучали все громче и настойчивее, были требования покончить не только с коррупцией и преступностью, но и с засильем олигархов; при этом чаще всего назывались известные всем фамилии.

Неудивительно, что еще во время предвыборной кампании в начале 2000 года высказывалось много разных предположений на тему «Путин и олигархи». С одной стороны, Путину приходилось выслушивать немало советов о более тесном сотрудничестве с крупным капиталом, без поддержки которого ему будет трудно управлять страной. С другой стороны, ему приходилось выслушивать и совершенно иные пожелания: ему рекомендовали ясно и определенно осудить деятельность олигархов или даже возобновить судебное преследование наиболее одиозных фигур.

Российский крупный капитал — это, конечно, не миф, но и не какая-то сплоченная группа предпринимателей и финансистов с общими интересами. Здесь имелись руководители крупнейших финансово-промышленных групп, которые успешно конкурировали на пользу России с крупными западными корпорациями. Но здесь можно было найти и крупных финансовых спекулянтов, которые паразитировали на ослабевшей российской экономике и фактически грабили Россию, отправляя в далекие офшорные зоны свои неправедно нажитые капиталы.

Здесь встречались менеджеры крупных государственных предприятий и компаний, то есть чиновники, которых снимают и назначают на их посты. Но здесь были и люди, которые пытались использовать свое богатство не столько для расширения принадлежавших им финансовых и промышленных корпораций и улучшения их работы, сколько для увеличения своего политического влияния, в том числе и посредством самых банальных методов подкупа. Здесь были предприниматели, которые сами создали новые для России отрасли производства и новые крупные заводы, обеспечивая работой и хорошим заработком тысячи людей. Но здесь были и люди, которые сумели взять под свой контроль средства массовой информации и использовали этот контроль над информационными потоками явно не в интересах российского общества и государства. Не имелось поэтому никаких оснований объединять в какую-то одну группу таких «олигархов», как Рем Вяхирев («Газпром») и Анатолий Чубайс (РАО «ЕЭС России»), Борис Березовский («ЛогоВАЗ») и Вагит Алекперов («ЛУКойл»), Владимир Гусинский («Медиа-Мост») и Анатолий Быков («КрАЗ»), Сергей Пугачев («Межпромбанк») и Владимир Евтушенков (АФК «Система»).

«Что будет делать Путин с самыми богатыми людьми России?» — задавал себе и читателям вопрос Михаил Ростовский из газеты «Московский комсомолец». Сам вопрос поставлен неправильно, ибо богатство таких людей, как Кахи Бендукидзе («Уралмашзавод»), Владимир Брынцалов («Ферейн»), Александр Паникин («Панинтер»), с одной стороны, и Александр Мамут (МДМ-банк), Роман Абрамович («Сибнефть»), Михаил Ходорковский (ЮКОС), с другой стороны, имело разные источники и служило разным целям. У Владимира Путина, насколько можно судить, в начале 2000 года еще не было ясного ответа на вопрос о его будущей политике по отношению к «самым богатым людям России». Путин не вмешался осенью 1999 года в борьбу олигархических групп за контроль над крупнейшей корпорацией «Транснефть». Он не вмешался и зимой 2000 года в борьбу олигархических групп за контроль над крупнейшими предприятиями алюминиевой промышленности. Однако администрация президента оказала явное давление на информационный холдинг «Медиа-Мост», владелец которого В. Гусинский вел против В. Путина и его команды что-то вроде информационной войны.

После победы Владимира Владимировича Путина на выборах инсинуации газет и журналов из «Медиа-Моста» стали особенно злонамеренными. Например, в апреле газета «Сегодня» утверждала, что по решению Владимира Путина парад Победы 9 мая 2000 года будет открывать сводный полк героев чеченской войны, тогда как сводные полки ветеранов Отечественной войны будут поставлены лишь в хвосте парада. «Так понимает Путин, — замечала газета, — значение разных войн в истории России» [133]. Подобного рода провокационные публикации, построенные на явных фальсификациях, трудно было бы оценивать как проявление «свободы слова». Администрация президента не стала делать на этот счет никаких опровержений, но журналистов из газеты «Сегодня» перестали приглашать на брифинги в Кремль.

Владимир Путин неоднократно повторял в разных ситуациях, в том числе и во время своего первого визита в «дальнее зарубежье», в Лондон, что он не допустит нового передела собственности в России. Но он также ясно и четко заявлял, что управлять Россией будут президент и правительство, а не олигархи. Тезис, который несколько раз озвучивал Борис Березовский после того, как олигархи помогли Б. Ельцину выиграть на президентских выборах 1996 года, — что «капитал нанимает на работу правительство», — примитивный тезис из популярных марксистских брошюр конца XIX века — Владимир Путин решительно отвергал. Во всяком случае, во время своей избирательной кампании он демонстративно и четко отказался использовать какие бы то ни было «добровольные и бескорыстные пожертвования» олигархических групп.

На проведение избирательной кампании Путин и его предвыборный штаб израсходовали очень мало средств, и деньги крупного бизнеса им не понадобились. Отвечая на вопросы об олигархах, Путин не раз говорил о принципе их «равноудаленности» от власти. Но именно этот принцип очень пугал тех, кто уже стоял к власти очень и очень близко.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.