Монтеспан Франсуаза Атенаис де

Монтеспан Франсуаза Атенаис де

(род. в 1641 г. — ум. в 1707 г.)

Амбициозная фаворитка Людовика XIV, знаменитая дворцовая интриганка. Для поддержания своего влияния на короля не гнушалась прибегать к «черным мессам».

Король Франции Людовик XIV был любвеобильным мужчиной. Мимолетные увлечения и долголетние связи оживляли будни, наполненные заботами о государстве. Его многочисленные фаворитки, каждая в силу своих амбиций, оказывали влияние не только на образ жизни королевского двора, но и на внутреннюю и внешнюю политику страны. «Я всем приказываю: если вы заметите, что женщина, кто бы она ни была, забирает власть надо мной и мною управляет, вы должны меня об этом предупредить. Мне понадобится не более 24 часов для того, чтобы от нее избавиться и дать вам удовлетворение». Так говорил Людовик своим придворным, но дворяне и чиновники всех рангов обхаживали королевских фавориток, во всем потворствуя им, прислушивались к их пожеланиям, преследуя свои корыстные цели.

Особое влияние на короля оказали три абсолютно разные по характеру женщины. С Луизой де Лавальер короля связывали 10 лет «искренних чувств». «Хромоножка из Тура» просто любила Людовика, отличалась простотой и скромностью и, по отзывам известной писательницы того времени маркизы де Савиньи, «стыдилась быть любовницей, быть матерью, быть герцогиней». Маркиза Ментенон использовала ум, хитрость, показные благочестие и добродетели, чтобы оттеснить других женщин и «приковать» Людовика к себе. Она достигла своей цели. Луиза де Лавальер была первой в цепи долговременных привязанностей короля-солнца, Франсуаза де Ментенон — последней. А между ними была «эпоха Монтеспан», любовницы-госпожи, некоронованной королевы.

Франсуаза Атенаис происходила из старинного аристократического рода Тонешарант, ветви знаменитых Рошешуаров. Ее родители, отец Габриэль де Рошешуар, герцог де Мортемар и мать Диана де Грансель, по обычаям того времени, воспитывали дочь в монастыре. Легкомысленным нравом и желанием жить в свое удовольствие Франсуаза походила на отца. Он считал свой брак счастливым, потому что пока жена дни напролет молилась в церкви, они не виделись, да и ночью не встречались — это время герцог посвящал кутежам.

В 19 лет Франсуазу отправили в Версаль. Она стала одной из придворных дам королевы Марии Терезии и сумела внушить одинокой и набожной женщине, что и сама является образцом всех добродетелей. В 1643 г. Франсуаза вышла замуж за знатного дворянина маркиза де Монтеспана. Он был в восторге от своей очаровательной супруги и очень любил ее. Желание юной маркизы жить на широкую ногу и блистать при дворе очень быстро истощило семейный бюджет. Прозябать в нищете рядом с любящим мужем было не по ней. Франсуаза решила привлечь внимание короля к своей персоне. Роскошная жизнь ничего не требующей Лавальер не давала ей покоя. Она упорно стремилась к своей цели — занять место первой фаворитки короля. Понятие «совесть» никакого смысла для Монтеспан не имело. Она вошла в доверие к Лавальер и тут же начала отпускать в присутствии короля колкие, меткие и умные замечания в ее адрес. Мелкие злобные проделки Франсуазы смешили завистливых придворных и привлекали внимание Людовика. Монтеспан, несомненно, была умна и понимала, что стремительной победы ей не одержать, ибо король был привязан к Луизе.

