РУБИНШТЕЙН Ида Львовна

РУБИНШТЕЙН Ида Львовна

24.9(5.10).1885 – 20.9.1960

Танцовщица. Ученица М. Фокина. Для нее были поставлены балеты «Саломея», «Мученичество святого Себастьяна», «Пизанелла, или Благоуханная смерть» (пьеса Г. Д’Аннунцио, хореография М. Фокина, декорации Л. Бакста) и др.

«Почти всегда, когда я бывал у Фокиных, меня сопровождал Бакст, но очень скоро у него установились с Фокиным какие-то деловые отношения несколько конспиративного стиля. Фокин стал тогда давать уроки балетного танца какой-то незнакомке „из общества“, с которой был знаком и „Левушка“ [Л. Бакст. – Сост.]. О ней-то они все время и шушукались. Возможно, что Фокин и привел к ней Левушку, возможно и обратное, что Левушка указал этой таинственной особе на Фокина как на идеального преподавателя. Как бы то ни было, они теперь то и дело при мне обменивались какими-то для них только понятными полусловами, и это меня порядочно злило. Лишь спустя несколько месяцев тайна раскрылась. Таинственная ученица Фокина оказалась Идой Рубинштейн, но вплоть до нашего первого парижского сезона в 1909 г. оба заговорщика держали „открытое ими сокровище“ как бы под спудом, что не мешало рождению легенды, которая расцвела пышным цветом. Таинственная особа и гениальна как артистка, и к тому же несметно богата. В то же время она отличалась удивительными и даже единственными странностями: она готова была идти для достижения намеченной художественной цели до крайних пределов дозволенности и даже приличия, вплоть до того, чтобы публично раздеваться догола. При этом она была бесподобно красива и удивительно одарена во всех смыслах. Наконец, она принадлежала к высшей еврейской знати, которая крайне неодобрительно относилась к такой сценической одержимости и всячески ставила Иде препоны на ее пути к достижению идеала. Все это окружало личность ученицы Фокина пленительным ореолом. Бакст прямо млел, рассказывая про нее (все еще не называя ее имени), а Фокин усердно подтверждал» (А. Бенуа. Мои воспоминания).

«Это была действительно красавица декоративного, ослепительного типа, сошедшая с полотна одного из художников французской Директории. Лицо сухое и худое, с намеком горбинки на носу, смугло-серого цвета тончайшей кожей. Черты не крупные, но и не мелкие, в ансамбле же своем дававшие впечатление значительности. Жизнь на этом лице трепетала зрительно-нервная в вибрациях утонченной неги, дававшей свою тоже утонченную, почти неуловимую артистически-емкую, полную игру. Ни пятнышка, ни микроба банальности. В полном смысле слова distinction [благовоспитанность. – Сост.] была присуща лицу, фигуре, движениям, походке и туалетам, от шляпы до ботинок, этой прекрасной девушки. Лоб твердый, не очень высокий, с отпечатком воли, а под ним – семитские глаза в узенько-остром разрезе. Все окружавшие Иду Рубинштейн в тогдашних театрально-литературных кругах казались чуть ли не ее лакеями; даже Фокин и Бенуа, даже Санин и Озаровский – многие обращались к ее советам; всегда изысканно-любезная и ученически-почтительная, она отличалась приветливою мягкостью.

…Никто не умеет так обедать, как Ида Рубинштейн. Протянуться длинной рукой к закуске, взять ложку, спросить или ответить что-нибудь лакею, при этом хохотнуть вам трепетно блеском зубов, пригубить вино и с небрежной лаской налить его соседу – все это музыка, веселье, радость. И тут же разговор на труднейшую тему, в котором Ида принимала живейшее участие, даже не без некоторой эрудиции, особенно пленительной в таких устах.

Конечно, все это представляло собою спектакль для восторженных и не всегда скромных наблюдателей…Тут вся суть, весь нерв, весь секрет – в высочайшей декоративности. Ида Рубинштейн – это прежде всего пластика, орнамент, красота, мечта о деньгах, о театре из розового мрамора, человек же тут где-то вдали, если и вообще он есть.

