Иллюстрации

Иллюстрации

«Женщины мне нравятся сильные, активные, а не покорные, слабые, безответные рабыни мужчин. Мне нравятся красивые женщины. Но и в этом случае красота для меня обязательно должна сочетаться с силой, а сила женщин — в глазах, в смехе, в походке, в умении быть простой».

«Жизнь приучила меня не столько к размышлению, сколько к действию. С самого начала у меня был замкнутый, бунтарский, почти мужской характер и очень женственная внешность. Из этого материала я создавала персонажи и строила свою артистическую карьеру».

«Я уверена, что нет некрасивых женщин, а есть женщины, просто не умеющие выбрать нужное платье, не способные себя преподнести. В отличие от них я всегда знала, что мне идет, что можно себе позволить, а чего следует всячески избегать».

«Слово «жизнь» очень объемно. Но точно неправда, что жизнь — это большая спокойная река. Я, во всяком случае, в это не верю: опыт научил меня тому, что спокойствие очень часто противопоказано жизни или, по меньшей мере, делает ее сонной и скучной».

«Жизнь — это возможность самой решать, в каком фильме сниматься, то есть работать не по необходимости, а ради удовольствия. Это — сидеть дома и читать. Спокойно, безмятежно, не мучаясь, что я не там, где «что-то» происходит».

«Жизнь — это возможность самой ходить за покупками в супермаркет, бродить там, как все, с тележкой, полной покупок. Это — любить в мужчине мужчину, а не «хозяина». Отца моей дочери и нередко моего режиссера».

«Полной, настоящей мою жизнь делают порой малые, самые малые вещи. Так, например, вчера какой — то парень лет двадцати остановился и спросил, не позволю ли я ему поцеловать себя в знак восхищения и благодарности. Я позволила. Прекрасно!»

«Клаудия, — говорит Лукино Висконти, — похожа на кошку, позволяющую гладить себя, но берегитесь: она может превратиться в тигрицу и разорвать укротителя».

В «Красавчике Антонио» вместе с Марчелло Мастроянни (1960 год). «Крупный план в кино так велик, что играть надо мало, не то рискуешь выглядеть слишком самоуверенной и манерной».

В фильме «8¹/₂» и на съемках этой картины вместе с режиссером Федерико Феллини (1960 год).

На съемках «Розовой пантеры» и вместе с Дэвидом Найвеном в кадре из этого фильма 1963 года.

«Для «Леопарда» я отрастила длиннющие волосы, но мыть голову можно было только с разрешения Висконти», — чтобы сохранить бытовые реалии того времени.

В Чехословакии в 1964 году. «Я научилась быть новым человеком, способным жить в своем времени и более сознательно относиться к реальной действительности, культуре, политике».

В фильме Лукино Висконти «Туманные звезды Большой Медведицы». «Я люблю секс и в кино, и в жизни, но обнаженной не снимаюсь…»

«Ален Делон сохраняет нежность и душевность по отношению к людям, с которыми он делил лучшие, счастливые годы своей жизни и карьеры. Такой он и со мной: я напоминаю ему о самых светлых моментах…»

В Советском Союзе в 1968 году на съемках фильма Михаила Калатозова «Красная палатка».

Справа — Эдуард Марцевич.

В подмосковном лесу летом 1967 года.

«Мне нравится жизнь. Сама по себе, без всяких эпитетов.

А в жизни мне нравится земля, солнце, звезды, море и люди. Для счастья мне достаточно жить среди всего этого и смотреть».

«Мне нравится, чтобы мужчина излучал сексуальность. Вообще я не люблю в мужчинах слабость, вульгарность, агрессивность. На меня действует не столько внешний вид, сколько нечто, идущие от нутра и отражающееся во взгляде. Это и есть обаяние».

«Мужчина мне нужен сильный, поскольку я сама чувствую себя сильной женщиной.

С мужчиной я хочу быть на равных.

Мне не надо, чтобы меня приручали, но и сама я покорять никого не собираюсь».

Клаудия Кардинале, Паскуале Скуитьери и их дочь Клаудия. «Едва увидев Паскуале, я поняла: этот человек сумеет стать для меня мостиком к моей бунтарской юности, поможет обрести беспечность и веселье».

«Я из тех, кто работает, кто всегда ищет себе дело, и вместе с тем где — то внутри у меня сидит желание ничего не делать, не работать. Большую часть того, что я делаю, я делаю, чтобы побороть эту врожденную пассивность».

«Самое правильное решение проблем — не думать о них.

Я не предаюсь сожалениям и не люблю оглядываться назад: что прошло, то прошло. Смотреть надо только вперед. Что я и делаю».