Но время и камни точит… Яркая темпераментная Франсуаза была полной противоположностью Лавальер. Она отличалась особо изящными манерами, совершенной красотой лица: ярко-голубые глаза, белокурые роскошные волосы, точеный профиль. Ни загадочной бледности, ни приторной томности. Пышное тело ее источало призыв и страсть. Как только Франсуаза почувствовала, что Людовик проявляет интерес к ее прелестям, то отбросила в сторону все церемонии. Очаровательная соблазнительница не колебалась ни минуты, когда король предложил ей разделить с ним ложе. Теперь оставалось только закрепить свой успех. Маркиза решила, что жизнь короля должна быть полна веселья и развлечений, и приложила массу усилий, чтобы каждая их встреча превратилась в праздник. Так, военный поход Людовика в 1667 г. в Бельгию напоминал увеселительный вояж на фоне сражений.

Теперь в Версале было две королевские фаворитки. Король никак не мог расстаться с Лавальер, как и отказаться от удовольствии наслаждаться обществом Монтеспан. Он обрек двух женщин на «мирное сосуществование» и поселил в смежных покоях. Для Луизы это было настоящей трагедией, ведь она любила Людовика. Монтеспан же получала удовольствие от такого соседства: устраивала общие обеды и чаепития, прогулки, игры в карты, наслаждаясь от унижения своей соперницы. Она с удовольствием узнала, как однажды король, переодеваясь в комнате Лавальер и выслушивая робкие упреки, бросил ей на колени маленькую собачонку со словами: «Держите, мадам, вот ваша компания! Этого вам достаточно», — и удалился на весь вечер к Франсуазе. Салон Луизы опустел — все придворные переметнулись на сторону новой фаворитки.

Монтеспан, ощутив свою власть над королем, не заботилась о соблюдении хотя бы внешних приличий. С 1668 г. их связь приобрела открытый характер. Единственным препятствием для воцарения Монтеспан оставался муж. Маркиз не был согласен с Мольером, чьи строки: «Делить супругу с Юпитером не позорно», — предназначались именно ему. Он упорно не хотел уступать любимую женушку даже королю и не испытывал благоговейной радости от того, что он рогоносец по королевской милости. Непокорный супруг откровенно порицал поведение Людовика при дворе, вламывался в комнату законной жены и угрожал забрать детей, которые по закону принадлежали ему, а не их отцу-королю. Чтобы остудить его пыл, Людовик приказал бросить маркиза в Бастилию, но в предчувствии скандала в обществе освободил и отправил в поместье. Здесь обманутый муж устроил показательные «похороны» супруги. При этом, чтобы войти в часовню для отпевания, он приказал настежь распахнуть двери и громогласно сообщил собравшимся (в том числе двоим общим детям): «Мои рога слишком велики для такого узкого прохода». Гроб предали земле и на камне высекли имя маркизы. Через несколько лет, после всех скандалов, получив от короля значительную материальную компенсацию на достойное воспитание детей, маркиз Монтеспан согласился на расторжение брака.

К тому времени Франсуаза безраздельно владела сердцем короля. Идя на поводу у своей новой фаворитки, он заставил Лавальер стать крестной матерью одной из своих дочерей от Монтеспан. Испытав такое унижение, Луиза умолила короля отпустить ее в монастырь. Так с 1674 г. при дворе наступила «эпоха Монтеспан». Она одна занимала 20 комнат в Версале, тогда как Мария Терезия с придворными дамами — всего десять. Шлейф королевы нес обыкновенный паж, а маркизы — старшая статс-дама герцогиня де Ноай. Семья короля и фаворитка молились рядом в церкви. Тщеславная Монтеспан добилась возвышения и высоких титулов для своей родни. Золотой дождь пролился на семейство Рошешуар, ее отец стал губернатором Парижа, а брат — маршалом Франции.

Власть королевской фаворитки была неограниченной. Генералы, министры, послы, прежде чем явиться на прием к королю, посещали его любовницу, чтобы затем не попасть впросак со своими предложениями. Впасть в немилость у Монтеспан было равносильно отставке и изгнанию. Капризы и приказы «кусающейся» Франсуазы исполнялись мгновенно и безукоризненно, так как ее злого языка все боялись, и не без основания. Фаворитка не отличалась деликатностью и благородством характера, хотя в уме и наблюдательности отказать ей было нельзя.

Король не жалел денег на свою любовницу. Генеральному контролеру финансов Кольберу было поручено оплачивать из государственной казны все ее расходы. А «аппетиты» у Монтеспан были непомерные. Вскоре у нее появился свой двор, свои корабли на море, оснащенные и вооруженные за счет государства, не говоря уже о множестве дорогих украшений и нарядов. Франсуазе оказывали королевские почести, когда она прибывала в какой-либо город. Король сформировал для ее личной охраны особый отряд из представителей лучших дворянских семей. Чтобы заслужить покровительство королевской фаворитки, придворные тоже не скупились на подношения. Маркиза де Савиньи так описывала платье, подаренное одним из богатых кавалеров: «Золото на золоте. Вышитое золотом, окаймленное золотом, а все это перевито золотом, и все это перемешано с золотыми вещичками, а все вместе составляет платье из необыкновенной ткани. Надо быть волшебником, чтобы создать такое произведение, выполнить эту немыслимую работу…»

Слова короля в письме к Кольберу: «Продолжайте угождать ей всегда», — были восприняты всеми чиновниками как приказ. По желанию Монтеспан близ Версаля, в Клании, возвели хорошенький домик. Но маркиза заявила, что ей не пристало жить в помещении, пригодном разве что для оперной певички. Здание снесли, а на его месте возвели роскошный дворец, который обошелся французской казне в 28 млн ливров, здесь же затем разбили великолепный сад. Размах фаворитки был поистине королевским, ведь на содержание всего королевского флота (для сравнения) в год отпускалось 12,5 млн ливров.

«Король должен быть весел», — решила Франсуаза и, не задумываясь, расходовала на празднества баснословные суммы. Да и сама любила поразвлечься. Людовик с удовольствием наблюдал, как его легкомысленная фаворитка забавляется словно дитя, запрягая в миниатюрную карету шестерку… обыкновенных мышей, или заботливо обхаживает в своих золоченых покоях своих любимец — козочек. Монтеспан, чтобы потешить короля, устраивала живые карточные игры, где в роли карт выступали придворные дамы и кавалеры. Людовик сравнивал ее с «играющим ребенком». И это «дитя» увлеченно проигрывало в карты целые состояния. В одну из новогодних ночей маркиза спустила 600 тыс. ливров, а еще через три месяца государственная казна оплатила ее карточный долг в размере 4 млн ливров.

Монтеспан царила и властвовала. «Султанша», как ее называли при дворе, позволяла себе не только решать судьбы придворных, даровать состояния и титулы, изгонять в опалу, разорять, но даже подшучивать над королевой. Марии Терезии приходилось обращаться к фаворитке, чтобы через нее добиться какой-либо королевской милости. И когда Людовик приказал удалить от жены всех испанских фрейлин, Монтеспан, по просьбе королевы, «ходатайствовала» перед ним, и Марии Терезии высочайше позволили оставить одну из них.

Единственным, во что Франсуаза старалась не вмешиваться, оставалась политика. Но дворцовые интриги были ее стихией и, конечно, малейшее ее неудовольствие кем-то или чем-то было подобно «государственному перевороту». Многие завидовали власти королевской фаворитки, и поэтому она внимательно следила за своими «подданными». А те, в свою очередь, наблюдали за сменой интересов короля, чтобы вовремя высказать почтение новой пассии монарха. Но свою власть Мантеспан уступать не собиралась.

Поволноваться Франсуазе все же пришлось. Женолюбивый Людовик, хотя и был привязан к ней, увлекался и другими женщинами. Королю никто не отказывал. За 16 лет «царствования» Мотеспан не раз пришлось отстаивать свое право на короля. Принцесса Субиз родила ему сына. Мимолетные увлечения графиней Граммон, госпожой де Людр и девицей Гедам болезненно ударяли по самолюбию «султанши». Но особенно заставила ее поволноваться юная маркиза Фонтанж, серьезно претендовавшая на место фаворитки. В этот раз Монтеспан была спасена только благодаря тяжелой беременности своей соперницы, которая выглядела измученной и непривлекательной. Ребенок родился мертвым, а через два года скоропостижно скончалась сама маркиза. Препятствия больше не существовало. Однако фаворитка не теряла бдительности.

