Анна Болейн – Генриху VIII (6 мая 1536 года)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Анна Болейн – Генриху VIII

(6 мая 1536 года)

Сэр,

неудовольствие Вашей милости и мое заточение стали для меня такой неожиданностью, что я понятия не имею, что писать и за что извиняться. Так как Вы прислали ко мне (желая добиться от меня признания или мольбы о Вашем снисхождении) того, кто, как Вам известно, является моим давним и заклятым врагом, то я сомневаюсь в том, что Вы имели в виду, с тех пор, как получила от него это известие. Если чистосердечное признание обеспечит мне спасение, как Вы говорите, я охотно и усердно выполню Ваше повеление, но пусть будет известно Вашей милости, что Вашу жену можно заставить признать вину там, где ее не было и в мыслях, и если уж говорить начистоту, ни одному государю еще не доводилось иметь более преданной супруги и обретать более истинную любовь, чем обрели Вы в лице Анны Болейн, именем и местом которой я с готовностью удовольствуюсь, если так будет угодно Богу и Вашей милости. В своем возвышении, получив королевский титул, я ни на минуту не забывалась, но, напротив, всегда относилась к таким переменам так, как сейчас, ибо была избрана без иных оснований, кроме как волей Вашей милости, и знала, что малейшей перемены будет достаточно, чтобы той же волей был возвеличен другой подданный.

Вы изволили выбрать меня и, несмотря на низкое мое происхождение, сделать своей королевой и спутницей, хотя я ничем этого не заслужила и не питала подобных желаний, и если в то время Вы сочли меня достойной такой чести и Вашей милости, не допустите, чтобы мимолетная прихоть или корыстный совет моих врагов лишили меня Вашего королевского снисхождения, не дайте, чтобы это клеймо, презренное клеймо измены Вашей милости, навсегда запятнало Вашу преданную жену и маленькую принцессу, Вашу дочь. Судите меня, мой добрый король, но законным судом, дабы моими обвинителями и судьями не стали мои заклятые враги, и пусть этот суд будет открытым, ибо моей правоте не страшен позор, и тогда Вы либо убедитесь в том, что я невинна, Ваши подозрения и совесть будут удовлетворены, а бесчестье и клевета мирская остановлены, или же мои провинности объявят открыто, и тогда мою участь решит Бог или Ваша милость, Вы избегнете открытого порицания, мои преступления будут доказаны, как требует закон, Ваша милость получит свободу действий перед Богом и людьми и не только назначит мне кару по заслугам, как неверной жене, но и подтвердит благосклонность к той стороне, чьими стараниями я сейчас нахожусь здесь и кому я могла бы оказать добрую услугу, известив Вашу милость о своих подозрениях.

Но если Вы уже решили, как поступить со мной, если Ваше заветное желание – не только умертвить, но и оклеветать меня, тогда я прошу, чтобы Бог простил Вам этот великий грех, а равно и моих врагов, его орудие. И если он не призовет Вас к ответу сразу же за недостойное государя и жестокое обращение со мной, на высшем суде, перед которым Вы и я вскоре предстанем и в правоте которого я не сомневаюсь (что бы там ни думал обо мне весь мир), моя невиновность будет признана открыто и получит достаточное подтверждение. В таком случае моим последним и единственным желанием будет взять на себя бремя неудовольствия Вашей милости, дабы оно не коснулось невинных душ бедных джентльменов, которых, насколько я понимаю, заточили в темницу из-за меня. Если Вы когда-либо были благосклонны ко мне, если имя Анны Болейн ласкало Вам слух, исполните эту последнюю просьбу. И я более не потревожу Вашу милость, но буду усердно молить Святую Троицу хранить и направлять ее во всех поступках. Из моего скорбного заточения в Тауэре мая 6-го дня

преданная и верная Вам жена А.Б.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.