21.09.29

21.09.29

Получили характерное письмо от Зака, пишет, что нам нужен человеке солидным окладом, чтобы [от]дать делу Азии [все] свое время. Он явно намекает на себя, и мы рады, что избавились от него. Н.К. меня утешал и пел все время: перетерпим и спасены будем.

Пор[ума] <…> отказалась помочь мне в устройстве комнат, был неприятный разговор. Н.К. и говорил мне, что она «out of shape»[255] и не знает, что ей делать. Она приходила к нему плакаться и спрашивать, что он хочет, чтобы она делала. А он ей ответил: «Общество друзей».

Потом Н.К. говорил о своей уверенности, что Ента приедет другой, ибо она проводит все время в Учении. И по приезде должна будет взять прямую линию. Днем он со мной долго и дружески беседовал, говорил, что теперь все столь сложно и глаза всех обращены на нас. Потому нам и тягостно. Но мы через это тоже пройдем. Н.К. все гладил меня и жалел, что мне трудно. Люди миссис Бузениус пока не очень приносят пользу и сегодня не особенно понравились Н.К. Но увидим.

Вечером Н.К. пригласил меня к ним на ужин, было очень радостно. Затем мы были у Пор[умы], имели Беседу. Н.К. позже очень просто сказал о квартире для Енты. Пор[ума] была поражена, но должна была согласиться.

Н.К. все поет: «кто перетерпит, спасен будет». <…> Днем Н.К. велел заснять плохие места в Музее для архива. <…>

Н.К. был поражен, узнав, что в Музее около 100$ и что 1000$, данные Ансбахом, которые вложили на счет, были моментально взяты Луисом. <…>