По Версалю поползли зловещие слухи о тайных «черных мессах», в которых принимала участие Монтеспан. Трижды в заброшенной церкви Сен-Марсель кровь некрещеного младенца лилась на обнаженное тело Франсуацы, трижды аббат Гибур служил дьявольскую мессу. О чем просила темные силы королевская фаворитка? Она молила оставить ей власть над королем, избавить от соперниц, сделать королеву бесплодной.

Зловещие чары или жизнерадостный характер Монтеспан вновь и вновь соединяли любовников. Страсть вспыхивала с новой силой. Чувственные удовольствия завершились рождением восьмерых детей. Шестерых из них король признал официально, а зрелого возраста достигли только четверо. Людовик любил внебрачных детей больше, чем единственного законного наследника, осыпал их милостями и титулами. Луи-Август, герцог де Мень (1670 г. р.) уже в детские годы получил высокие воинские звания. Его сестра Луиза-Франсуаза, мадмуазель де Нант (1673 г. р.) стала женой Людовика III, герцога Бурбон-Конде. Франсуаза-Мари, мадмуазель де Блуа (1677 г. р.) вышла замуж за Филиппа II герцога Орлеанского, впоследствии регента. Луи-Александр, граф Тулузский (1676 г. р.) в семь лет получил звание адмирала Франции, а в 18 — титул герцога и пэра Дамвиля. Все дети носили королевскую фамилию де Бурбон, и хотя имя матери было тоже хорошо известно, но в церковных документах оно не значилось. Церковь и так вынуждена была закрывать глаза на прелюбодеяние. Для воспитания королевских отпрысков Монтеспан уговорила Людовика взять свою близкую подругу, вдову поэта Скаррона, Франсуазу д’Обиньи. Фактически «султанша» сама проложила дорогу своей будущей сопернице.

Король начал уставать от капризной, требовательной, непомерно жадной фаворитки. Миловидная вдова Скаррон казалось ему тихой заводью — внимательная, заботливая к детям, непритязательная и внешне богобоязненная, она расчетливо оплетала сетями Людовика под боком у ничего не подозревающей Монтеспан. От амбициозной интриганки устал не только король, она измучила весь двор. Церковь настойчиво требовала отдалить не знающую стыда и совести фаворитку. Даже знаменитая парижская куртизанка Нинон де Ланкло открыто порицала в своем салоне «зарвавшуюся» Монтеспан и нерешительного короля. Людовику были неприятны эти нападки на свою персону, но сразу оборвать свою связь с Франсуазой он был не в силах. Он привык к этой красивой, изящной, всегда излучающей веселье женщине. Изысканный образ жизни, который фаворитка ввела при дворе, хранил особый отпечаток ее собственной привлекательности и вкуса.

Отношения между королем и Монтеспан начали давать первые серьезные трещины. Но когда в апреле 1675 г. Франсуаза покинула Версаль и уехала в Париж, Людовик вернул ее. И как только король вновь приближал ее к себе, она спешила взять реванш — доказать придворным свое могущество. Никто не сочувствовал ее шаткому положению, хотя были люди, особенно среди представителей литературы и искусства, которым она сделала немало добра.

Монтеспан покровительствовала Рассину и Буало, добилась пенсии для старого Корнеля и помогала Люли. «Она всегда была превосходной великосветской дамой, — объективно писал Сен-Симон, — спесь ее была равна грации и благодаря этому не так бросалась в глаза…» Монтеспан становилась все более раздражительной и злобной. Ведь теперь все чаще она оказывалась в роли Лавальер — служила фоном для восхождения новой фаворитки.

Падению власти Франсуазы способствовало и разразившееся в 1677 г. скандальное «дело о ядах», в котором фигурировали 147 именитых фамилий, в том числе и Монтеспан. Под пытками знаменитая парижская изготовительница ядов и чародейка Катрин Монвуазен открывала зловещие подробности о приворотных зельях, любовных напитках, предназначавшихся для короля, об отравленных перчатках для маркизы Фонтанж, изготовленных по заказу Монтеспан. Очередная сессия вновь восстановленной «огненной камеры» — Чрезвычайного трибунала к началу 1680 г. отправила на костер 35 человек. Людовик пришел в ужас от открывшихся фактов. Дрожала и Монтеспан, обвиненная в страшных преступлениях против короля. За нее вступились могущественные Кольбер и Лувуа и даже добились ее свидания с Людовиком. Маркиза сумела умилостивить короля, частично отвести подозрения и даже остаться при дворе. Ей только пришлось оставить роскошные апартаменты и поселиться в более скромных, в стороне от королевских. Ее покои перешли в распоряжение сына Монтеспан, герцога Менского. Воспитанный вдовой Скаррон, ставшей новой фавориткой короля, он не испытывал к матери родственных чувств, как, впрочем, и другие дети.

Лицемерная дружба двух Франсуаз переросла в скрытую ненависть. Маркиза Ментенон (Скаррон) давно безраздельно завладела помыслами короля. В 1683 г. (по другим данным— 1684 г.), после смерти Марии Терезии, впавший в религиозность Людовик тайно обвенчался с очередной могущественной фавориткой, хотя публично их союз так и остался неузаконенным.

Маркизе Монтеспан не было больше места не только в сердце короля, но и при его дворе. Она покорилась своей судьбе и с 1692 г. вела уединенную жизнь в своих многочисленных поместьях. В деньгах она не нуждалась. Людовик был щедр к ней как во времена любви, так и после, назначив достойную пенсию. В последние годы жизни Монтеспан постоянно терзал страх приближающейся смерти. Она поселилась в основанном ею монастыре Святого Иосифа. Вымаливая прощение у Бога, забытая королевская фаворитка измучивала себя молитвами, истощала постами, каялась и во искупление грехов носила подвязки и пояс с железными гвоздями. Умерла Франсуаза Атенаис де Монтеспан в 66 лет, раскаявшись во всех злодеяниях и получив отпущение грехов.

В 1792 г. из королевского архива было извлечено «дело о ядах», полное ужасающих подробностей, которое, несмотря на приказ Людовика XIV, мэтр Габриэль Никола Ларейни не сжег. Монтеспан предстала миру как не гнушающаяся ничем отравительница. Современные историки и юристы скрупулезно изучили многочисленные материалы следствия, и многие обвинения в ее адрес отпали. Доказано, что она не пыталась отравить короля и не замышляла убийств своих соперниц. Но в «черных мессах» и колдовских сеансах Катрин Монвуазен фаворитка принимала участие. И значит, среди найденных в саду чародейки из Сен-Жермена 2500 закопанных детских трупиков были и невинно убиенные по злой воле Монтеспан. Но черные силы не помогли ей сохранить ни любовь короля, ни власть.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ЛЮДОВИК XIV ОЛИМПИЯ, МАРИЯ И ЛАУРА МАНЧИНИ. — ГЕНРИЭТТА АНГЛИЙСКАЯ — ЛА ВАЛЬЕР. — МАРКИЗА ДЕ МОНТЕСПАН. — МАРКИЗА ДЕ ТИАНЖ. — МАРИЯ-МАГДАЛИНА МОРТЕМАР. — ФОНТАНЖ. — МАРКИЗА МЕНТЕНОН (1651–1715)

Из книги Временщики и фаворитки XVI, XVII и XVIII столетий. Книга III автора Биркин Кондратий


