Пардон!

Пардон!

В зале «Россия» проходил грандиозный концерт, посвященный очередному (май 1993) Дню Победы. Выступали артисты почти всех жанров, стихотворцы, композиторы. Знаменитые в прошлом спортсмены выходили сразу по нескольку человек, почти командой. Так же стояли у микрофонов представители кино и телевидения.

С. Шакуров, произнеся ряд общих слов о войне и ветеранах, объявил, что прочтет стихи Твардовского. Замечу, что у Александра Трифоновича можно было выбрать и что-нибудь более к месту и случаю. Но это дело другое.

Стихи начинались так:

Спасибо, моя родная

Страна, мой отчий дом…

Шакуров продекламировал:

Спасибо, моя родная страна,

Мой отчий дом…

Что же произошло? Поэт посредством стихотворного размера организовал слова в определенный ритм, а артист это все разрушил.

Как же его за всю жизнь не научили? Но что поделаешь! Критики пишут о стихах, будто это проза, артисты как прозу читают их.

Кончается стихотворение строкой:

И счастье, отчизна-мать.

Выступавший вторым С. Говорухин иронически поинтересовался у ведущего вечер И. Кобзона, обязательно ли и ему, Говорухину, читать стихи. И обязательно ли про «мать»?

— Чьи это стихи? — обратился он к Шакурову грозно.

Тот вторично объявил:

— Твардовского.

Говорухин сказал:

— Тогда пардон!