Л. С. Мизинова – А. П. Чехову

23 декабря 1893 г., Москва

Дорогой Антон Павлович,

Я все еду, еду и никак не доеду до Мелихова. Морозы так страшны, что я решаюсь умолять Вас (конечно, если это письмо дойдет), чтобы Вы прислали чего-нибудь теплого для меня и Потапенко, который по Вашей просьбе и из дружбы к Вам будет меня сопровождать. Бедный он!

Но, помня, как Вы всегда настаивали на этом, я и на этот раз хочу угодить Вам! Приедем мы 28-го курьерским – во вторник, а уедем к Троице, – надеемся, что Вы не обидитесь, что мы пробудем так мало? Впрочем, если Вы очень попросите, то мы можем остаться и до Успенья! В Москве продают малину, которая уже поспела. В Эрмитаже половые спрашивают, отчего Вас давно не видно. Я отвечала, что Вы заняты – пишете для Яворской драму к ее бенефису[70]. Кончаю, страшно перечесть[71] и т. д.

Ваша Л. Мизинова.

Рукой И. Н. Потапенко.

Милостивый государь Антон Павлович,

Как уже упомянуто вышеназванной Л. С. Мизиновой, я и на сей раз воспользуюсь высоким правом провожать ее не только до Арбата, но даже и до Мелихова. Надеюсь, что Вы будете терпеть меня в качестве провожатого.

Был здесь дедушка Григорович, очень трогательно вспоминал о своем внуке – Чехове и приказал кланяться. Я говорил речь, но не кончил, а просто сел. Вышло общее глубокое недоумение.

Рамы до сих пор не прибыли, но распоряжения все сделаны, и в случае их прибытия они будут доставлены в Мелихово в более или менее попорченном виде.

За время Вашего отсутствия я был только 14 раз в Эрмитаже, написал 4 драмы (пиесы в 4-х действиях), один роман и три повестенки.

Прошу передать мой почтительный привет Марии Павловне и всем Вашим. Аминь.

Федор Александрович[72] по-прежнему благоговейно улыбается при словах «Антон Павлович».

Ваш до гроба И. Потапенко