…Ида Рубинштейн никогда не умела поднимать около себя поэзии и болезненных волнений. Шумели, плескали вокруг нее, чего-то ждали, а видели только блеск. Даже шампанское не помогало. Играя за столом, усыпанным цветами, скользящими улыбками и прелестным наклоном головы к кавалеру, она иногда, разгорячившись по-своему, в порыве восхищенного экстаза бросала на дно вашего бокала бриллианты, снятые с длинных пальцев. Но это, видимо, не помогало. Слишком все это было шикарно, слишком холодно, ослепительно и умопомрачительно, но не приятно для сердца. Кажется, всю жизнь эта замечательная женщина и боялась и ждала того, чтобы кто-нибудь из-за нее застрелился. Но вот прошли годы, и все здравствуют. Не застрелился никто, даже из разорившихся. Тут факты, тут ничего не поделаешь!» (А. Волынский. Ящик Пандоры).

«Ида Рубинштейн приехала из Одессы в Петербург, сняла роскошную квартиру в особняке на Английской набережной. У нее были большие средства.

Чрезвычайно честолюбивая, еще очень молодая и красивая, она хотела стать танцовщицей-артисткой и горячо верила в силу рекламы. И вот каждое утро она стала посылать самой себе корзины самых дорогих цветов и пустила слух, что у нее роман с одним из великих князей. О ней заговорили. Она сама поехала к Мейерхольду, и он решил сделать ее Саломеей. Это была совершенно необычная, дерзкая, блестящая пантомима, в которой Ида была неподражаема.

…Ида была красива, оригинальна, высокомерна и умна. Она быстро вошла в круг „богемы“, но держалась особняком. Начались репетиции „Саломеи“ на квартире у Иды. На репетиции никого не пускали. И вот однажды Мейерхольд повел Бориса [Пронина. – Сост.] к Иде, чтобы ему первому показать Саломею. Ида танцевала Саломею обнаженной, с узкой полосочкой на чреслах, что в ту пору было неслыханным новаторством и дерзостью.

„Я был в глубине души поражен, но виду не показал, – рассказывал Борис. – Это был не танец, а скорее чередование пластических поз. Тело у нее было удивительно красивое. У Иды Рубинштейн были черные волосы и изумрудно-синие глаза с египетским разрезом.

Во время репетиции вошел с шампанским и бокалом на подносе старый лакей Иван Иваныч. При виде голой хозяйки старик уронил поднос, все разбилось. Ида отнеслась к этому с глубочайшим безразличием. Она велела принести новые бокалы и шампанское. Репетиция продолжалась. Мейерхольд был суров и строг с Идой“.

Борис говорит, что Серов удивительно точно изобразил Иду на своем знаменитом портрете.

…Святейший Синод запретил „Саломею“, и Ида с горя уехала в Париж. Больше Борис ее никогда не видел. Ида стала танцевать в „Гранд опера“ в Париже. А потом она стала женой Гинесса, „пивного короля“ Франции, и собрала потрясающую коллекцию старинных картин» (Т. Лещенко-Сухомлина. Долгое будущее).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

РУБИНШТЕЙН СЕРГЕЙ ЛЕОНИДОВИЧ.

Из книги 100 великих психологов автора Яровицкий Владислав Алексеевич

РУБИНШТЕЙН СЕРГЕЙ ЛЕОНИДОВИЧ. Сергей Леонидович Рубинштейн родился 18 июня 1889 г. в Одессе, в семье адвоката. В 1908 г. он окончил Ришельевскую гимназию с золотой медалью. Высшее образование он решил получать в Европе, куда и отправился сразу по окончании гимназии. Сначала


Полина Львовна Герценберг

Из книги Впечатления моей жизни автора Тенишева Мария Клавдиевна

Полина Львовна Герценберг Некоторое время моей соседкой по нарам была доктор Полина Львовна Герценберг, польская еврейка, коммунистка, член сейма.Доктора пользовались правом давать освобождение от работы больным. За возможность отдохнуть от тяжелой работы те, кто


Елена Львовна Слиозберг

Из книги Пушкин и 113 женщин поэта. Все любовные связи великого повесы автора Щеголев Павел Елисеевич

Елена Львовна Слиозберг Старшая моя сестра Елена стала матерью для моих детей. Когда через 10 лет я приехала в Москву, в ее отношении к своему сыну я не могла заметить ни грана преимущества, она любила их одинаково. Отношение к моим еще окрашивалось жалостью и страхом —


Соллогуб Надежда Львовна

Из книги 100 знаменитых анархистов и революционеров автора Савченко Виктор Анатольевич

