Чет, нечет

Чет, нечет

Г-на Шермана я часто встречала в кафетерии этого учреждения, он всегда присаживался к моему столу, как старый знакомый. Однажды в разговоре об ООН, находившейся через дорогу от нас, я сказала, что с удовольствием пошла бы туда работать, но меня не примут.

— Вы действительно хотели бы туда попасть? — спросил он как-то озадаченно.

Я рассмеялась:

— Скажите Роберт, а кто бы отказался от такой возможности?

Прошло некоторое время, и он, как всегда присев к моему столику, сказал:

— Вот вам визитная карточка, позвоните по этому телефону. Этот господин работает в отделе кадров ООН и я уверен, вас обязательно примут, хоть мне лично будет очень грустно расставаться с вами, но там вам будет лучше, а ведь это самое главное.

Так через некоторое время после встречи с этим начальником отдела кадров ООН, меня приняли по временному контракту на испытательный срок. Очень скоро временный перешел в продолжительный.

Несмотря на все, мне было грустно и очень, очень больно как за себя, так и за Кирилла, расходовать свои знания где-то на чужбине.

Кирилл, который блестяще защитил дипломный проект под бурные аплодисменты всех присутствовавших и был тут же сразу зачислен в аспирантуру, будучи еще студентом, был уже главным конструктором первого и единственного нового предприятия огромного военного значения в СССР. Благодаря ему ни одного агрегата не было заказано за границей, все было изготовлено на наших отечественных предприятиях по его чертежам. После окончания строительства этого завода он сразу же был назначен главным инженером этого предприятия.

И в день открытия предприятия один из крупнейших, как мы тогда говорили старых ученых в этой области тов. Карасев (когда он скончался, некролог о нем был на первой странице газеты «Правда») сказал мне: «Я преклоняю голову перед гением вашего мужа», и, глядя на наших детей, он продолжал: «У вас двое детей, а у вашего мужа трое. Завод, который он построил, — это его детище, и какое детище!»

И когда этот первый и единственный в Советском Союзе завод, оснащенный нашим, советским, а не иностранным оборудованием, был пущен в эксплуатацию, все эксперты считали, что качество продукции этого завода выше иностранного.

Поэтому, когда я работала в ООН, у меня все еще было чувство, что я работаю не для какого-то хозяина, а для людей, населяющих нашу планету, и что моя работа нужна и полезна. Кирилл же просто погубил свой талант, и ему было еще больнее, чем мне.

Проработала я там до пенсии. В ООН существует потолок, уходить на пенсию надо было в 60, максимум в 62 года, из-за географического распределения, так как каждая страна желает продвинуть свои кадры.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >