67. Русская душою

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

67. Русская душою

Её московский концерт решили устроить в Зелёном театре. Попасть туда с улицы было, конечно, невозможно. На скамьях сидела тщательно подобранная массовка. Первые ряды занимали советские чиновники.

Марлен пела свои лучшие песни. После каждой зал отзывался вежливыми аплодисментами, а иногда деликатно помалкивал. Это молчание привыкшая к бурной реакции европейцев и особенно американцев (свисты одобрения, выкрики, бурные овации, спонтанные танцы молодёжи перед сценой и в проходах) истолковала превратно. Она решила, что зрители настолько поражены её искусством, настолько не верят в своё счастье видеть живую Марлен, что не могут отойти от шока и потому молчат.

Марлен выбирала одного зрителя, другого — чтобы петь свои проникновенные баллады конкретному человеку. Но все, к кому она обращалась, смущённо отводили взор. Привычной сценической игры не получалось. Но Дитрих… снова всё поняла по-своему.

Концерт закончился. Стихли звуки музыки. На сцену поднялся престарелый писатель Константин Паустовский, патриарх отечественной литературы. На него была возложена миссия опекать заезжую певичку.

Портрет к фильму «Свидетель обвинения». 1957 год.

Неожиданно для всех Дитрих… опустилась перед Паустовским на колени и поцеловала ему руку. Писатель растерялся… Позже она рассказала журналистам о своём отношении к русским, то есть к нам с вами. «Я люблю их давно. Я люблю их музыку, их поэзию, их писателей, их художников, но более всего я люблю их душу. У них нет ровности чувств. Они или трагичны, или счастливы. Я думаю, что у меня русская душа».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.