Франсуаза Саган

Из книги Франсуаза Саган автора Ваксберг Аркадий Иосифович

Франсуаза Саган В Поисках Саган Франсуаза Саган для меня восхитительна. Подобно тому, как для нее — Сара Бернар, которой она посвятила книгу, а для очень многих — Эдит Пиаф, вызвавшая, как автор книги «Здравствуй, грусть!» и великая трагедийная актриса, отзвук в сердцах


Франсуаза и ее отец

Из книги Пикассо и его несносная русская жена автора Нечаев Сергей Юрьевич

Франсуаза и ее отец «Я в “Уазо”[96] и весело щебечу», — жизнерадостно сообщает она своему другу Бруно Морелю из обители «Уазо», на улице Понтьё, престижной религиозной школы для девочек из буржуазных семей. Несколько месяцев спустя ее выставят за «бездуховность».


Франсуаза и Сен-Тропе

Из книги Конец света: первые итоги автора Бегбедер Фредерик

Франсуаза и Сен-Тропе Став символом свободной молодежи пятидесятых годов, Франсуаза осталась все той же Кики для своих родителей. В квартире на бульваре Малешерб жизнь не изменилась. Однако теперь много встреч с журналистами, и непрерывно раздаются телефонные звонки


Франсуаза-журналистка

Из книги Легендарные фаворитки. «Ночные королевы» Европы автора Нечаев Сергей Юрьевич

Франсуаза-журналистка «Санди Таймс» назвала в 1967 году Франсуазу Саган французской писательницей, представляющей лицо современности. Это была большая статья с фотографией во всю страницу, где автор «Здравствуй, грусть!» была представлена как центр своего рода


Франсуаза и Франсуа

Из книги 50 величайших женщин [Коллекционное издание] автора Вульф Виталий Яковлевич

Франсуаза и Франсуа «Свобода неприкосновенна. Я прочла его книгу и считаю, что в ней нет покушений на благопристойность. Осудить его было бы несправедливо». При свидетелях Франсуаза поддержала Жака Лорана, который в октябре 1965 года предстал перед семнадцатым


Номер 19. Франсуаза Саган. Синяки на душе (1972)

Из книги автора

Номер 19. Франсуаза Саган. Синяки на душе (1972) Давайте останемся в 1972 году. Том самом году, когда появилась «Розовая пыльца», а в «Синяках на душе», в самом низу 132-й страницы, их автор раскрыл свой секрет: «Душа, если мы о ней не позаботимся, однажды окажется перед нами вся в


Глава четвертая Маркиза де Монтеспан

Из книги автора

Глава четвертая Маркиза де Монтеспан Король сделал вид, что доверяет ей <…> Во всяком случае, чтобы остановить волнения, он приказал остановить начавшийся судебный процесс <…> Но историки после этого не стали меньше рассуждать о прекрасной фаворитке как об


Франсуаза Саган

Из книги автора

Франсуаза Саган ПРОЩАЙ, ГРУСТЬС середины 1950-х годов весь мир зачитывался романами Франсуазы Саган. До сих пор в литературно-интеллектуальной среде не знать творчества Саган – это преступление, сравнимое разве что с незнанием Сартра и Библии. По ее романам изучали


Глава 6 Катрин и Франсуаза

Из книги автора

Глава 6 Катрин и Франсуаза 1966–1967 гг.Катрин и Франсуаза помирились. Они вновь стали неразлучными подругами. Франсуаза после фильма «Человек из Рио» тоже стала звездой первой величины во Франции, и это успокоило ее уязвленное самолюбие. Партнером по фильму «Человек из


Глава 19. Франсуаза Саган: писательница, игрок, искательница приключений

Из книги автора

Глава 19. Франсуаза Саган: писательница, игрок, искательница приключений «Я готова сесть хоть к вам на колени». Вся ее жизнь с самой ранней юности была подвержена соблазнам дьявола – риск, авантюры, горячечные ночи в казино и жаркие любовные приключения. Из страшных