Соллогуб Надежда Львовна Надежда Львовна Соллогуб (1815–1903) — дочь Льва Ивановича и Анны Михайловны (ур. Горчаковой) Соллогубов, двоюродная сестра В. А. Соллогуба, жена (с 1836) А. Н. Свистунова, фрейлина великой княгини Елены Павловны.Она являлась признанной светской


16. Татьяна Львовна

Из книги Божественные женщины [Елена Прекрасная, Анна Павлова, Фаина Раневская, Коко Шанель, Софи Лорен, Катрин Денев и другие] автора Вульф Виталий Яковлевич

16. Татьяна Львовна В той школе не было редкостью, когда кого-либо из учащихся принимал в свой класс педагог консерватории. Это считалось почетным и давало ощущение, что ты как бы приблизился к своей мечте — да, еще школьник, но уже вхож вместе со студентами в желтоватое


ПЕРОВСКАЯ СОФЬЯ ЛЬВОВНА

Из книги 50 величайших женщин [Коллекционное издание] автора Вульф Виталий Яковлевич

ПЕРОВСКАЯ СОФЬЯ ЛЬВОВНА (род. в 1853 г. – ум. в 1881 г.) Революционерка-народница, активный член организации «Народная воля». Первая из женщин-террористок, осужденная по политическому делу и казненная как организатор и участница убийства императора Александра II. Первые


Ида Рубинштейн. Женщина-загадка

Из книги КГБ и тайна смерти Кеннеди автора Нечипоренко Олег Максимович

Ида Рубинштейн. Женщина-загадка Ей было дано все – необыкновенная внешность, фантастическое богатство, искрометный талант и огромное упорство в достижении своих целей. Ее мечтой было покорять и удивлять, царить и властвовать. Ида Рубинштейн – символ красоты начала XX


Ида Рубинштейн

Из книги Тропа к Чехову автора Громов Михаил Петрович

Ида Рубинштейн ЖЕНЩИНА-ЗАГАДКАЕй было дано все – необыкновенная внешность, фантастическое богатство, искрометный талант и огромное упорство в достижении своих целей. Ее мечтой было покорять и удивлять, царить и властвовать. Ида Рубинштейн – символ красоты начала XX


Биография Джека Руби (он же Яков Рубинштейн)

Из книги Век психологии: имена и судьбы автора Степанов Сергей Сергеевич

Биография Джека Руби (он же Яков Рубинштейн) Комиссия Уоррена в отношении Руби должна была ответить на два вопроса:«— Возможно ли, что Руби вместе с Освальдом или с другими лицами участвовал в заговоре, имеющем целью убить президента;— Руби, не являясь участником такого


Толстая Татьяна Львовна (1864–1950)

Из книги Великие евреи [100 прославленных имен] автора Мудрова Ирина Анатольевна

Толстая Татьяна Львовна (1864–1950) Старшая дочь Л. Н. Толстого. Чехов познакомился с ней в Ясной Поляне в 1895 году; весною 1899 года она навещала его в Москве, писала ему о своем восприятии его рассказов: «В «Душечке» я так узнаю себя, что даже стыдно. Но все-таки не так стыдно, как


Щепкина-Куперник Татьяна Львовна (1874–1952)

Из книги Круг общения автора Агамов-Тупицын Виктор

Щепкина-Куперник Татьяна Львовна (1874–1952) Правнучка знаменитого актера М. С. Щепкина, писательница, выпустившая в свет несколько книг (сборники рассказов и повестей, томики стихотворений «Из женских писем», «Облака», «Отзвуки войны» и др.), переводчица (Э. Ростан, Шекспир, К.


С.Л. Рубинштейн (1889–1960)

Из книги автора

С.Л. Рубинштейн (1889–1960) В историю науки Сергей Леонидович Рубинштейн вошел как выдающийся психолог-теоретик. В его творческой биографии выпукло отпечатался непростой и противоречивый путь становления отечественной психологической науки ХХ века. В свою очередь, этот


Рубинштейн Николай Григорьевич 1835–1881 пианист-виртуоз и дирижёр

Из книги автора

Рубинштейн Николай Григорьевич 1835–1881 пианист-виртуоз и дирижёр Родился 14 июня 1835 года в Москве. Семья Рубинштейнов перебралась в Москву из приднестровского села Выхватинец за три года до рождения Николая. К моменту рождения его была довольно состоятельной.Музыкой